наши настрадавшиеся души, наши израненные тела.
Этот дом удивительно похож на дом моего спасителя. Но в нем не хватает Габриэля. Человека, которого я почти не знаю, человека, который вернул меня к жизни. Благодаря которому я вновь обрела Изри. Я ничего не знаю о нем, хотя всем ему обязана. Я не знаю, кто он, но он теперь будто часть моей семьи. Будто мой самый дорогой друг.
Размышляя об этом, я подумала, что мне повезло, очень повезло. За свое недолгое существование я встретила Вадима и Маргариту, а еще Маню, Тайри и Габриэля.
И конечно, Изри.
Когда меня охватывает страх, когда меня обступают кошмары, я думаю о них. Об их доброте, об их смелости или об их улыбках.
Но есть смерть. И от нее не убежать. Она может наступить слишком быстро, слишком рано. Может прийти к любому из нас.
Мне едва исполнилось шестнадцать, а я уже чувствую, что жизнь – это вечный поиск и вечная скорбь.
Искать тех, кого будешь любить.
Научиться жить без тех, кого когда-то любил.
Я смотрю на сидящего рядом Изри. Он читает книгу и кажется мне с каждым днем все красивее. Когда я поправлюсь, он снова выйдет на тропу войны, я это знаю. Он вернется к старой жизни, к ее опасностям. Пока не наступит конец. Жить без риска, нет, на это он не способен.
Но смогу ли я смириться с этим теперь, после всего, что мы пережили?
* * *
– Ты помнишь год, когда я поехала с классом кататься на лыжах? – спросила Лана с озорной улыбкой.
– Как забудешь! – проворчал Габриэль.
Смех Ланы заполнил все вокруг.
– Я знаю, ты тогда переволновался, – сказала она.
– Думал, что сдохну, если ты это имеешь в виду! Когда ваша учительница позвонила и сообщила, что ты пропала, я чуть с ума не сошел!
Габриэль сидел и курил недалеко от могилы Тайри, наблюдая закат солнца.
– Прости, папа… А мне приятно об этом вспоминать… Мне надоело с ними таскаться… Я ни с кем не подружилась, чувствовала себя изгоем… Как будто я какая-то не такая. Мне казалось, что я ужасно неуклюжая и некрасивая!
– А ведь ты была удивительно красивой…
– Все подростки считают себя некрасивыми.
– Все, – подтвердил Габриэль.
– Так что я потихоньку ускользнула… Убедила учительницу, что у меня болит нога и что я не могу кататься на лыжах. И как только они вышли из гостиницы, я слиняла…
– Ты всегда умела что-нибудь эдакое выкинуть! – проворчал отец.
– Сначала я думала, что вернусь раньше них, что никто никогда не узнает о моей маленькой прогулке… Я дошла по тропинке до леса, мне было так хорошо… Наконец-то одна! Мне даже не хотелось возвращаться.
– Ужасно глупо!
– Не преувеличивай! – сказала Лана, хитро улыбаясь. – Когда стемнело, я двинулась в обратный путь. Но было уже поздно… Они уже меня искали… И эта поганка-учительница ничего лучше не придумала, чем позвонить тебе!
– Я был уверен, что тебя похитили, – сказал Габриэль. – Чуть с катушек не слетел!
– Прости, папа…
– Ты понимаешь, что могла погибнуть?
– Но я и так погибла, папа…
* * *
Изри пришел к Таме в спальню. Он снял футболку и лег рядом с ней на спину.
– Не спишь?
– Нет, – ответила она.
Он хотел ее, но не решался прикоснуться. Будто боялся, что она рассыплется в его руках. Он был готов терпеть бесконечно, ждать, когда она сама сделает первый шаг. Даст ему разрешение.
Она все еще не рассказывала ему о том, что Грег заставлял ее делать в те ночи, пока Изри гнил в тюрьме. Так что он представлял себе самое худшее. Иногда, когда он смотрел на нее, ему казалось, что он видит мерзкие следы, оставленные Грегом на ее коже.
– Мне нужно время, – прошептала Тама.
Удивленный, он повернулся к ней. Она словно читала его мысли.
– Не обижайся на меня, – добавила она, кладя голову ему на плечо.
– Как я могу на тебя обижаться?
– Я тебе противна?
– О чем ты говоришь? Конечно нет…
– Каждый раз, когда Грег заставлял меня спать с ним, я повторяла твое имя.
Изри закрыл глаза, скрипнул зубами.
– Я повторяла твое имя сотни раз…
125
Изри опустил стекло «мерседеса» и закурил. Он припарковался перед баром и ждал, когда выйдет его враг.
Робин сменил адрес, но продолжал посещать те же убогие кабаки. Не так уж и сложно было его выследить.
– Привычки убивают! – усмехнулся Изри.
Ему вдруг вспомнился Габриэль. Вот бы он был рядом с ним сегодня вечером. Этот человек произвел на Изри большое впечатление, а это редко кому удавалось. Изри надеялся, что однажды у него появится возможность узнать Габриэля получше. Узнать, что его гложет. Что сделало его идеальным убийцей.
Когда Робин вышел из бара, Изри поднял стекло. Он смотрел, как его бывший помощник, шатаясь, идет по тротуару в сопровождении девушки, по виду дешевой проститутки. Когда они сели в машину, вычурного цвета кабриолет, Изри завел мотор.
– У тебя всегда был дерьмовый вкус! – прошептал он.
Это касалось и машины, и девицы.
Изри держался от них на расстоянии, они выехали из центра Монпелье и остановились на парковке у ночного клуба. Робин обогнул очередь, пожал руку вышибале и устремился внутрь, придерживая за талию свою подружку.
Изри достал из бардачка нож и сунул его в карман куртки. Затем закрыл машину и направился к входу. Он дождался своей очереди и без труда зашел в клуб.
За небольшую мзду пропускали кого угодно.
В субботний вечер клуб набит битком. Можно не беспокоиться, что тебя кто-нибудь запомнит.
Рядом с танцполом Изри почувствовал легкое головокружение. Видимо, он отвык от громкой музыки и большого количества людей. Он приметил столик, за которым устроился Робин. Тот уже открыл бутылку шампанского и гладил девушку по голому бедру, надеясь за ночь забраться и повыше.
Изри заказал в баре виски и сел поближе к двери туалета. Не спуская глаз со своей цели, он наблюдал, как посетители клуба напиваются, флиртуют, танцуют. Здесь все на что-то надеялись. Хотели доказать, что по-прежнему желанны, что по-прежнему являются частью толпы, что у них есть друзья, пусть и на одну ночь.
Одни искали добычу, которую легко затащить к себе в постель, другие спасались от нестерпимой скуки, которую испытывали со своими спутниками жизни.
Здесь все было дурное. Дурной виски, дурная атмосфера, дурная музыка. Но Робин всегда любил просаживать свои деньги среди быдла.
Изри заказал второй стакан, не покидая своей стратегической позиции.
