Когда мимо в противоположном направлении, воя и сверкая, как отряд вооруженных сиренами рождественских елок, промчались несколько полицейских машин, Виктор стащил с рук перчатки, вытер ими лицо и позволил себе расслабиться.
Он знал, что заложенная в фургон взрывчатка сделала свое дело и стражи порядка найдут лишь обгорелый остов.
27 июня 2229 года летоисчисления Федерации Земля, Лондон
Исторический роман, обнаруженный Виктором в небольшой сети гостиницы, был издан чуть ли не пятьдесят лет назад, и проектор недовольно поскрипывал, листая страницы.
Но кроме как читать, делать было нечего, а скачать приличный текст не выходило. У имеющегося вычислительного центра отсутствовал блок подключения к глобальной сети.
Из соседней комнаты доносился негромкий храп Ван Тая. После успешной операции им дали день отдыха, и каждый из «призраков» проводил его по своему усмотрению.
Входная дверь негромко скрипнула — и в комнату заглянул Рашид.
— Не помешаю? — спросил он.
— Что ты, — отозвался Виктор, сворачивая проектор. — Только не шуми. Не дай бог, сосед проснется!
— Как твоя нога? — поинтересовался Рашид, опускаясь в кресло.
— Ничего, — ответил Виктор. — Заживает потихоньку...
В офис «Вселенских путешествий» вернулись вчера только к десяти вечера, после того как сменили два автомобиля и полностью переоделись. В собственном кабинете их дожидался Джон, и именно он занялся голенью Виктора, сообщив, что еще на войне сталкивался с такими ранами.
Судя по всему, глава компании не соврал. Нога почти не болела, только при резких движениях напоминала о себе. К счастью Виктора, выстрел излучателя сорвал кожу и вырвал кусок мяса, но не задел кость.
— Новости видел? — спросил Рашид, и на лице его появилась довольная усмешка.
— Если честно, то нет. А что, там говорили про нас?
— Только и говорили! Какой-то ушлый журналист ухитрился заснять, как мы через ограду перебираемся, а охранники по нас палят, так что всем заявлениям ФРУ и полиции о том, что случившееся не более чем пожар со случайным взрывом машины, никто не верит!
— Пытаются сделать хорошую мину при плохой игре, — сказал Виктор, а сам подумал, что на месте начальства опозорившихся ведомств повел бы себя точно также. Признаться в том, что ты позволил неизвестным типам пробраться в охраняемое помещение, похитить секретную информацию и удрать, мог только человек, не заинтересованный в том, чтобы остаться на прежней должности.
— А что им еще остается? — пожал плечами Рашид. — Судя по злобной роже директора ФРУ, интервью у которого берут сейчас все кому не лень, его парни так и не взяли след.
— Это хорошо... — пробормотал Виктор. — Слушай а сколько вообще людей из нашего... братства на Земле? Они как-то организованы?
— Откуда мне знать? — Жест недоумения повторился. — Спроси у Джона, он у нас тут главный. Могу только предполагать, что нас в метрополии десятка три...
Виктор осознал, что не слышит больше храпа, и в то же мгновение в дверях появился Лю Ван Тай.
— Общаетесь? — осведомился он с видом палача, интересующегося у осужденного, каким образом тот предпочитает отправиться на тот свет.
— Именно, — буркнул Виктор, ощущая, как под холодным взглядом соратника невольно подбирается, точно перед самой настоящей схваткой.
Уж больно в нужный момент появился Лю Ван Тай. Стоило Рашиду коснуться информации, которую новичку братства знать вовсе не обязательно, как китаец тут же «проснулся» и решил присоединиться к разговору.
С очень простой целью — его прекращения.
Глава 12
ГРЯЗНЫЕ ДЕЛА
1 июля 2229 года летоисчисления Федерации Земля, Лондон
Едва шагнув из тени на солнце, Виктор понял, что синоптики, предсказавшие жару, не ошиблись. Пекло так, что вспоминался Альвхейм, а знаменитые английские туманы казались выдумкой.
— Да, жарковато, — признался Лю Ван Тай. — Хотя лето — оно и здесь лето...
— Куда мы едем? — поинтересовался Виктор.
— Я же тебе говорил — в Ливерпуль, — невозмутимо отозвался Лю Ван Тай, открывая дверцу взятого вчера в аренду БМВ, черного и угловатого, похожего на короткий лакированный гроб.
— Это я понял, но зачем?
— Нужно проведать одного человека, — сообщил Лю Ван Тай. — В ближайшее время ему может понадобиться помощь...
Дальше Виктор спрашивать не стал, прекрасно зная, что бесполезно.
Машина, постояв на солнце, прогрелась и в ней было жарковато. Но когда они набрали высоту, Лю Ван Тай включил кондиционер, и вскоре путешественников окутала приятная прохлада.
БМВ, двигаясь в сплошном потоке автомобилей, выбрался за пределы города, и впереди показалась серая лента Трансбританской скоростной магистрали, идущей от бывшей столицы империи к Бирмингему и дальше, мимо промышленных центров Средней Англии, на север, в Глазго.
Машина мчалась, негромко мурлыкал что-то приемник на приборной доске, а Виктор дремал, время от времени просыпаясь, чтобы оглядеться. Ничего интересного вокруг не наблюдалось, и он снова засыпал.
У Бирмингема остановились на пятнадцать минут, чтобы размять ноги. Поджидая задержавшегося в туалете придорожного кафе напарника, Виктор думал о том, что необходимости его участия в этой поездке не было. Лю Ван Тай взял напарника с собой лишь для того, чтобы не выпускать из поля зрения.
Стоило признать, что китаец поступал дальновидно. Хотя Виктор пробыл на Земле больше десяти дней, он не имел ни единой возможности дать знать о себе Загоракису.
На крайний случай Виктор мог просто сбежать и, несмотря на еще не залеченную рану, это не составило бы большого труда. Но в этом случае братство неминуемо затаилось бы, ушло на дно, а добытых сведений могло не хватить, чтобы его ликвидировать.
— Тебя что, понос одолел? — спросил Виктор у Лю Ван Тая, когда тот вышел к машине.
— Нет, — ответил китаец равнодушно и открыл дверцу: — Садись. Поехали.
Машина рванула с места, едва Виктор опустился на сиденье. Дверцу захлопывал уже на ходу.
Перед самым Ливерпулем проехали через грозу, Крупные капли барабанили по ветровому стеклу, молнии распарывали темный небосвод. Машины прижимались к земле, скользя над самой поверхностью, точно их дальние предки, работавшие на бензине.
В город Лю Ван Тай въезжать не стал, остановившись у первого же бара после огромного, висящего поперек дороги плаката «Добро пожаловать в Ливерпуль!».
— Нам сюда? — спросил Виктор, оглядывая неказистое заведение с вывеской «Судный день» над входом.
— Именно.
Внутри бар выглядел так же непрезентабельно. Стены занимали фрески, изображающие гневных ангелов с мечами и чашами. Но не очень умелый художник нарисовал все так, что мечи напоминали плазменные резаки, а чаши, наполненные кипящим гневом, — пивные кружки, из которых льется пена.
Ангельские лица походили на морды запойных пьяниц.
Бар был почти пуст, бармен дремал за стойкой, за столиком в углу сидели двое стариков, а еще за одним расположился мрачный длинноносый тип, в котором Виктор с первого взгляда узнал своего.
— Привет, — сказал Лю Ван Тай, подходя к длинноносому. — Познакомьтесь, Виктор, Шон...
«Шон Дональд Кларк, — в памяти Виктора всплыло очередное досье, — родился на Новой Америке, с десяти лет на Земле, капитан СЭС, «сломался» в две тысячи двести двадцатом...»
Едва опустились на дряхлые, скрипящие от старости стулья, как рядом очутился бармен.
— Чего будете заказывать? — спросил он, глядя на посетителей с непонятной подозрительностью.
— Чай, — сказал Виктор.
— А мне чего-нибудь поесть, — добавил Лю Ван Тай.
Бармен кивнул и величественно удалился за стойку.
— Ну рассказывай, — сказал Лю Ван Тай, требовательно глядя на Шона.
— Чего особенно рассказывать? — вяло отозвался тот. — Джон ввел вас в курс дела?
— Нет. Только сказал, что тебе нужна помощь.
— Ну хорошо. — Длинноносый «призрак» вздохнул с видом мученика, в которого вгоняют очередной гвоздь. — Осталось единственное препятствие, мешающее мне стать старшим группы службы безопасности президентского дворца в Дублине. И это препятствие — мой начальник.
Виктор удивленно заморгал. У братства имелся человек в самом дворце, хотя при первой попытке убить руководителя Федерации его никак не пытались использовать.
Говорило это об одном — организация, возглавляемая Джаспером Монро, действовала неспешно, обдуманно и всегда имела в запасе несколько вариантов достижения одной и той же цели.
— Начальник? — хмыкнул Лю Ван Тай. — Мы должны его устранить?
— Не обязательно. Можно просто скомпрометировать или лишить работоспособности.
Подошедший бармен поставил на стол тарелку с парой сосисок и высокий стакан с чаем:
