не уверена, что его нужно запоминать.
Когда год назад Тед Ханссон вышел в отставку, найти ему замену оказалось непросто. С тех пор лидеры, чье политическое убожество зашкаливало, сменялись, продержавшись на посту месяц или около того. Сейчас «Шведское будущее» в упадке. Под вопросом само существование партии. Исчезни они совсем, Мина ничего не имела бы против.
– Год назад я вошла в его дом в Тюрешё, – тихо сказала Мина. – Трудно поверить. Ощущение такое, будто это произошло вчера… Там было так пусто… Мне до сих пор снится, что я брожу по тем комнатам. Представить только, что семья Винсента была лишь фантазией.
Аманда медленно кивнула и отложила ручку, которую держала.
– Конечно, мне не следует делать заключений без надлежащей психологической оценки, которая невозможна без участия пациента, но из наших с тобой бесед на протяжении почти двенадцати месяцев я могу сделать примерно такой же вывод. Похоже, семья была не более чем подсознательной конструкцией и способом справиться с детской травмой. Никогда не сталкивалась с таким тяжелым случаем разделения личности.
– Думаю, члены семьи представляли разные аспекты личности Винсента, – продолжила Мина. – Астон – его чувства. Беньямин – аналитические способности. Ребекка – социальное «я». Мария была его духовной частью, а потому источником вечного психического дискомфорта. Ульрика, вероятно, представляла его цинизм. Я уже говорила об этом и все равно до сих пор не могу понять почему…
– Возможно, пришло время поговорить об этом, – Аманда наклонилась вперед. – До сих пор я намеренно избегала этой темы, поскольку в центре внимания была только ты. Но теперь…
– Какой темы? – не поняла Мина. – О чем ты?
– О твоей роли в том, что случилось с Винсентом, – объяснила Аманда.
– Моей?
Когда Юлия рекомендовала Мине обратиться к Аманде, первым ответом было категорическое «нет». Меньше всего хотелось, чтобы психолог копался в том, к чему никто, кроме Мины и Винсента, не имел никакого отношения. Но Мине пришлось уступить, как только Юлия дала понять, что это не просьба, а приказ.
В общем, Мина никогда особенно не ждала встреч с Амандой. И сейчас не чувствовала ни малейшего желания углубляться в предложенную психотерапевтом тему. Взглянула на часы в тайной надежде, что время вышло, но его оставалось достаточно.
– Да, сейчас мы поговорим о твоей роли во всем этом, – ласково улыбнулась Аманда. – Думаю, мир фантазий Винсента дал трещину, когда появилась ты. Впервые рядом с ним оказался кто-то еще. Потребность в вымышленных внешних личностях отпала. Неудивительно, что Мария тебя ревновала и они с Винсентом так много ссорились из-за тебя. Помни, что для него она была реальной женщиной.
– Но как мы могли этого не понять? – недоумевала Мина. – И почему Винсент сам ничего не сказал?
– Думаю, он по-своему пытался избавиться от наваждения, – вздохнула Аманда. – Вспомни выяснение отношений с Ульрикой в «Гондоле». Что это, если не попытка восстать против созданной им же ложной реальности. Но Винсент потерпел неудачу. Потребность вырваться на свободу создала Тень. Таким образом подсознание Винсента пыталось привлечь его к ответственности за выбор, который он сделал в пользу мастера-менталиста, то есть рацио. И, как я уже сказала, ты стала важной частью этого процесса. В том, что спустя столько лет Винсенту захотелось вернуться в нашу, человеческую реальность, твоя и только твоя заслуга.
Какое-то время Мина молчала. Потом посмотрела в окно. Слова Аманды еще не вполне были ею осознаны, но плакать уже не хотелось.
– Я скучаю по нему, – прошептала Мина. – Кем бы он сейчас ни был. И где бы ни был.
Аманда молча кивнула. Здесь она ничего не могла изменить и, кажется, поняла это.
Она поправила лежащий на коленях блокнот.
– Время нашей встречи подошло к концу… И, кстати, о Тени. Согласно твоему полицейскому отчету, в доме Винсента было не так много вещей. Наличие кое-каких из них я попыталась обосновать психологически. К примеру, аквариума. Не помню, говорила я тебе это, но по-шведски эти рыбки называются американскими собачками. А по-латыни – Umbra limi. «Умбра лими».
Мина улыбнулась про себя. Как это похоже на Винсента!
Винсент вышел из магазина на заправке с шестью морожеными в руках.
Семья разминала ноги на стоянке, подставляя лица солнцу. Зима в самом деле выдалась необыкновенно мягкой.
В кармане звенела сдача. Не так просто найти магазин, который до сих пор принимает наличные, но здесь главное – не отчаиваться.
– Технический перерыв! – Винсент понял руки с мороженым.
– Ты заправился? – спросила Ульрика.
– Мороженое… зимой! – Ребекка поморщилась. – Все-таки ты странный, папа.
– Я могу съесть порцию тети Ульрики! – с готовностью объявил Астон.
– Вот еще, – проворчала Ульрика, откусывая поочередно от двух порций.
После чего повернулась к сестре:
– Тебе с школадом или без?
Винсент улыбнулся и еще глубже надвинул кепку на лоб. Продавец его не узнал, но осторожность никогда не помешает. Хотя прошло довольно много времени с того случая, когда его в последний раз узнали на улице. Удивительно, как много может сделать борода и краска для волос темного оттенка.
– Только в машине мороженое есть нельзя, – предупредил он. – На сиденьях остаются следы.
На память пришли пластиковые подкладки, какие использовала Мина, чтобы защитить свою машину от чужеродных бактерий.
Машина Мины.
Мина.
Воспоминание отозвалось болью в сердце. Год прошел, но тоска по ней не ослабевала. Скорее наоборот, усиливалась. Тень не оставил ему выбора. Что бы ни происходило в груди, Винсент запрещал себе думать о Мине. До тех пор, по крайней мере, пока не совершит задуманное.
Если, конечно, он вообще когда-нибудь это сделает.
– Беньямин, не хочешь попрактиковаться в вождении? – спросил он.
– Нет, папа. Веди лучше ты. Так безопаснее.
– Когда у нас будет новый дом? – заныл Астон, доедая мороженое. – Я устал болтаться по отелям. Куда мы вообще едем?
Винсент рассмеялся и взъерошил сыну волосы. Рыжие почему-то. Это было неправильно. Менталист моргнул, и Астон снова стал светло-русым блондином.
На выходе из магазина висел указатель, гласивший, что до Квибилле осталось тринадцать километров. Тринадцать километров до фермы, где все началось.
– Думаю, скоро мы будем дома, – ответил Астону Винсент. – Ты это поймешь, как только увидишь.
Спасибо
Без тебя, читатель, мы остались бы безработными. Поэтому прежде всего – спасибо тебе за то, что дошел до этого места и следовал за нашими героями извилистым путем приключений.
Как всегда, мы хотим поблагодарить Иоакима Ханссона, Сигне Бедингер, Анну Франкл, Стива Уайта и всех сотрудников агентства Nordin, которые продолжают возвещать миру о наших скромных работах. Большое спасибо Лилли Ассефа и всей команде Assefa Kommunikation, благодаря которой
