– Ты появился вовремя, чужеземец! – с мрачным удовлетворением проговорил Тойнгха сквозь завывания ветра. – Начался Великий Потоп. Такое случается очень редко. Теперь можно отправляться к Храму… Помни наш уговор и не пытайся меня убить…
* * *
Окрестности замка Грах исчезли под водой, которая почти достигла моста, переброшенного через ров. На водной глади мерцали отражения голубых куполов.
Возле моста Сенора и графа уже ждала лодка. Гребцами оказались куклы Гугима, имевшие по несколько пар длинных щупалец вместо рук – весла в них казались игрушечными. Чуть позже Холодный Затылок понял, что эти куклы глухи и слепы – они были созданы для тяжелой однообразной работы. Тойнгха управлял ими при помощи своей шпаги.
Когда лодка отплыла от замка на достаточное расстояние, стало видно, что, кроме скал, в которых был вырублен Грах, и куполов гробниц, весь Ярус исчез под водой, причем поверхность ее оказалась не плоской, а вогнутой, словно гигантская чаша. Края этой чаши терялись во мраке вечной ночи.
Во время недолгого плавания Холодный Затылок ощущал, что его тело становилось попеременно то необычайно легким, то тяжелым, как будто наливалось свинцом, и тогда каждое движение давалось с большим трудом.
Лодка скользила почти бесшумно, посылаемая вперед мощными взмахами весел, которые вспарывали воду с тихим плеском. Тойнгха необъяснимым чутьем находил дорогу в лабиринте ветвей Стеклянного Леса, торчавших из-под воды. В них преломлялся свет, утомлявший глаза; разноцветые лучики сплетались в эфемерные миражи…
Вскоре лодка оказалась посреди древнего архипелага. Купола гробниц окружали ее со всех сторон; в их сиянии растворилась мрачная тень далекого замка. Здесь Крысиный Хвост заставил тупых гребцов остановиться, нанося им довольно сильные уколы шпагой.
– Придется немного подождать, – сказал он Сенору. В голубом свете его лицо казалось мраморным и дьявольски красивым.
* * *
…Призрачный свет падал отовсюду, и нигде нельзя было отыскать хотя бы клочка тени. Сенор сидел в неподвижной лодке; биение собственного сердца казалось ему слишком громким.
Долгое время ничего не менялось вокруг, а потом он ощутил приближение Кладбищенской Крысы. Когда-то с ним уже случилось нечто подобное – ее присутствие нельзя было забыть, и к нему невозможно было привыкнуть.
На этот раз Холодный Затылок почувствовал, как по его внутренностям растекается мертвящий жидкий лед. Возможно, таким и бывает ужасное мгновение, предшествующее небытию, но сейчас оно слишком затянулось. Инстинктивно Сенор опустил голову и услышал сквозь шум внезапно подувшего ветра торжествующий смех Тойнгха.
Из-под воды поднималось что-то; оно было растворено в пространстве, окружало лодку со всех сторон и излучало парализующий страх. Оно наполняло воздух всепроникающим низким гулом, сводящим с ума…
Только длительная практика в искусстве отражений помогла герцогу возвести защиту. Внешне он бездействовал, но настоящая война разразилась внутри его черепа. Там тоже давно поселилась ненасытная и безжалостная «крыса», прогрызавшая дыры в обветшавшем разуме.
Сенору опять пришлось бороться с труднопреодолимым искушением увидеть зловещего обитателя Мургуллы. Одно мгновение ему даже казалось, что это «свидание» стоит целой жизни, и влечение к смерти охватило все его существо – настолько сильным было разрушительное и самоубийственное влияние на сознание.
Потом стало легче – колодки неуправляемого кошмара разжались, и Незавершенный понял, что очень близко подошел к грани, за которой ему грозило окончательное безумие…
Крыса удерживала его в этом состоянии, исключавшем всякую возможность сопротивления. Теперь Сенор не ощущал присутствия Крысиного Хвоста. Лодку сотрясали сильные толчки. Однажды она чуть не перевернулась. Затем наступило кратковременное затишье. Герцог все еще не рисковал открыть глаза. Наконец лодка поднялась в воздух и понеслась куда-то с невообразимой скоростью…
Напор набегавшего воздуха был чудовищным; Поющая Шкура на плечах Сенора уже не звенела, а жалобно стонала, трепеща под безжалостным натиском ветра.
Человек Безымянного Пальца сидел скрючившись, крепко вцепившись руками в борта лодки, и твердо помнил одно: он не должен смотреть на то, что окружало его и поддерживало в воздухе, чем бы оно ни было…
Полет был стремительным и недолгим. Единственными звуками, сопровождавшими его, были гул Крысы и свист ветра, пронизывавшего до костей. Вскоре Холодный Затылок почувствовал, что оледеневают пальцы, но лодка уже падала вниз, и его тело почти утратило вес. Потом падение замедлилось, и лодка неподвижно зависла в пространстве – во всяком случае, не было слышно ни единого всплеска воды.
Чей-то голос, который мог бы принадлежать Тойнгха, но казался уже совершенно чужим, прошептал в самое ухо Сенора:
– Теперь можешь смотреть… Иди вперед – и войдешь в храм…
Он открыл глаза.
Лодка висела над водой вровень с вершинами куполов, и с этой высоты герцог видел еще больше древних гробниц. Вереницы светящихся полушарий уходили за горизонт, очерченный границей воды и голубого зарева…
Кроме Сенора, в лодке уже никого не было. На местах, которые занимали гребцы, остались лужицы мутной, дурно пахнувшей слизи. Холодный Затылок посмотрел на корму – туда, где находился Тойнгха, – и у него перехватило дыхание от того, что он увидел.
Позади лодки, на расстоянии, которое невозможно было точно определить, висело гигантское спиралевидное образование с размытыми краями. Полупрозрачные ветви спирали медленно вращались, будто крылья огромной ветряной мельницы. В самый центр вращения была втянута ужасным образом деформированная фигура графа, которая казалась герцогу смехотворно маленькой. Только лицо Тойнгха оставалось узнаваемым, но теперь оно было почти детским и совершенно обескровленным. Очевидно, он превратился в придаток какого-то другого, гораздо большего, чем он, и к тому же совершенно чудовищного на вид существа.
– Вперед! Иди вперед! – кричало это существо. Его крик поднялся до пронзительного визга, который затем перешел в рыдающий хохот. От него закладывало уши.
Спираль медленно удалялась и таяла как дым. Визжащее существо в ее центре превратилось в неразличимую точку и наконец исчезло.
Поскольку ничего другого не оставалось, Сенор последовал его приказу и перебрался на нос лодки. От нее протянулась в пустоту тропа из стеклянных дисков, которые плавали в воздухе. Они выглядели не самой надежной опорой, но он ступил на них (предопределение! – как сказал бы Тойнгха) и при этом чувствовал себя так, словно шел по шатающемуся мосту…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
