Всем известно, что особь, постоянно находящаяся за кадром, которую ты никогда не видел, а только слышал, обретает некий флер внушительности. Скрытый тайной отдаленности, невидимый собеседник внушительно говорит, внушительно молчит, и даже в тривиальном кашле, сопении носом или икоте такого товарища тоже присутствует налет значимости.
И вот эта внушительная особа перед нами.
Переминается на хилых ножках.
– Ну и…? – явно не узнавший куратора толстяк повернулся к нашей красавице и шепотом уточнил: – Как ты считаешь, это мужская или женская особь? Нам повезет или не повезет?
– Повезет! – весело ответил за Вторую колобок.– Ибо перед вами не какая-нибудь там мужская или женская, а настоящая особь руководящего пола! Расслабьтесь, ребята! Все позади! Утилизатор просто перестраховался! Техники только что закончили разбирать багажный отсек капсулы! Всем троим объявлена особая благодарность от главы филиала! Каждому повышение на ранг, денежная премия и… нагрудный знак почета третьей степени! Молодцы! Вы-таки сумели раздобыть «лучший подарок прекрасной даме»! Правда, без упаковки… Но это уже мелочи! Копию коробочки уже изготавливают!
Третий потер глаза, опередив мое собственное желание.
«Лучший подарок прекрасной даме»? Кажется, я сплю.
Верю, что можно искренне считать задание выполненным, но на самом деле провалить его подчистую. Но чтобы наоборот… Не верю! Не бывает такого! Сон! Или галлюцинация… Или… нет, пусть уж лучше это окажется галлюцинация.
– Что застыли? – удивился куратор.– Там около карантинной камеры уже целая очередь собралась, номера на ладонях записывают. Утилизатор в ожидании решения вашей участи все запоры задраил и сам за печуркой окопался. Говорит, уже хотел жечь в порядке профилактики. Дескать, лучше пару штук чистых полевых работников спалить, чем одного грязного на Базу пропустить. Трудяга. Щепетильный до ужаса. Пришлось лично за вами бежать и даже слегка Устав нарушить. Правда же, я вовремя?
Под кроватью загалдели гномы, и я под этот ритмичный укающий говорок неожиданно для себя начал оттаивать. Не сон. И, совершенно точно, не глюк. Что же получается – ура? Ура-а-а-а!!!
– За мной! – строго скомандовал куратор.
Я заметил, что он, разговаривая с нами, все равно смотрит не на живого собеседника, а на маленький экранчик, прикрепленный на оттопыренном шейном кронштейне под подбородком. Привычка. Привык, дорогая наша канцелярская крыса, видеть своих подчиненных не в полном объеме и лицом к лицу, а лишь их уменьшенное плоское изображение…
И все-таки нет, насчет крысы я погорячился. До такой эффектной круглой комплекции крысу не откормить. Будем считать нашего администратора… канцелярским глобусом. Вот именно, глобусом!
– О чем задумался, Пятый? – весело уточнил куратор, подмигивая моему изображению на экранчике.– Кличку мне придумываешь? Не тужься, уже до тебя все придумали. Осталось только выбрать. «Говорящий арбуз», «Глобус», «Тыква с ушами» – тебе какая больше нравится?
– А вам, товарищ куратор? – дипломатично уточнил Третий.
– Лично мне больше нравится «товарищ куратор»,– строго ответил колобок.– Хотя из всех прозвищ, которыми меня награждали за мою длинную жизнь, имеется одно очень точное и почти не обидное.
– «Глобус» – символ знания? – предположила чертовка.
– Нет. «Гол»,– широко улыбнулся администратор, ловко извлекая из кармашка пачку полиэтиленовых пакетов.– Потому что когда я кого-нибудь бью, то никогда не промахиваюсь! Пятый, Третий, Вторая! Что за постные лица? Это была шутка! Подсобите гномов упаковать, их уже ждут в коридоре, и пойдемте отсюда.
– А их-то куда? – с неожиданным сочувствием к товарищам по короткому (но страшному) заключению спросил Третий.– Жечь?
– Все бы тебе жечь! – укорил куратор.– Решение примет САМ. Но лично я, пока они там наверху будут разбираться, оформил бы их как ремонтников. Временно.
– Товарищ куратор! – гневно сверкнул очами Третий.– А вам не кажется, что это перебор? Оформление гномов как носителей Отрицательной сущности есть дискредитация основного контингента Базы!
– Основной контингент Базы у нас до того продвинутый, что сначала кнопки жмет, а уже потом инструкцию читает! – отмахнулся куратор.– Две кладовки от пола до потолка поломанной техникой забиты! Кладите по одному в пакеты, сейчас их десятая бригада заберет. Пошли!
– Ой! А что такое «лучший подарок прекрасной даме»? Посмотреть можно будет? – загорелась Вторая, небрежно ссыпая сразу двух гномов в один пакет. Представители маленького народца протестующе замычали, но чертовка, не обращая на них внимания, крепко завязала горловину, встряхнула в воздухе, чтобы компактней улеглись, и доложила: – Готово! Ну так как насчет артефакта? Любопытно до смерти! Хоть одним глазком…
Куратор рывком повернулся к внимательно подслушивающему утилизатору:
– Им что – уже стерли память? Без моего приказа?!
Морщинистое лицо утилизатора пошло трещинками.
Пока сотрудник карантинной камеры силился понять суть вопроса, куратор еще больше занервничал и обратился к Третьему:
– Полевой работник инвентарный номер 576/654-3! Что именно находилось на самом нижнем ярусе башни семейного мага покойного графа Венге Коварного?
Очевидно, это был короткий проверочный тест, вспомнит или нет?
Третий не подвел. На внезапные вопросы в лоб мой друг всегда реагирует как существо не просто с почищенной памятью, а как существо вообще без нее. Что называется, чистый лист. Только жирный.
– А? Что? – вылупился на куратора толстяк круглыми глазами.
Куратор заглянул в эти океаны честности и открытости и виновато отвел взгляд.
– Понятно…
Следующий вопрос предназначался уже для уточнения. Стерли все подчистую или только отдельные секретные куски?
– Товарищ утилизатор! – строго начал куратор.
Увидев, что работник карантинной камеры начинает открывать рот, я изо всех сил наступил Второй на ногу.
– У-у-у! – взвыла чертовка, замахиваясь, но мое побелевшее от ужаса лицо оказалось лучшей подсказкой.
Если надо кого отвлечь, то наша напарница просто клад. Даже носовой платок умеет так достать, что со зрителей семь потов от вожделения сойдет. В этот же раз от страха, что ее прекрасную белокурую память, в которой хранится так много интересного, злодейски сотрут, Вторая превзошла сама себя. И платок искала, и пылинки стряхивала, и складочки на одежде расправляла, и кудряшки на палец наматывала, и затекшие от долгого сидения ножки массировала. Причем в таких интересных местах, где ножек отродясь не было.
Утилизатор так отвлекся, что вообще забыл, где он и о чем его только что спрашивали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
