был даже удивлен, когда увидел меня веселой и бодрой.
— Я бы хотела обсудить новое расписание работы, — произнесла, когда рассказ о тифе подошел к концу.
— Ты собираешься уходить от нас? — спросил лекарь обеспокоенно.
— Ни в коем случае! — заверила я. — Просто хочу сократить количество рабочих часов. Если можно, я бы хотела работать три дня в неделю с обеда до вечера.
Последние годы в старом мире у меня никого не было, и я отдавала работе всю себя. Долго думала над тем, как организовать свою жизнь и пришла к выводу, что если буду рвать жилы, успею еще меньше и быстро выгорю. Мир не изменить за месяц, это будет длиться годами. Эти годы я и буду трудиться: вдумчиво, упорно и неторопливо. Изучать и подстраиваться, незаметно меняя действительность.
— Конечно, как скажешь. Ты ведь собираешься замуж, да?
Я кивнула. А еще Истен намекнул, что скоро меня ждут перемены в Академии, и для занятий потребуется чуть больше времени. Так и не удалось выбить из него, что это за новшества, но было жутко любопытно. Неужели решил нагрузить дополнительными лекциями?
Я прекрасно понимала, что получаю магическое образование в “урезанном” виде. Было много пробелов и белых пятен. Если что-то сложное типа исцеления выгоревших источников получилось освоить самостоятельно, то в некоторых простых повседневных вещах я была почти беспомощна.
— Рад, что ты вернулась живой и здоровой, — внезапно расчувствовался старый лекарь. — Зато теперь я жду от тебя подробный отчет в письменном виде! Моим практикантам будет полезно узнать, как в наше время проводятся противотифозные мероприятия.
Пообещав составить отчет в ближайшее время, я отправилась навестить своих маленьких пациентов. Меня охватило волнение. И чем ближе подходила к палатам, тем сильнее оно становилось. Теперь мальчики и девочки жили раздельно, сначала я отворила дверь в палату девочек и замерла на пороге.
Лилит и Марни поддерживали здесь идеальный порядок, приучая к нему и маленьких подопечных. Книги ровными рядами стояли на полках, игрушки громоздились в коробках. А девочки были увлечены рисованием под руководством Лилит. Ее белый передник с крестом был забрызган зеленым, но она не обращала внимания на пятна.
Заметив меня, дети побросали кисти и бросились обниматься. Сейчас и я превращусь в пятнистого леопарда, но ничего, это все мелочи.
— Ты знаешь, они так изменились. После этих, как их там, ментальных вмешательств они стали поживее и повеселее, — заметила женщина серьезно, когда толпа девчат слегка угомонилась. — Просто не узнать. Раньше рук не хватало, некому было уделять им внимание, да и Родеус не подпускал никого из нас. Дети жили дикарями без книг, без нормальных игрушек, без общения с ровесниками. Про театры даже речи не было! Все на них махнули рукой.
— А будет еще лучше, Лилит.
— Дай-то Всеотец и Пресветлая Матушка! — она покачала головой и улыбнулась, потрепав по волосам маленькую Келли. Девчушка обняла женщину за ногу и уткнулась в нее лицом.
— Лилит, отвлекай их пока, а я по одной буду забирать их к себе в кабинет. Надо продолжать лечение.
Первой, как обычно, я взяла Эллин. Девочка перед этим порылась в ящике и с торжественным видом вручила мне лист бумаги. Я чуть не прослезилась, увидев рисунок себя самой в пышном, как торт, розовом платье, с короной на голове и крылышками за спиной. Для своего возраста Эллин рисовала очень хорошо, и в портрете ясно угадывались мои черты. В углу детская рука вывела пока еще неуверенные буквы: “Аннис”.
— Спасибо, солнышко, — я поцеловала девочку и увидела образ, который она мне отправила.
“Я скучала по тебе” — услышала мысленное послание.
Надо же, прогресс был замечательным! И техники Алеста Байна, которые я тренировала с детьми до отъезда, давали свои плоды. Теперь же настало время довести дело до конца. Я больше не боялась и была уверена в своих силах.
В кабинете на подоконнике поджидал Уголек. Эллин подбежала к нему и потискала толстые бока, вырвав из кота полузадушенный писк.
“Эти дети скоро меня замучают, — пожаловался фамильяр. — Ничем не отличаются от шаловливых котят”.
Эллин уселась за стол и с деловым видом открыла книгу. Надеюсь, у меня все получится, и скоро она пойдет в школу, как обычные дети. Я встала за спиной Эллин и, активировав магический взор, положила пальцы ей на затылок.
— А теперь смотри на картинки и рассказывай мне сказку.
Девочка поерзала на стуле, кивнула и начала. Мне в сознание стали поступать яркие картины, представляемые Эллин. Фантазия у девочки была что надо. И слышала ее слова, произносимые мысленно. Дети постоянно слышали, как общаются другие, ловили слова и фразы, осталось освоить навык устной речи.
Внутри ее головы я видела и блок, который представлял собой темное пятно.
“Если не удается пробить блоки, надо обойти стороной и окутать целительской силой…”
“Темная материя поддается влиянию извне, надо войти в ее центр и попытаться растворить его…”
Я вспоминала строки из книги Байна, они ровными рядами вспыхивали перед глазами. Кольцо начало медленно нагреваться, но я подавила его усилием воли. Сегодня помощь артефакта не понадобится.
Темный очаг бледнел, окутанный моей магией. Она проникала в него тонкими струйками и разъедала изнутри. Эллин на мгновение застыла, что-то ощутив, а потом продолжила сочинять сказку.
И тут случилось то, отчего у меня дрогнули руки. Усилием воли я заставила себя довести процедуру до конца.
— И добрая волшеб-ница… ей сказала…
Эллин сама удивилась звукам, слетающим с губ. Подскочила на стуле, обернулась ко мне и уставилась круглыми глазами. Потом закрыла ладошками рот, словно испугалась.
— Я… — пискнула она.
— Меня зовут Эллин, — произнесла я и попросила повторить.
— Ме-ня зо-вут Эл-лин, — девочка очень старалась, четко и медленно выговаривая каждый слог. Было заметно, как это тяжело и непривычно для нее.
— Молодец. Вот видишь, это совсем не сложно, — похвалила я, а потом обняла худенькие плечи.
Получилось! У нас получилось снять этот проклятый блок!
Уголек следил за нами с подоконника, блаженно щуря желтые глазищи.
“Ты тоже молодец, не опозорила мои седые усы, — произнес фамильяр. — Видно то, что тайна больше не тяготит тебя, пошло на пользу”.
И он был прав. Недавние события добавили уверенности в собственных силах. Эллин крепко обняла меня в ответ, но наше уединение прервал громкий стук в дверь. Кто это? Новые пациенты нагрянули?
— Подожди, солнышко, я сейчас.
