нет, – вынужденно признал отец. И резко сменил тему: – Что так долго? Мать извелась вся! Позвонил бы хоть…
– Пытался.
– Насколько усердно?
– Усерднее, чем когда бы то ни было.
– И облом?
– Полнейший. У вас тоже, что ли? – осенило меня. – И Биржа… того?!
– К ним первым обратились, – нахмурился отец. – Значит, со связью полный провал… это плохо. С другой стороны, никто о вас еще не знает… короче, соблюдайте тишину в эфире.
– На фига?!
– Чтобы не давать информационный повод. Не хватало еще очередной волны возмущений. Столицу неделя как угомонили.
Упс… а Зевс сказал, никаких социальных потрясений… впрочем, он же и про свирепствующую цензуру упоминал. Очередной маленький штришок к общей картине. К сожалению, безрадостной.
– Совсем никому не звонить? – уточнил я, памятуя о намерении благоверной.
– Совсем никому. Еще чуток потерпите. А Мишке я сам скажу, чтобы проследил и пресек.
– Понял. А хорошие новости есть? Как земляне? Как кампания развивается?
– Могу дать доступ к сводкам месячной давности. Изучишь по дороге.
Твою ж мать… положенный вред. А если еще траблы с гиперпрыжками присовокупить… это ж полная ж… изоляция, я хотел сказать.
– В общем, наворотил ты, сын. Впрочем, как и всегда. Жду тебя в офисе, дел выше крыши. И особенно у тебя.
– С каких это пор?
– Да вот с этих самых! – отрезал папенька. – Короче, жду. И настройся посерьезнее, разговор будет долгим.
– Эй! Сам же сказал не палиться. И как же?..
– Сопровождение обеспечим.
Отключился. Надо же, и не поддел толком… не похоже на него.
– Денис, ты чего?
– Чего? – очнулся я от тягостных размышлений.
– На тебе лица нет.
– Не обращай внимания, задумался.
– Все настолько плохо?
Ну да, муж и жена, пусть и потенциальные – одна сатана.
– Мы живы, – пожал я плечами. – Звезды и планеты уцелели. Люди тоже. Чего еще желать, в сущности?
– Тебя что-то гложет.
– Бремя ответственности, радость моя. Всего лишь бремя ответственности…
– Ты повзрослел, что ли? – не на шутку изумилась Асти.
– Сам в шоке… кстати, все слышала? Вопросы про Свена еще есть?
– Нет, – вздохнула благоверная.
– Тогда поскучай пока, мне тут кое-что просмотреть нужно…
Хочешь не хочешь, а в курс дела входить придется. И лучше заняться этим прямо сейчас, благо и доступ к инфе есть, и времени кое-какой запас.
Хорошо, что кэп на себя все сопутствующие проблемы взвалил – и переговоры с эскортом, и маневрирование в спецкоридоре «только для своих», и даже скрытную пересадку пассажира, то бишь меня, в дежурный экипаж СБ. Да-да, безопасники не поленились перехватить меня на высокой орбите, не дожидаясь посадки «Молнии». И в столицу домчали, что называется, с ветерком. Если честно, дольше по Оймякон-плазе шатались, шарахаясь от любой тени. Утрирую, конечно, но именно такое впечатление сложилось. Единственное, что потребовалось лично от меня – относительно неброско одеться, чтобы не особо выделяться на фоне местных клерков, к коим смело можно было отнести и сопровождающих. В костюм, ага. Ну и расслабиться получилось лишь во владениях Смалькова-старшего, начиная с приемной с незнакомой секретаршей и продолжая смежной «прихожкой» с насквозь знакомым тренером дядей Колей. С последним мы обменялись приветственными кивками, и я, наконец, завалился в отцовский кабинет.
Первое, что бросилось в глаза – пустующие гостевые кресла и погашенная активная зона проектора. Второе – довольно усталый вид родителя, по обыкновению торчавшего за монструозным столом. Быстро он спекся… когда звонил, бодрее смотрелся, однозначно.
– И снова здравствуйте, Виктор Андреевич.
– И вам не кашлять, Денис Викторович. Присаживайтесь, ни в чем себе не отказывайте.
Особого приглашения я дожидаться не стал и плюхнулся в самое удобное кресло – аккурат напротив папеньки. Чтобы ему в бесстыжие зенки смотреть. Или наоборот.
– Чего один? Где дядя Петя?
– Без понятия.
– Черт…
– Успел к себе во владения улететь, – успокоил меня отец. – До известных событий. И как отрезало.
– А мы Артура привезли…
– Неравноценная замена, – ухмыльнулся папенька, покосившись на бар. Ну да, из Арти собутыльник никакой. – Теперь давай серьезно, сын. Мы в конкретной жопе. Связи нет, гиперпрыжки по неизвестной причине срываются…
– Все? – перебил я. – В смысле вы корабли всякие задействовали?
– Естественно! Набрали в общей сложности полтора десятка модификаций прыжковых генераторов из наследства разных Предтеч, но со всеми… фиаско. Выходят на разгонный режим, начинают скачок… и ничего не происходит. У нас так первый лайнер месяц назад гробанулся – проскочил точку перехода и усвистел за коридор. Капитан запаниковал и врубил экстренное торможение. Испугался, что в гравитационное поле Зеницы затянет. Дальше рассказывать?
Зеница – это наш местный газовый гигант, очень уж на зрачок человеческого глаза смахивающий. Издали, конечно. Видели, знаем. На нервы реально действует. Так что капитана даже можно понять. Если не принимать во внимание один ма-а-аленький нюанс.
– Гравикомпенсаторы не выдержали? – озвучил я самую очевидную версию.
– Угу… ты не представляешь, какую кашу спасатели нашли внутри.
– Даже не собираюсь, – внутренне передернулся я от омерзения.
Тут покруче пластуемого «циркуляркой» Джоша будет… на фиг. Хотя в новостях, что я успел просмотреть по дороге, таких подробностей не приводилось. Да и вообще никаких подробностей касаемо самих происшествий. Сухая констатация фактов, плюс ссылки для родственников на правительственные ресурсы. Это я про приличные новостные агрегаторы, конечно же. На страницах «желтой» прессы чего только ни творилось! Но я этим бредом пренебрег. Как показала практика – напрасно. Кое-что к журналюгам просочилось, но серьезные издания прислушались к пожеланиям СБ Корпорации, а на остальных никто из сильных мира сего внимания не обратил.
– То есть мы заперты в системе, сын, – закончил мысль отец. – В разгар военного кризиса! Осознал масштаб проблемы?
– Ну, если во всех остальных местах они аналогичные, то наш один большой кризис распался на множество локальных, – пожал я плечами. – Не вижу ничего катастрофического.
– А если нет? А если заперты… только мы?
– А с чего ты так решил, отец? Зевс бы сейчас сказал: недостаточно данных для анализа.
– Вот именно, сын! А раз недостаточно данных, то и исходить мы должны из самых жестких предпосылок. Чтобы потом сюрприз был. Приятный.
– Не замечал за вами раньше склонности к самоуспокоению, Виктор
