глаза потускнели, а кожа начала белеть. Не просто бледнеть — становиться белой, как мрамор, как лёд.
— Что… что ты делаешь? — прохрипела она.
— Создаю маленький хаос, — довольно ответил Локи, разглядывая похищенное сердце. — Видишь ли, мне нужно отвлечь дорогого Виктора. А что может отвлечь героя лучше, чем необходимость спасать возлюбленную?
Кристина пыталась встать, но её тело больше не слушалось. Лёд распространялся от груди по всему телу, превращая живую плоть в холодный камень.
— Зачем? — выдохнула она.
— У меня есть планы на твоего Стража Севера, — объяснил Локи, пряча сердце в складки одежды. — Большие планы. Но пока он так счастлив с тобой, его трудно направить в нужное русло. А вот когда он потеряет тебя…
Кристина хотела что-то сказать, но лёд добрался до её горла. Последнее, что она успела произнести, было:
— Он… найдёт… способ…
— Конечно найдёт! — весело согласился Локи. — Именно на это я и рассчитываю!
Кристина окончательно превратилась в ледяную статую. Прекрасную, совершенную, но безжизненную.
А с её превращением что-то изменилось в окружающем мире. Воздух стал холоднее. Трава под ногами покрылась инеем. Листья на деревьях начали желтеть и опадать, словно пришла внезапная зима.
Холод распространялся от статуи волнами, захватывая всё большую территорию. Ручей замёрз, костёр погас, а земля покрылась слоем льда.
Локи с удовлетворением наблюдал за происходящим.
— Ах да, — сказал он, словно вспомнив что-то важное. — Совсем забыл о лесном духе.
Он щёлкнул пальцами, и где-то в глубине леса раздался рёв ярости. Настоящий Король Зверей, разбуженный магией Локи и доведённый до безумия его чарами, отправился искать того, кто посмел потревожить его покой.
— А теперь, — довольно потирая руки, сказал бог обмана, — посмотрим, как наш герой будет выкручиваться из этой ситуации.
Он исчез, растворившись в воздухе, оставив на поляне только ледяную статую и распространяющийся вокруг неё холод, который с каждой минутой захватывал всё новые территории.
Где-то в лесу Виктор искал священную рощу, не подозревая, что стал жертвой тщательно спланированной ловушки.
А из глубины леса всё ближе доносился рёв разъярённого духа, жаждущего крови того, кто нарушил его покой.
* * *
Виктор шёл через лес уже больше часа, следуя указаниям скальда. Поражённый молнией дуб нашёлся быстро — огромное дерево, расколотое пополам небесным огнём, стояло на небольшой возвышенности как мрачный памятник силе природы. От него он повернул на восток, углубляясь в самую чащу.
Здесь лес был иным. Деревья росли плотнее, их кроны смыкались так тесно, что звёздное небо превращалось в россыпь крошечных искорок между листьями. Воздух был тяжёлым, наполненным ароматами мха, перегнившей листвы и чего-то ещё — древнего, первобытного, что заставляло инстинкты кричать об опасности.
Внезапно он почувствовал холод.
Не обычный ночной холод, а нечто более глубокое. Холод, который напоминал о Кристине, но был лишён её тепла, её жизни. Словно зима пришла в лес внезапно и беспощадно.
Виктор остановился, обеспокоенный. Что-то было не так. Этот холод… он исходил с той стороны, где остался их лагерь.
«Кристина», — подумал он, и сердце ёкнуло от тревоги.
Но тут же где-то впереди раздался рёв. Глубокий, первобытный звук, от которого дрожали стволы деревьев. Звук, полный ярости и боли.
Виктор рванулся вперёд. Какая бы опасность ни грозила Кристине, сначала нужно было разобраться с духом. Иначе, когда он вернётся, лесной владыка может последовать за ним и поставить её под угрозу.
Священная роща открылась перед ним внезапно.
Это было место силы, древнее и могущественное. Деревья здесь были гигантскими — дубы, ясени и буки, чьи стволы могли помнить ещё первых людей, ступивших на эту землю. Их корни переплетались под землёй, создавая единую сеть жизни, а кроны образовывали естественный собор под открытым небом.
В центре рощи стоял пень.
Огромный, размером с небольшой дом, он возвышался над землёй как алтарь забытого бога. Когда-то это было величайшее дерево леса, Мировое Древо этого уголка земли. Теперь от него остался только пень, чёрный от огня, источавший едва ощутимое свечение — последние отголоски той силы, что когда-то текла по его стволу.
И на этом пне сидело существо.
На первый взгляд оно напоминало человека — высокого, широкоплечего, с длинными волосами и бородой. Но приглядевшись, Виктор понял, что это лишь поверхностное сходство. Кожа существа была корой, волосы — мхом и лишайником, а глаза — двумя тлеющими угольками в глубоких впадинах.
Король Зверей.
Древний дух леса сидел в позе глубокой скорби, склонив голову над обгоревшим пнём. Вокруг него лежали животные — волки, медведи, олени, даже птицы, опустившиеся на землю. Все они были неподвижны, но не мертвы. Они спали тем же сном, что и их повелитель.
Виктор сделал осторожный шаг вперёд.
Тлеющие глаза духа мгновенно вспыхнули. Король Зверей поднял голову и посмотрел на незваного гостя. В этом взгляде было столько боли, ярости и безумия, что Виктор невольно сжал рукоять меча.
— Кто посмел… — голос духа был как шум ветра в кронах деревьев, — нарушить мой покой?
— Меня зовут Виктор, — ответил он, стараясь говорить спокойно и уважительно. — Я пришёл, чтобы помочь.
Король Зверей медленно встал. Во весь рост он был не менее трёх метров, а его тело казалось высеченным из живого дерева. Мох на его плечах зашевелился, превращаясь в подобие плаща, а из пальцев выросли когти, длинные как мечи.
— Помочь? — Смех духа был как треск ломающихся веток. — Ты один из них! Один из тех, кто сжёг моё сердце!
— Нет, — покачал головой Виктор. — Я не сжигал ничего. Я пришёл, потому что узнал о твоей беде.
— ЛЖЕЦ!
Рёв Короля Зверей прокатился по роще, и спящие животные мгновенно проснулись. Их глаза загорелись тем же безумным огнём, что и у их повелителя. Волки оскалили клыки, медведи встали на задние лапы, а в небе закружились птицы с острыми когтями.
— Все вы одинаковы! — продолжал дух, поднимая руки. — Приходите с огнём и железом, уничтожаете то, что росло веками! За что? За землю? За древесину? За власть?
Вокруг Виктора начали смыкаться кольца животных. Он понял, что слова тут не помогут. Дух был слишком безумен от горя, чтобы слушать.
— Я не хочу с тобой драться, — сказал Виктор, выхватывая Кровопийцу. — Но если ты не оставишь мне выбора…
— Ты умрёшь здесь, — прошептал Король Зверей. — И твоя кровь напитает корни моих детей.
