— Так, вот только не надо на меня взваливать миссию по спасению всего мира! — поперхнулась я, — На это существуют Хранители, вот пускай они этим и занимаются! Я только наполовину Хранитель, и становиться полностью им не собираюсь!
— Это я и хотел услышать, — неожиданно улыбнулся эрхан. И почему мне кажется, что на самом-то деле его слова имели другой, скрытый смысл… Ладно, спишем это все на собственную паранойю, ибо разбираться еще и с этим делом у меня нет абсолютно никакого желания!
— Рикс, отнеси химо в Ассоматийскую длину, — погладив ворона, я положила паука на перила, — Химо, ты же понимаешь, что это тебе сейчас нужнее?
— Я хоть и старый, но думать еще могу! — ворчливо отозвался тарантул, — Ладно, чего уж тут поделать, пойду туда. Но я скоро вернусь!
— Боюсь-боюсь, — фыркнула я, поглаживая паука, — Летите. Поговорить мы и потом успеем.
— Хорошо, согласился паук, подползая поближе к ворону, — И все-таки я говорил, что у тебя кто-то из родственников с эльфиком согрешил!
— Ты был прав, — расхохоталась я, — Только этим самым родственником и был эльф. Шай, что случилось?
Демон, который вдруг весь напрягся, напряженно вслушиваясь в бурчание голосов со стороны сада, приложил палец к губам. Я тут же напряглась, уже прекрасно различая горячий спор знакомых, кстати, голосов внизу.
— Слушай, свалила бы ты, а? Без тебя забот хватает!
— Заткнись, демон, тебя вообще сюда не приглашали!
— Поклеп, я вот тут как раз по приглашению! А вот что твоя курносая физиономия здесь делает? Насколько я знаю, ты явно не желанный гость!
— И это мне говорит эрхан, который заявился во дворец лунных эльфов во время коронации?
— Еще раз говорю, я по приглашению, ты что, глухая? Хм, надо малышке рассказать, пускай знает, что у нее в магах ходят глухие эльфийки. И кстати, не дергай этого болезненного, а то его опять тошнит. Хотя дергай, я надеюсь, что в этот раз пострадает твой костюм.
— Какие мы нежные… платочек дать?
— Засунь его себе туда, где солнышко не светит!
— Тебе в рот, что ли?
— Сайтос поймал того эльфа, — усмехнулся Шайтанар, который легко различил голос, принадлежащий его эрхану.
— Да, — хмыкнула я, — Вот только где он при этом умудрился поймать еще и Мирабэль?
— Кто это?
— Очередная головная боль, — поморщилась я, — Химо, летите, мы скоро увидимся. Шай, прости, но лечь спать я пока не могу. Мне все-таки интересно, кто ж такой умный решил прибить моего братика.
— Я так понимаю, мое мнение здесь не учитывается? — бровь демона вновь иронично выгнулась.
— Нет, конечно! Так мы идем, или нет?
Ох, лучше бы я не ходила…
Все же видеть, как Шайтанар пьет кровь лунного эльфа, это, извиняюсь, гадство еще то! А что было еще делать? Бледный эльф, которого Сайтос здорово помял, говорить отказывался наотрез, даже не смотря на то, что кровь Марка на его руках ощущалась даже мной, а близнецы, которых привел Оланиэль, в один голос подтвердили, что это сделал он. Летрак так вообще предложил использовать старый добрый пыточный зал. Я промолчала, решив не уточнять, что его засыпали уже давным-давно. Марк попытался сломать блок на сознании этого эльфа, который явно был из аристократов, но не вышло. Кто-то очень сильный постарался, чтобы мы ничего не узнали. Но как бы то ни было, на каждого сильного мага найдется кто-то сильнее.
И хотя Шайтанар и мог сломать блок на мыслях эльфа, это было средством ненадежным — кто знал, какие последствия могут быть. Ну, вдруг он там умрет, или что-нибудь в этом духе. Это, кстати, было предположением Таша. И что удивительно, как только я донесла эту мысль до окружающей публики, практически все согласились, что проще демону выпить его крови! Ворчал, естественно, только Кристиан, и то я подозреваю, только из зависти. Самому ему кровь лунных эльфов пить было запрещено. Но он на собственной шкуре убедился, насколько легко и просто узнать все, что нужно, имея под рукой эрхана.
И мы узнали.
— Я не верю, — шокировано выдохнула я, опускаясь на ступени.
— Не может быть, — всхлипнула Кери, находясь, похоже, на грани обморока.
— Это ложь! — голос Латриэля практически сорвался на крик.
— Терен, будь другом, заткни мне рот, пока я не начал откровенно материться, — попросил Дерек своего брата, который выглядел не лучшим образом, о чем красноречиво говорили его выпученные глаза.
— Да не может этого быть! — зло хмурилась Мирабэль, — Такого приказа никому не поступало, я бы знала!
— Красотка, да ты вообще ничего не знаешь об окружающих! — откровенно издевался Сайтос, — Вот я, например, белый и пушистый кролик, неужели этого не видно?
— А у кого-то появилась подружка, — ехидно пропел Ри, глядя на эту парочку.
Киртан, глядя на это все только хмурился, но высказаться, в отличие от всех, не торопился. Как, впрочем, и Оланиэль. А вот Ости красноречиво ухмыльнулся:
— И все же этот факт имеет место быть. Я уже говорил — власть сильно портит людей.
— Что-то в этом духе я и ожидал, — откровенно усмехнулся Летрак.
— Я тоже, — повторил его выражение лица Кристиан, — И даже учитывая мое недоверие к ручному демону малявки, я склонен ему верить.
— Я пропущу твои слова мимо ушей только потому, что мнение сопливых вампиров меня интересует меньше всего, — на удивление спокойно ответил Шайтанар, вытирая окровавленные руки белоснежным носовым платком, — Можно думать, что угодно, но факт остается фактом. Убить кого-нибудь из близнецов Тейнилин этому эльфу приказал Тиранэль.
— Как он на это согласился? — только и спросил Марк, который все это время оставался абсолютно невозмутим. Но я-то знала, что мой братик был в ярости…
— Ему предложили обменять жизнь дочери на твою, — выражение лица эрхана неуловимо изменилось, и мне, если честно, стало как-то жутко, — Или на жизнь Ниэль, что в принципе, одно и тоже. Что ты будешь делать с этим?
— Непременно, — резко ответил Марк, поднимаясь с трона, — Оланиэль, проводи Керианэль в спальню, ты отвечаешь за нее головой, — Танорион, проводи мою сестру и останься с ней. Остальных я жду в своем кабинете.
Нет, я, конечно, могла бы возмутиться тем фактом, что меня не поставят в известность, а просто отправляют спать, как маленького ребенка, но не стала. Пускай мужики все решают сами — у меня другие проблемы. Тем более, я догадываюсь, о чем там будет идти речь. Допрос с пристрастием Кристиана, наказание для Тиранэля, и другие насущные проблемы, вроде того, как узнать, что же задумал Эрратиан. И вот пока они это будут узнавать, я разыщу половину артефакта, чего бы мне это не стоило. Желание править миром я еще понять могу, но убивать из-за желания власти над одним-единственным королевством двух детей, выросших на твоих глазах — это уж увольте. А ведь для Тиранэля мы с Марком этими самыми детьми и являлись. Наверное.
