ними не хотелось, но кто-то свыше не так просто подсунул их мне.
— Дома нет. — Повернулся я и произнес тяжелую для потерянных людей фразу. — Вернее, дом будет только тогда, когда вы сами сможете вернуться. Иначе, никак.
— У меня больная мать. Я должен за ней ухаживать.
— Давя на жалость, ты хочешь выставить меня бесчувственным скотом. Жалко маму, если это правда, но пусть эта необходимость быть рядом с ней стимулирует тебя умению ходить по мирам.
— Как вас, Игорь, кажется, будьте снисходительны, сделайте так, чтобы я вернулся домой, прошу. — У врача затрясся подбородок, а в глазах заблестели слезы.
— Хорошо, кто еще добровольно желает остаться в иллюзиях привычного, которые вам дарит клетка вашего примитивного воображения?
Водитель и второй врач неуверенно подняли руки.
— Единогласно. Агитация, это не мое. — Вздохнул я. — Полки за собой мне никогда не повести. А может, и не попасть в Транзабар через доброту свою. Эй, водитель кареты, сидай за баранку, поедем на место ДТП.
Дважды упрашивать его не пришлось. Я сел в кабину, рядом с ним.
— Куда ехать? — Спросил водитель.
В его ситуации вопрос был закономерный.
— А это, как говорится, значения не имеет. Главное — движение.
— Так, все же, вперед или в зад?
— Как-то пошло звучит ваше предложение. Дави на газ, батя, остальное я сделаю сам.
Водитель, немолодой усатый, типичный такой шофер, от которого вечно пахнет бензином, а ладони в прожилках въевшегося машинного масла, осторожно тронулся по кочковатой поверхности этого мира. Мне не составило труда представить свою разбитую машину на дороге. Сознание быстро зацепилось за воображаемый образ.
— Ох ты, е-моё! — Испуганно вскрикнул водитель и вильнул рулем, уворачиваясь от встречного автомобиля, внезапно возникшего вместе с дорогой. — Дорога. Опять.
Моя машина моргала аварийкой на том же месте. Возле нее стояла легковушка с включенным светом. Рядом с разбитой машины стоял человек. Он прикрыл глаза от света, когда его осветила карета «скорой помощи».
— Вот мы и дома, трусы. Живите, как жили, и сожалейте, что упустили такую возможность. — Я вылез из кабины, не прощаясь. — Езжайте.
«Скорая» включила поворотник, объехала останки моего автомобиля и помчалась по шоссе.
— Здравствуйте. — Полез ко мне здороваться любопытный мужик.
— Здорово. Чего ты заглядывал в нее?
— Просто. Меня попросили покараулить, пока не приедет эвакуатор. Слоняюсь от безделья, жду.
— Эвакуатор? А кто тебя попросил? Гаишники?
— Нет. Женщина, жена водителя. Она решила поехать с ним в больницу. Представляете, корова среди ночи перебегала дорогу, ударилась прямо в сторону водителя.
— Постой, постой, друг, какая женщина, это я ехал в этой машине. Смотри, вот мне наложили повязку парни из «скорой». Не было тут женщины, а тем более жены. Я хоть и приложился головой, но не настолько, чтобы не помнить таких подробностей.
Мужчина недоверчиво посмотрел на меня, включил фонарь на телефоне и рассмотрел меня и мои раны.
— Была женщина, я-то не ударялся. — Настаивал он.
— Смотри. — Я достал документы на машину. — Сличай.
Мужчина посмотрел свидетельство о регистрации, затем посветил на номер автомобиля.
— Это не ваш автомобиль. Номера другие. И что это за регион такой на вашем свидетельстве?
Меня начало пробирать неприятное предчувствие. Теперь уже я сверил номера, чтобы убедиться в своих ожиданиях. Номера были не моими, да и вообще, они были не такими, какими пользовались в моей стране.
— Твою мать! — Я схватился за голову. — Что делать-то, теперь?
— А что, тут поблизости была еще одна авария? Вы тоже сбили корову?
— Какую корову, я людей высадил не там, понимаешь?
— Не-е-е-т.
— Слушай, надо догнать «скорую», которая меня высадила. Поехали, я тебе хорошо заплачу.
— Не поеду, мужик. Мне надо ждать эвакуатор.
— Да нахрена он…, черт…, как я сразу…, дай ключи от машины, я сам догоню.
— Ты сдурел? Не дам, и даже не думай. Ты не в себе.
— Ага, а ты в себе, умник.
— Слушайте, если вы не успокоитесь, я вызову полицию и санитаров. Отойдите от меня подальше, иначе…
Это существо, с зачатками разума, вынуло пистолет и направило его на меня.
— Десять шагов, подойдете ближе, я выстрелю. Закон на моей стороне.
Я не был быстрее пули, поэтому на всякий случай отошел на требуемую дистанцию. Остыв немного, пришел к выводу, что врачи, поняв, что находятся не совсем в том мире, в котором должны, вернутся на это место, чтобы найти меня. Я их единственный шанс попасть домой, и они обязательно придут к этому заключению. А как хотелось плюнуть на них, с большой колокольни и отправится на зеленую травку, где верный друг Антош, уже нежит свое изумрудное пресмыкающееся тело под теплыми лучами солнца. Обняться, как старым друзьям и отправится на древесный мир Ляли, которая плачет от беспомощности за окном родительского дома. При всей своей свободе поступать, как хочется, я не мог бросить ненамеренно обманутых мною людей.
Я ушел в тень и стал ждать возвращения врачей. Человек, пообещавший ждать эвакуатор, потеряв меня из виду, потерял и покой. Мне его было видно, потому что он находился на свету, а ему меня нет. Он дергался на каждый подозрительный шум, решив, что я задумал какую-то подлость. Так можно было заработать и нервное расстройство.
— Эй, четланин! — Я вышел на свет. — Расслабься.
— Не понимаю, о ком вы. — Обиделся туземец.
Конечно, всё он понимал, просто не хотел признаваться в этом.
— Между нами, конечно, всякому я бы не стал болтать о таком, — я выдержал театральную паузу, — я из другого мира. Ошибся немного, дал маху, не учел какие-то нюансы и вот, почти такой же мир, как и мой родной, но не совсем.
— Вам уже ввели транквилизаторы? — Не теряя бдительности, осведомился туземец.
— Ввели что-то, но это никак не могло…, - я замолк. А ведь препараты могли повлиять на мое воображение, и в конечном итоге на результат перемещения. — А ты прав, четланин.
— Я не четланин.
— Да кем бы ты ни был, я все равно не буду приседать перед тобой.
Где-то вдалеке горизонт осветили ритмичные вспышки света. Спустя несколько секунд они показались из-за него. Это были не единичные вспышки, а целая гирлянда из разноцветных огней. Они приближались, и вскоре к световому шоу добавился еще и звук, какофония воющих сирен.
— Едут. — Произнес я. — Спешат.
— Кто это? — Спросил туземец, пряча пистолет за пазуху.
— Это мои земляки, только, кажется, они заказали себе кортеж. Только бы не начали стрелять им по колесам.
Мне сразу вспомнились первые попытки перемещений по мирам, которые совершал Антош. Любой мир, в котором мы оказывались, будто специально старался избавиться от инородного тела.
