Второй маршрут, которым она могла пойти, представлялся чуть более рискованным, поскольку кусты и деревья вдоль него росли не столь густо, а путь к бегству начинался дальше, за открытым пространством. Если девушка пойдет той дорогой, возможно, Тэд не станет рисковать сегодня.
В любом случае он выбрал удобную позицию, с которой мог увидеть, каким маршрутом пойдет девушка, чтобы потом опередить ее и спрятаться в засаде. Именно здесь он и сидел сейчас на корточках – одетый во все черное, неподвижный, терпеливый.
Шэннон пыталась заниматься, но никак не могла сосредоточиться. Она посмотрела на настенные часы. Десять пятьдесят пять. Библиотека скоро закрывается, и Шэннон вдруг страшно разнервничалась. Она отложила книгу в сторону. Пожалуй, пора идти спать.
Одиннадцать пять. Со своего наблюдательного пункта Тэд Кэнан увидел, как из библиотеки вышли два молодых человека и, негромко разговаривая, двинулись по главной аллее, залитой янтарным светом фонарей. За ними последовали две девушки. Потом парень и девушка, которые держались за руки и смеялись. Тэд не шевельнулся. Она скоро выйдет.
Мимо прошли два преподавателя; один горячо доказывал свою точку зрения, а другой с ним не соглашался; наконец они свернули за угол, и голоса их стихли в отдалении.
Потом быстро прошагал один парень, ежась от холода.
А потом, на некотором расстоянии позади него, появилась Шэннон Дюплиес. Тэд узнал ее длинную коричневую куртку и толстую вязаную шапочку, которую обычно она носила на макушке, но сейчас опустила низко на лоб, спасаясь от холода. Она несла через плечо большую холщовую сумку на свой обычный манер и, казалось, спешила.
«Ну, детка, какой путь ты выберешь?» Он напряженно следил за тем, как девушка приближается к зданию факультета изобразительного искусства: там она должна будет повернуть либо направо, чтобы пойти по дорожке, проходящей за трибунами стадиона, либо налево, чтобы пойти по менее удобному пути, сквозь рощу и мимо автостоянки.
Девушка дошла до здания факультета изобразительного искусства. Потом остановилась. Что она делает? Она поставила сумку на землю и принялась рыться в ней. Неужели забыла что-то? «Слишком поздно, детка, библиотека уже закрылась».
Девушка оглянулась и посмотрела в его сторону. Тэд не шелохнулся. Он знал, что его не видно в зарослях.
Потом она как будто приняла решение, подняла сумку и...повернула направо.
«Ну давай, давай, порадуй меня. Да! Она явно собирается идти самой удобной дорогой!»
Девушка шагала к стадиону, не оборачиваясь.
Тэд пулей вылетел из своего укрытия, взбежал на холм, пересек маленький мостик и бросился по извилистой дорожке к стадиону. У заранее намеченного места он прыжком метнулся в лес, словно черная газель, петлгя между деревьями и кустами, понесся к месту засады и достиг его задолго до появления девушки.
С бешено колотящимся сердцем он скорчился за густым кустом, чувствуя кипение адреналина в крови. Мысленно он уже видел, как все происходит; он уже чувствовал ее горло под своей рукой.
Из своего укрытия Тэд видел на дорожке круг света от последнего фонаря. Между этим кругом и ним простиралась тьма – именно такая, как нужно, – и до сих пор еще ни один человек не прошел мимо.
Он услышал сначала шаги, и только потом увидел девушку. Он напрягся всем телом и замер.
Быстрое, мерное цоканье каблучков по бетону становилось все громче и отчетливей по мере приближения девушки.
Потом Тэд увидел, как она проходит сквозь последний луч янтарного света и вступает в темноту, в расставленную на нее ловушку.
Она шла прямо посередине бетонной дорожки, опустив голову в низко надвинутой на лоб шапочке, зябко прижав руки к груди, с сумкой на плече. Она не смотрела по сторонам. Он прыгнет на нее прежде, чем она сообразит, что происходит. Она приближалась. Он приготовился к прыжку. Она поравнялась с его укрытием.
Он выскочил из-за куста бесшумно – как привидение, как неясная тень, как жилистый демон смерти. Он обхватил ее сзади за плечи, зажал ладонью рот, и она не издала ни звука. Она боролась, извивалась, вырывалась, но он держал ее железной хваткой и собирался закончить дело быстро. Он потащил ее в лес.
У-х-х! От страшной боли в паху у Тэда глаза полезли на лоб. Он скорчился, в его помрачившемся сознании билась лишь одна мысль: «Держи ее крепче, не отпускай». Ему удалось удержать девушку, пока он пытался прийти в себя от боли, пронзившей все тело.
Бац! Локоть врезался Тэду в ребра с такой силой, что ему показалось, он уже никогда не сможет вздохнуть.
Каким-то образом девушка высвободила одну руку и с размаху ударила его в лицо. Он откачнулся назад. Каким образом ее нога оказалась позади него? Он споткнулся о подставленную ногу и грохнулся навзничь на землю.
Шаги! Топот бегущих ног! Его окружают! Игра закончена. Охотник превратился в жертву.
Он поднялся на ноги, колени его подкашивалась, он никак не мог выпрямить трясущееся тело, и мучительные спазмы выворачивали все внутренности.
– Стоять! – раздался крик с дальнего конца дорожки. – Полиция!
С трудом переставляя ноги – это мало походило на бег, – Тэд рванулся к лесу. Краем глаза он увидел полицейского, одетого под Шэннон Дюплиес, который наставил на него револьвер 38-го калибра.
Тэд достиг границы леса, из последних сил сделал два прыжка в глубь зарослей и наткнулся на огромную мускулистую махину с могучими руками и бешено сверкающими глазами.
– Куда спешишь, приятель? – осведомилась махина, отшвыривая Тэда обратно на бетонную дорожку.
В мгновение ока он снова вскочил на ноги, готовый броситься в бегство, но огромный чернокожий мужчина уже схватил его за воротник и ремень брюк, поднял в воздух и с размаху швырнул в бетонную стену. Тэд мячиком отскочил от нее и упал в руки двух? трех? десяти? полицейских, которые тесно окружили, крепко схватили его и заковали в наручники.
Все было кончено. О черт, да еще как кончено!
– Вы имеете право хранить молчание... – сказал один полицейский.
Тэд Кэнан поднял глаза и увидел, как один полицейский снимает парик и вязаную шапочку, второй убирает пистолет в кобуру, еще два местных полицейских стоят со своими ночными дубинками наготове, а одинокий оратор в форме зачитывает его права.
А что касается махины, поджидавшей Тэда в лесу... ею оказался чернокожий великан, который сейчас нависал над ним, сложив на груди мускулистые руки, понимающе улыбаясь, глядя на него свирепым взглядом, каким лев глядит на убитого врага.
– Мы взяли тебя, гнида, и тебе лучше во всем признаться и выдать сообщников!
В комнате Шэннон зазвонил телефон. Она встала из-за стола, где сидела в ожидании, и подняла трубку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
