— По поводу чего? — уточнила я.
— Я не хотела беспокоить тебя, потому что у тебя есть собственные проблемы. Но все это полная катастрофа!
Катастрофа личной жизни моей лучшей подруги сложилась следующим образом:
1. Ее родители католики, так что не возникало вопроса по поводу сохранения ребенка, но Скарлет не была даже уверена, хочет она ребенка или нет.
2. Родители сказали, что теперь они не хотят платить за колледж («И определенно не за драматическую школу!»), так как Скарлет запятнала себя.
3. Ее мама на самом деле хотела ее свадьбы с Арсли и угрожала выкинуть ее из дома, если она не сделает этого.
4. Драматический клуб не собирался делать ее фотографию («И это после всего, что я сделала для них!» сказала она с негодованием.)
5. Если Скарлет не родит до выпуска, в Святой Троице сообщили, что на церемонии вручения аттестата она присутствовать не будет.
6. Арсли постоянно ее преследовал по поводу возвращения к нему и она боялась, что он сломит ее.
На этом моменте Скарлет вздохнула.
Я пыталась не быть эгоистичной и подумать об этом с точки зрения Скарлет. Я предположила, что может быть ей нужно вернуться к Арсли, если она по-прежнему любила его.
— Анни, я ненавижу его! Я честно не знаю, чем я думала. — Она остановилась. — Я начинаю верить, что я самая глупая девушка в мире.
— Скарлет, не говори так!
— Это правда. Иногда я смотрю на саму себя в зеркало, я стала такой пухлой и отвратительной, что отворачиваюсь от себя. Я думаю «Скарлет Барбер, ты вроде бы ничего не делала, но однако наделала ужасных ошибок за прошлый год».
Я сказала ей, что у меня были подобные мысли о себе не так давно.
— Но я в миллионы раз хуже тебя! Потому что все это тебе навязали. А я сделала все сама. — Она приостановилась. — Я действительно ненавижу Гейбла, но дело в том что… глупая, ужасная и смешная правда такова, что я одинока. Я так одинока, Анни. И Гейбл кажется иногда единственным человеком в мире, который даже рад меня изредка видеть.
Я положила ладонь на ее руку.
— Для отчета, я всегда рада видеть тебя, — сказала я. — И если что-то плохое произойдет с твоими родителями, ты всегда можешь прийти и остаться с Нетти и со мной. Ты и ребенок.
Скарлет поцеловала меня в щеку.
— На самом деле, Анни? Правда?
— Конечно. Это лучшее при отсутствии родителей и даже опекуна. Теперь я принимаю решения. Ты рискуешь стать невинным свидетелем в тяжелом преступлении. Но у нас более чем достаточно спален.
— Я ненавижу, когда ты страдаешь, — сказала Скарлет. — Я удивлена слышать такое. Ты всегда была такой скрытной. Даже от меня.
Я недавно пришла к осознанию, что это не лучший способ для жизни.
— Бабушка говорила что «семья заботится о семье». И ты моя семья, Скарлет. Ближе, чем банда преступников, с которыми у меня кровная связь. Мы были лучшими друзьями с того дня, как нас рассадили в алфавитном порядке в классе мисс Притчетт…
— Баланчина Аня. Барбер Скарлет.
— Нетти и я любим тебя. Лео тоже любил тебя…
Скарлет положила ладонь на мой рот.
— О, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, остановись! Я не хочу больше плакать сегодня. В течение прошлых двух лет я прожила в слезах.
Автобус остановился на остановке Скарлет. Из-за объемной юбки, живота и высоты каблуков у Скарлет возникла проблема при подъеме с места. Я встала и предложила ей руку.
***
Ночью, после вечеринки, Вин вернулся в мою квартиру. Мы просто глазели друг на друга, но подозреваю, главная причина его прихода — ему официально исполнилось восемнадцать, а значит, комендантский час на него не распространялся. Мы прошли в мою комнату, чтобы не разбудить Нетти. Мы оба были голодны, но в доме поесть нечего. Вин заметил на комоде беспородную плитку шоколада.
Я рассказала, что купила ее в парке.
— Если ее съесть, она может оказаться ужасной.
Я сходила на кухню взять воды. Из крана ничего не потекло, только ужасный хриплый звук вырвался из труб. Я подумала, что днем вода закончилась. Но, наконец, вода побежала.
Обратно зайдя в свою комнату, я застала Вина за изучением шоколадки. Он снял куртку и протянул мне золотую фольгу от шоколадки.
— Смотри, это не Баланчин, — сказал он. — Обертка выглядит похожей, но под ней есть что-то еще.
— Да, я раздумывала, как такое могло произойти. Я купила ее возле «Маленького Египта». Я решила из-за обертки, что есть какой-то общий бренд.
— Не общий. — Вин протянул оказавшуюся под оберткой термопленку, чтобы я смогла прочесть: BITTER SCHOKOLADE, HERGESTELLT FÜR BITTER SCHOKOLADEN GMBH, MÜNCHEN.
— На похоронах кое-кто мне сообщил, что они много лет занимали четвертое место среди шоколадных семей Германии, — быстро произнесла я. — Семья жены Микки. Ты помнишь Софию… — София Биттер-Баланчина. София М. Биттер-Баланчина. София Маркес Биттер Баланчина. Бывшая Маркес-Биттер, не нравившаяся старшей сестре Тео. София Маркес Биттер, когда-то помолвленная с Юджи Оно…
Везде, где я была, она уже побывала первой.
Шоколад Биттеров под оберткой Баланчина.
У кого была возможность организовать широкомасштабное отравление поставки?
У кого была возможность выполнить это в трех странах?
Кого Юджи Оно защищал?
Я швырнула плитку на пол. От того, что она была тонкой и несвежей, она разломилась на кусочки.
Это же так очевидно. Я была глупа.
Вновь.
Мне пришлось сесть.
— Анни, все в порядке? — спросил Вин.
Я уже собиралась соврать: сказать, что мне нездоровится и что мы увидимся завтра; проводить его до лифта; затем вернуться в свою комнату, закрыть дверь и в одиночку раздавить ее. Но на самом деле я этого не сделала таким методом — то есть в одиночестве. Вин знал обо мне много страшных вещей — но находился здесь до сих пор.
Я глубоко вздохнула.
— А не София ли Биттер организовала отравление фретоксином? Это случилось во время ее приезда в Нью-Йорк — выйти замуж за Микки. А сестра Тео сказала, что София была помолвлена с Юджи Оно.
Вин кивнул.
— Но Джекс признался, ведь так?
— Никто не верит ему, — ответила я. — Думаю, кто-то из семьи убедил его признаться заодно, ведь он должен был сесть за стрельбу в сына прокурора.
— Звучит логично, — сказал Вин. — Он надумал направиться к нему на бал. К нему.
— Нему — значит, тебе. — Я прервалась, чтобы поцеловать его. — Джексу в любом случае пришлось бы отправиться в тюрьму. Поэтому он решился взять на себя что-то еще.
Нетти вышла с кухни. На ней была пижама, она сонно терла уголки глаз.
— Если Шоколад Биттера правда в Германии на четвертом месте, — сказала Нетти, — может, София думала улучшить положение за счет расширения бизнеса в Америке. Слушайте — она выходит замуж за Микки лишь бы подобраться достаточно близко для уничтожения Баланчиных. Или взять бизнес в свои руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
