За разглядыванием прелестей незнакомки я как-то совсем упустил из виду, что к ним прилагается еще и сам человек. А когда спохватился, то понял, что это и не незнакомка вовсе, а вполне известная в высоких кругах персона — Светлана Кравец, владелица самой дорогой сети столичных салонов красоты. Поговаривали, что на самом деле она просто нанята настоящим владельцем для пиара и продвижения своих заведений, но в это не верили, наверное, даже те сплетники, кто сам эти слухи и распускал.
— Привет, Света. Ну да, немного развеяться решил.
— Пф… оно и видно! — Кравец фыркнула в кулак. — Стоишь тут один, гадость свою пьешь.
Я покатал в руке бумажный стаканчик с колой и разом допил его содержимое. Хорошо, но не то. Когда сразу из банки — намного лучше пробирает.
— Ты, Светочка, пьешь гадость еще похлеще моей, — я выразительно посмотрел на термоядерный коктейль кислотно-розового цвета, который она держала в руках, — так что давай не будем об этом.
— О-о, я уже Светочка, м-м-м? — Она пропустила мимо ушей мою реплику, уцепившись только за то, что хотела слышать. — Может, раз уж между нами установился такой тесный контакт, пойдем немного прогуляемся? Я давно знаю хозяина этого дома, и могу тебе сказать, — она прижалась ко мне своими выдающимися частями тела и зашептала прямо на ухо, обдавая кожу горячим дыханием и касаясь губами: — Со второго этажа открывается просто восхитительный вид на город. Что скажешь?
Сказать я хотел многое, и не все из этого было цензурным. Крепкое амбре из похоти и возбуждения, исходящее от Кравец, заставляли почувствовать себя шестнадцатилетней девственницей на вписке после выпускного, которую настойчивый кавалер отвел в укромное местечко и беззастенчиво пытается развести. И не надо спрашивать, откуда я знаю, как они себя ощущают, я же эмпат, алло!
В общем, как вы поняли, компания Светланы мне была не просто неприятна, а по-настоящему омерзительна. Несмотря на выдающуюся, да что уж там, даже красивую, внешность, уродливость ее чувств отвращала меня похлеще запаха нашатыря. Представьте, что прекрасный с виду цветок благоухает смесью ароматов тухлых помоев и барсучьей жопы. Стали бы вы такое подносить к лицу и нюхать? Вот то-то и оно…
Кравец, насколько мне доводилось слышать, вообще была известной нимфоманкой, пропустившей через свою постель, наверное, целое поколение московской золотой молодежи. И, кстати, не все из них были мальчишками. Возможно, именно поэтому мне не удалось скрыть свои истинные чувства, и мой ответ прозвучал несколько резковато.
— Ты что, Кравец, спутала меня с малолетним мажорчиком? — Эти слова я чуть ли не выплюнул ей в лицо, отчего красотка от меня буквально отшатнулась. — Не позорь меня своими сальными намеками, а лучше найди себе более подходящую добычу.
Игривое настроение моей собеседницы прямо-таки улетучилось за долю секунды. Она, сверкнув злобой, скорчилась, будто ей под нос сунули дохлую мышь не первой свежести, и от этого мимического движения толстый слой тонального крема слегка скомкался во впадинках мелких морщинок, намекнув на ее истинный возраст.
— Ну и козлина ты, Секирин. Вот и торчи здесь один, импотент чертов!
Резко развернувшись, она зашагала прочь, гипнотизируя покачиванием своих не менее видных задних полушарий.
Что ж, первый блин комом, уж кого-кого, а Кравец я тут совсем не ждал. Но вечеринка продолжается, и, надеюсь, все еще впереди. Как-то не верится мне, что о моем совсем не скрытном намерении посетить это мероприятие не узнают те, кто так яростно меня разыскивает. И почти тут же один из моих мертвяков сообщил, что мои догадки оказались верны.
На соседней улице припарковалась черная иномарка с мигалкой и синими номерами, а вышел из нее не кто иной, как сам генерал-майор Сухов. Ну надо же! А вечер, похоже, перестает быть томным.
Генерал тоже, судя по всему, особо не заморачивался с костюмом и приехал сюда в своем форменном кителе. За ограду он прошел без всяких проблем, пропустив как будто бы ненароком вперед себя четверку плечистых ребят с одинаковыми короткими прическами. Судя по всему, это была его группа силовой поддержки.
Эти хлопцы грамотно рассредоточились и начали прочесывать двор. Обнаружив меня, они доложили об этом командиру через беспроводную гарнитуру, и вскоре Сухов уже стоял передо мной, отсвечивая седыми усами.
— Сергей, рад тебя видеть в добром здравии.
— Не могу сказать того же, Андрей Геннадьевич.
— Хамите, юноша. — Сухов внешне никак не проявил неудовольствия, но я почувствовал, что укол его задел.
— А вы ждали чего-то другого? — почти натурально удивился я. У генерала что, память отшибло на старости лет?
— Я честно не понимаю, почему ты на меня взъелся.
Вот старый хрен! Все ведь ты понимаешь! И понимаешь, что я понимаю это тоже!
— К чему эти игры, товарищ генерал. Давайте ближе к делу, зачем вы меня разыскали?
— Разыскал? — Генерал в непонимании выпучил глаза. — Да я тут вообще случайно оказался!
— Ага, случайно. — На такую нелепую чушь не хотелось даже тратить ухмылки. — Вы здесь выглядите так же чужеродно, как печеный поросенок на вегетарианском столе.
Словно в подтверждение моих слов, мимо проходящая компания крикнули Сухову:
— Эй, дед, классный костюм! С войны остался? — Окружающие, слышавшие эту реплику, разразились громким смехом, но генерал в их сторону и бровью не повел.
— Так что, будете и дальше тратить свое время, или все-таки поговорим начистоту?
— Ладно, Сергей, убедил. В сторону шутки. Я здесь потому, что волнуюсь за твою безопасность.
Чего?! Нет, ну слышали? Вот заливает-то! Нашелся тут обеспокоенный!
— А что с моей безопасностью? — включил я дурачка, пытаясь раскрутить старого мента на пояснения. Мне просто любопытно, насколько он был осведомлен.
— Не прикидывайся! Нам прекрасно известно, что у тебя возник конфликт с одним из криминальных авторитетов столицы, и мы просто не можем игнорировать этот факт! Мы готовы оказать тебе любую поддержку, какая только потребуется, Сергей.
Для пущей убедительности он попытался положить мне руку на плечо, в эдаком ободряющем отеческом жесте, но я плавно ушел из пределов его досягаемости, заставив старика на пару секунд простоять пару секунд с нелепо поднятой рукой.
Я чувствовал его и видел, что в этих словах нет ни грамма искренности.
Ах, я сейчас заплачу. Какая трогательная забота. Вслух, естественно, я этого не сказал.
— Хм… а с каких пор такими мелочами стало заниматься Управление по раскрытию социально-значимых преступлений? Вас же не перевели и вы все еще его возглавляете, я прав?
Генерал немного замешкался с ответом, немного растерявшись, словно и не ожидал такого вопроса. Такое впечатление, что он ожидал тут встретить зашуганного беглеца, который вздрагивает от вида собственной тени, а не всего такого подозрительного меня, который станет еще и каверзные вопросы задавать.
— Понимаешь, — Сухов старательно делал вид, что тщательно подбирает слова, но мне было понятно, что он тянет время, пытаясь выдумать вразумительный ответ, — в жизни не все так просто, Сергей. Порой и нам приходится вмешиваться в дела, которые нас не касаются. Ты очень многое прошел с одним из моих лучших оперов, да, это я о Дамире говорю, и он за тебя очень сильно просил. Так что мы просто не можем бросить тебя в трудную минуту!
— Хватит, Андрей Геннадьевич, — я просто не выдержал потока этого высокопарного бреда и топорной лжи, которая действовала на меня хуже зубной боли, — вы даже не потрудились подготовиться к этой встрече, выдумать хоть сколько-нибудь правдоподобные объяснения своим поступкам. Вы действительно считали, что я поведусь на эту чепуху про заботу о ближнем своем?
Сухов гневно сверкнул глазами из-под нахмуренных бровей, но ничего не ответил. Однако и уходить не спешил.
— Хотите, я вам скажу, товарищ генерал, в чем истинная причина вашего сюда визита?
— Попробуй, Сергей, удиви старика.
