— Все зависит от того, что ты подразумеваешь под словом «плохо».
Кура казалась безучастной, как и обычно. Лишь в ее глазах притаилось что-то вроде испуга. Впервые Илейн подумалось, что, возможно, Кура умеет выражать свои чувства только с помощью пения и поэтому ей так нужна музыка.
— Поехать с тобой? — спросила Кура. — Вам необходима помощь?
Илейн закатила глаза.
— Насколько я знаю, — резко ответила она, — ты не обладаешь качествами, которые сейчас требуются на руднике. Сейчас там не нужны ни искусство обольщения, ни оперное пение.
Было видно, что сидевшие в повозке Илейн дамы навострили уши.
Миролюбивое настроение Куры как рукой сняло.
— Говорят, я обладаю способностью весьма живительно действовать на мужчин… — произнесла она своим грудным голосом, в котором явно звучала двусмысленность, и небрежным грациозным жестом поправила волосы.
Поведение Куры еще вчера лишило бы Илейн дара речи. Но сейчас она просто холодно посмотрела на девушку.
— В этом случае ты уже ничем не поможешь. На данный момент у нас тридцать три погибших. Если хочешь попытаться…
Илейн прищелкнула языком, подгоняя кобылку, которая тут же припустила по улице. Кура молча осталась стоять у дороги. Илейн выиграла словесную перепалку, но ликования не испытывала. Напротив, направляя повозку к руднику, она чувствовала, как на глаза вновь наворачиваются слезы.
Спасательные работы затянулись до самой ночи, и единственной хорошей новостью было рождение малыша Керрин Пэттерсон. Здоровый мальчик, который, возможно, хоть немного утешит свою мать после потери мужа. Однако пока что ей не говорили о смерти Джои. Услышав об этом, Илейн испуганно перепроверила ряды уложенных в одном из сараев жертв. Может быть, они уже нашли и Тима и просто утаивают эту информацию от нее и от Ламбертов? Хоть это опасение и не оправдалось, Илейн была глубоко потрясена. Она нашла среди жертв Джимми, огромного здоровяка, который как-то вечером, напившись пива, признался ей, что каждый день боится спускаться в шахту. Жена Чарли Мерфи истерично рыдала над телом мужа, хотя он часто бил ее, а потом горько каялся. Илейн увидела среди погибших и подмастерьев, которые с гордостью пили пиво в свой первый рабочий день в «Лаки Хорс», и целеустремленных молодых мастеров, старательно ухаживающих за ней, когда она только появилась в пабе. «Однажды я стану штейгером, — с гордостью рассказывал ей Гарри Леманн. — И тогда смогу предложить вам очень даже хорошую жизнь». А сейчас он лежал здесь, с переломанными конечностями, как многие из тех, кого пришлось откапывать. Теперь спасательный отряд продвигался в тех местах, где произошли взрывы. Здесь шахтеры умерли не от отравления газом, их придавило камнями или обожгло. Часть трупов с трудом удавалось опознать. Но они находились в глубине горы, так что вряд ли Тим зашел так далеко; вообще-то, он должен был быть среди погибших, которых обнаружили первыми.
Около одиннадцати вечера из рудника наконец поднялся Мэтт Гавейн. Он совершенно обессилел. Друзья заставили его сделать перерыв.
Илейн встретила его в импровизированной столовой миссис Кэри, где он вливал в себя чай и так жадно ел рагу, словно голодал несколько дней.
— Мистер Мэтт! Все еще никаких известий о Тиме Ламберте?
Мэтт покачал головой. Глаза его ввалились, лицо почернело от угольной пыли. Он не мылся. Этого не делал никто из шахтеров, которые отдыхали здесь, чтобы подкрепиться перед новым заходом.
— Сейчас мы постепенно пробиваемся туда, откуда слышался стук, если все верно. Мы ничего не слышали уже много часов. Если и есть выжившие, то только там, неподалеку от новой вентиляционной шахты. Это новые штольни с отдельной системой вентиляции… по крайней мере так должно быть. Но сейчас трудно сказать. Переходы полностью обрушены, а после пожаров там все еще очень жарко. Мы делаем все возможное, мисс Лейни, но можем опоздать. — Мэтт проглотил кусок хлеба.
— Но вы думаете, что Тим… — Илейн почти запретила себе надеяться.
— Если бы я был на его месте, я попытался бы бежать туда. Но сумел ли он? Есть еще штольни, которые мы не раскапывали. Теоретически там тоже может кто-то быть. В любом случае мы скоро доберемся до вентиляционной шахты. Если мы не найдем его там… — Мэтт опустил голову. — Я сейчас снова спущусь вниз, мисс Лейни. Пожелайте нам удачи.
Мэтт действительно спустился вниз, несмотря на то что доктор Лерой хотел запретить ему. Он ведь едва держался на ногах от усталости. С другой стороны, он хотел быть там, когда будут раскапывать последние слои, — и, возможно, проводить пробные бурения, если появятся подозрительные пустоты. Опасность на руднике все еще не миновала.
Глава 3
Илейн бесцельно бродила по территории рудника, в то время как родственники жертв и большинство помощников из деревни постепенно успокаивались. Миссис Кэри и миссис Лерой спали на принесенных для раненых койках. Доктор Лерой дремал в кресле Марвина Ламберта. Для самих Ламбертов он приказал поставить в соседней комнате полевые койки. Марвин наконец погрузился в полудрему, а причитаний Нелли в какой-то момент не выдержала миссис Лерой и напоила ее настойкой опия. И теперь мать Тима мирно спала рядом с мужем, беспокойно метавшимся во сне и, казалось, продолжавшим ругаться.
Большинство жен и детей жертв отвели домой. Некоторые несли почетный караул. Те, у кого еще оставалась надежда, по-прежнему ждали во дворе. Стояла теплая ночь; женщины дрожали скорее от страха и усталости, чем от холода. Однако миссис Кэри приказала раздать всем одеяла.
Мадам Кларисс велела своим девочкам отправляться домой. Здесь уже было нечего делать, а ночью она предпочитала не оставлять их без присмотра. Даже усталые мужчины остаются мужчинами, и они могут увидеть в проститутках дичь, на которую можно поохотиться. Преподобный поехал в город на своей повозке. Илейн же только покачала головой, когда мадам Кларисс попросила ее снова запрячь Баньши.
— Я останусь здесь, пока они… пока они… — Она не договорила, поскольку боялась расплакаться. — Мне никто ничего не сделает, — уже спокойнее добавила Илейн.
В конце концов она забрела в конюшню к Баньши и Приятелю, зарылась в охапку сена и снова обняла Келли. Похоже, такова ее судьба — находить утешение у животных.
А потом, когда уже почти наступило утро, чей-то крик пробудил ее от дремы.
— Они нашли кого-то! — ликовал чей-то голос. — Они подают признаки жизни! Кто-то разгребает завал перед ними!
Илейн выбежала из конюшни; она даже не стала тратить время на то, чтобы убрать солому из волос. Во дворе она встретила молодого шахтера в окружении женщин, почувствовавших надежду.
