– Дела у меня, – заявил Гермес, поглядывая на пейджер. – Весь в делах, понимаешь ли! Но мы непременно увидимся ещё раз. И даже скорее, чем ты думаешь. – Он криво ухмыльнулся. – Я не прощаюсь, партнёр!
Вроде бы только что стоял рядом, и вдруг не стало его, словно и не было никогда. Телепортировался пятью информационными пакетами в точку сборки.
Иезайя пожал плечами и направился к городу – вступать во владение полисом.
Всё получилось так, как и обещал Гермес. Сначала, правда, жители Фив не поверили Иезайе и едва не вытолкали его в шею за ворота. Но потом всё же решили проверить и убедились, что святилище Сфинкс пусто. На землях полиса тут же началось всеобщее ликование, сопровождаемое народными гуляньями, фейерверками, раздачей бесплатного пива и выступлениями фольклорных коллективов, ибо сварливая и прожорливая старуха-вудуистка успела всех порядком достать. Когда же фестиваль через несколько дней завершился, высшие вельможи полиса пришли к Иезайе, дабы умолять его возложить на себя царские регалии и занять престол Фив. Иезайя милостиво согласился.
Дотошный дальнобойщик принял по инвентарной описи роскошное дворцовое имущество и содержимое сокровищницы, которая оказалась даже богаче, чем он рассчитывал. Сдав хозяйство новому владельцу, прежний временный и. о. государя, царедворец Поликсен, мидянин по происхождению, задержался в дверях.
– После смерти царя Лая у нас осталась бесхозной его жена, Иокаста, – деликатно произнёс он. – Очень хорошая женщина, поэтому я был бы рад, если бы нам удалось её пристроить. Сходите посмотрите, ваше величество, может быть, она вам понравится.
Честно говоря, Марвин опасался, что его будущая супруга, Мисс Эллада пятьдесят девятого года, окажется желчной от непрерывной диеты, молодящейся сухопарой старухой с ломкими после многократного обесцвечивания волосами, выдающимися скулами и никотиновыми пятнами на пальцах. Реальность приятно изумила его. Иокаста оказалась свеженькой, как огурчик, цветущей, сравнительно молодой особой поразительной красоты, с виду никак не годившейся Марвину в матери, скорее в старшие сёстры. Он ещё раз убедился, что царь Лай был законченным психом, если решился удрать от такого богатства и такой жены. Что касается Иезайи, то уж он-то бился бы за них до последнего.
Иокаста хлопнула в ладоши, и горничная тут же внесла бутылку коллекционного «Педро Хименес», дабы царь и его потенциальная супруга могли вспрыснуть знакомство. Иезайя вино оценил, хотя и нашёл, что оно несколько приторновато и отдаёт изюмом. Они с Иокастой немного поговорили по душам и поняли, что им непременно нужно друг с другом переспать. А ещё через неделю Иезайя влюбился в царицу с первого взгляда.
Так они и зажили душа в душу. В итоге и царица Иокаста оказалась пристроена, и старый холостяк Иезайя Марвин, что немаловажно, наконец обрёл семью.
Поликсен оказался местным тайным советником и серым кардиналом, поэтому Иезайя с лёгким сердцем спихнул на него все государственные заботы и посвятил себя гедонизму. Первым делом он купил две сотни грузовиков, на которых гонял кругами по собственному стадиону имени Иейзайи Марвина. Эллада оказалась не самым большим географическим образованием, размером примерно со штат Техас, поэтому он быстро перезнакомился со всеми статусными соседями и время от времени закатывал богатейшие пиры, на которые приглашал всех, кого только знал.
Прошло некоторое время. На дворе была ранняя осень. Во дворце царя Фив дым стоял коромыслом: владыка давал очередной банкет. Поесть на халяву съехались многие знаменитые герои Древней Эллады. Иезайя восседал во главе огромного П-образного стола в горностаевой мантии, о которую вытирал жирные руки, обглодав гусиную ножку или, допустим, оленью лопатку. Стол ломился от яств и хмельных напитков. Марвин научил местных поваров готовить настоящий техасский стейк – заветренный кусок говядины, поджаренный на слое раскалённой каменной соли, – в результате чего его имя прогремело до самой Финикии. Местным же поварам удалось удивить Иезайю рыбной кухней: Средиземное море находилось всего в паре километров отсюда, поэтому рыба на царский стол попадала наисвежайшая и сашими, а также нигири суши удавались на славу.
В самый разгар пира, когда захмелевшие гости под руководством Орфея уже затянули хором любимую песню царя «Хэй, Джуд», двери обеденного зала вдруг жалобно затрещали и рухнули внутрь. В клубах цементной пыли на пороге возникла фигура Гермеса с угрожающе воздетым кадуцеем в руке.
– А! – радостно закричал уже прилично набравшийся Иезайя. – Так входят только морские пехотинцы армии США! Это же Гермес, мой старый корешок, мы с ним служили вместе! Где ж ты пропадал всё это время, голуба?..
Гости за столом радостно загомонили: не всякую вечеринку решает почтить своим присутствием божество, к тому же служившее в одном воинском подразделении с хозяином пира. Разве что Аполлон регулярно летает на празднества к гипербореям да Посейдон не пропускает шведских столов у возлюбленного своего народа – феаков. Гермес же имел репутацию шкодливого кота, который всегда гуляет сам по себе, поэтому его появление на царском пиру сильно повышало акции царя, сумевшего заманить к себе эту капризную звезду Олимпа.
Гермес прошёл в зал, брезгливо отстранил сунувшегося с пьяными поцелуями Иезайю и сумрачно осмотрел присутствующих.
– Здравствуйте, господа, – надменно произнёс он. – Здравствуй и ты, партнёр. У меня для вас пренеприятнейшее известие.
Высокие гости начали недоуменно переглядываться. Выдержав театральную паузу, Гермес продолжил:
– Только что открылось поразительное кощунство. Ваш хлебосольный хозяин, господа! – Он патетически возвысил голос, указуя на Марвина худым перстом с длинным ногтем. – Генетическая экспертиза установила: он – похищенный в детстве сын царя Лая и царицы Иокасты! Он спит с собственной матерью, господа!..
По залу прокатился недоумённый шепоток. Захохотал во всю глотку уже совершенно пьяный Аякс Теламонид, прислуга спешно выволокла его из зала под руки.
– Что за чушь! – закричал Иезайя. – Что ты несёшь, партнёр, с какой ещё матерью?! Моя мать погибла в автокатастрофе двадцать лет назад, о чём имеется соответствующая запись в меннонитской церкви Кананеры и заметка в местной газете!
– То есть ты хочешь сказать, что ты вовсе не Эдип, а просто самозванец? – с готовностью изумился Гермес. – Что ты не отпрыск царского рода, а, к примеру, водитель грузовика из какой-нибудь Зевсом забытой дыры в Техасе?
– Именно! Именно! Ты же сам всё прекрасно знаешь! Ты сам втравил меня в эту историю!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
