отважным народом, которому, однако, чуждо насилие и кровопролитие. Это выразилось как в их религии, крайне миролюбивой и сексуально ориентированной, так и в общественных традициях, где допускается оспаривание права на владение, в том числе целыми государствами, через ритуальные поединки. Таким образом… всякие династические споры заканчиваются очень быстро и, что всегда подчеркивалось, бескровно. Отсюда и сформировался очень интересный и самобытный образ летнийцев, как благородных, справедливых, умелых мореходов, принципиальных противников рабства и насилия. Людей, которые решают споры между собой цивилизованными методами, не подвергая риску разорения свои земли и не прибегая к смертоубийству своих подданных и соотечественников. Казалось бы, идеальное общество — пацифистское, устойчивое и жизнеспособное… было когда-то.
Дело в том, что почтенный Ломас Путешественник описывал Летние острова задолго до завоевания Вестероса Эйгоном, а за эти условные триста лет произошло очень много событий и явлений. Ритуальные поединки за власть и отсутствие крупных конфликтов внутри или угрозы снаружи, которые могли бы тут и там проредить феодальные ряды, усугубили феодальную раздробленность на островах даже больше, чем я мог подозревать. После последнего объединения островов под единой властью полтора века назад ситуация резко ухудшилась, и сегодня, когда в каждой деревне сидит принц или принцесса, а население выросло, как и пришедший с ним рука об руку дефицит ресурсов, многие традиции остались в истории. И сейчас на Летних островах идёт обычная цивилизованная жизнь, то есть война всех против всех. Отчего за пределами городов мои люди чувствовали себя крайне неуютно. Сегодня летнийцы не брезгуют ни пиратством, ни даже работорговлей. Особенно это касается южной части архипелага, где нет крупных городов, а, следовательно, и крупных феодалов, способных быть хоть какой-то стабилизирующей силой и защитой, в том числе от непрекращающихся пиратских набегов с островов Василиска.
На Кодже Дейлу и Тревору придворные принца и местные купцы сразу обозначили, что идти к Эбеновой Голове, единственному более-менее крупному городу на юге архипелага, они не советуют. Категорически. И даже если они до него доберутся, не факт, что по своей воле смогут его покинуть. Потенциальный поход Дейла к островам Любви, Молуу и Трём Изгнанникам также рассматривался местными как сомнительное и крайне опасное мероприятие. По наблюдениям Тревора, Летние острова, в политическом смысле, условно разделены на две части — Север и Юг. Более развитый Север с островами Валано, Кодж, Птиц и Омбору, находящимися под властью владык крупных городов, и Юг с островами Джала, Кости, Ксон, Докуу, находящийся под властью сотен мелких феодалов. Гуляй-поле. Что, однако, может послужить нам хорошую службу, ведь красочное представление, устроенное мною в тронном зале, рассчитано отнюдь не только на короля и местную аристократию.
Мне не пришлось долго охаживать вечно скучающего Роберта, он и сам был не против принять отчаянных путешественников, которые приволокли в столицу столько подарков от заморских владык. Ведь помимо редких, красивых и экзотичных безделиц-сувениров, мои ребята приволокли и кучу полезного барахла и, воистину, приволокли его в очень большом количестве. Сотни тонн специй и пряностей, красная и эбеновая древесина. В обилии привезены самоцветы, жемчуг, перламутр, перья, шкуры животных и прочие декоративные материалы. Откровенно говоря, такой объём столь ценного груза быстро реализовать в Королевской Гавани очень тяжело. Но ключевое слово — «быстро», а мы ведь никуда не торопимся, не так ли? В наших планах никогда не было делать ставку на первую экспедицию в части получения прибыли. Разумеется, она должна была окупить себя и покрыть расходы на ближайшее время, но в остальном её роль была больше политической.
Стоит ли говорить, что подарки летнийских принцев не были изначально столь богаты, как это представлено нами в столице? Ха! Мы изрядно отсыпали добра для «даров» из собственного кармана, а всё для того, чтобы привлечь к нам внимание, сделать рекламу. И это касается не только короля. Щедрые дары, правда, уже от моего имени, были направлены многим знатным феодалам: Джону и Лизе Арренам, Станнису с семьёй, знатным сановникам, и многим, но не всем моим вассалам, так сказать, подчёркивая, кто из них в фаворе, а кто нет. Не обошёл стороной и простых жителей столицы. При перевозке и перевалке грузов на дне мешков и ящиков нередко оставалась пряная пыль и остатки специй, которые мы также использовали, попутно «изобретя» карри. Правда, учитывая, что на этот раз никакого предприимчивого капитана Карри поблизости не оказалось, вот уже какую неделю жители столицы пытаются распробовать гуляш по-баратеоновски и, судя по доносящейся до меня молве, новое блюдо отлично заходит. Так что взрывной спрос на специи можно ожидать в самое ближайшее время. Главное, взять к тому моменту рынок под контроль и снизить цены, но это ещё впереди…
— Славно! Славно! — Роберт громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание. — В честь отважных путешественников на закате объявляю пир!
На последних словах Роберт поднялся с железного трона, оглушив своим счастливым рёвом.
— А мессирам Дейлу и Алларду Сивортам, а также купцу… — Роберт дождался подсказки сенешаля, — … Тревору Комбу дозволяется сидеть подле Нашего Величества, дабы они поведали про своё путешествие во всех подробностях.
— Благодарим Ваше Величество! — Сиворты с Тревором глубоко поклонились, прижимая свои головные уборы к сердцу, в то время как король стал довольно бойко спускаться с трона.
Зал вновь погрузился в гомон обсуждений даров и предстоящего пира, на радость дармоедам. Спустившись, Роберт в своей фирменной манере похлопал Сиворта с Тревором по плечам, о чём-то пошутил, все посмеялись, о чём-то пошутил ещё раз, посмеялся уже сам и направился в мою сторону, якобы совсем не специально, но у Роберта с его целеустремлённой походкой это получается не очень.
— Хитро, — приблизившийся Роберт, подмигнув мне, проявил ласку и заботу старшего брата, отсушив своим ударом ладони моё левое плечо под мою одновременно вымученную и искреннюю улыбку, — сразу видно, когда человеку так сильно что-то нужно! Ха-ха-ха-ха…
— Как же без этого, Ваше Величество? — Дождавшись пока король проржётся, я поддержал неожиданную беседу. — Но всему своё время.
— Ха, как же. — Роберт внимательно на меня посмотрел и ответил, нагнав в голос иронии. — Подождём Вашу Светлость, подождём… надеюсь, ты хоть для невесты что-то оставил?
— Обижаете, Ваше Величество… — притворно насупился, на что Роберт вновь заржал и уже более мягко похлопал меня по плечу, уже по правому, отправляясь дальше по своим очень важным делам на выход из тронного зала, продавливая толпу придворных, словно пароход мелкие баркасы.
Но темы он коснулся важной. Действительно, я не мог обойти стороной семью своей будущей жены и обделить их подарками. Снарядив небольшой, но довольно
