Читаем без скачивания Мастер фиолетовых идей - Ева Никольская

- Продажа и покупка военной техники с такими разрушительными характеристиками запрещена законом конфедерации?8879, нарушение которого является преступлением и карается заключением на астероиде Ланкоу сроком от… - рапортовал компьютер на межгалактическом языке, но Стикс прервал его бесстрастную речь, резко проговорив:

- Я не спрашиваю тебя о последствиях, меня интересует цена, - внешне он был спокоен, лишь в глубине серых глаз острыми гранями поднимался арктический лед.

Получив нужную информацию, Стикс снова принялся корректировать параметры, забитые в поисковую программу. Он прекрасно понимал, что шансов найти Женю нет, но продолжал упрямо кружить по сектору океана, поглотившего ее, снова и снова проверяя результаты сканирования.

Вокруг не было видно ни зги. Серебряное покрывало снега тонуло в глухой черноте холодной полярной ночи. Дабор-Лэш медленно ступал по жесткому насту, пробираясь к черному открытому проему в огромной белой горе, который зиял точно сделанная мышами дыра на ее идеально ровной поверхности. Замаскированный под окружающий ландшафт крейсер ожидал прихода одинокого гостя.

Серый эластичный костюм с двумя небольшими баллонами за спиной, мягко облегал тело Дабор-Лэша. Это был скафандр для выхода в открытый космос. Антарктический холод, в понимании теплолюбивого фиторианца, немногим отличался от безвоздушного пространства. Дышать здесь было для него так же невозможно, как и там. Яркий луч мощного фонаря освещал путь, выхватывая из темноты летящие навстречу снежинки, которые медленно падали на покрытую льдом землю. Свободной рукой Дабор-Лэш прижимал к груди неподвижного металлического краба, конечности и панцирь которого были занесены снегом. Войдя в открытый шлюз, он отстегнул защитную черную маску и снял капюшон. Здесь было гораздо теплее, нежели снаружи. Когда проем закрылся и температурные параметры приблизились к оптимальным для Склефа, он вышел навстречу гостю. Широкая улыбка его выглядела слащавой.

- Ты никогда не расстаешься с этой железкой, что ли? - спросил он, бросив пренебрежительный взгляд на маленького робота.

- После недавних событий я опасаюсь оставлять его без присмотра, - ответил Дабор-Лэш, бережно стряхивая с клешни своего электронного питомца снег.

- Ха-ха-ха, - Склеф натужно захохотал. - Хорошее у тебя чувство юмора, фиторианец.

Странная улыбка тронула губы визитера. Он осторожно поставил на пол краба и двинулся к открытой двери, возле которой стоял, дожидаясь его, полицейский. Быстро перебирая лапками, краб, точно верный пес, семенил следом.

Часть 5. Договор.

Когда "Кае 2" взмыл в небо, было уже темно. Далекие звезды призывно мерцали на иссиня-черном небосводе, который украшал белый полумесяц. Именно к нему летел Стикс. Его застывшее в мрачном раздумье лицо казалось восковым. Он сидел не двигаясь и смотрел на мониторы, которые отражали постепенно увеличивающуюся поверхность Луны. Автопилот исправно работал, следуя заданному курсу. Но намеченной посадке не суждено было состояться. Всего за несколько минут до ее осуществления катер сильно тряхнуло, будто он попал под действие взрывной волны. Панель управления, жалобно мигнув, погасла, другие приборы тоже перестали функционировать. Экраны почернели, кабина погрузилась в кромешную тьму. Тихо гудевшие до этого момента двигатели заглохли. Катер был полностью обесточен.

Стикс провел рукой по клавиатуре, никакой реакции не последовало. Он действовал на ощупь. Даже его зоркие глаза не могли видеть при таких обстоятельствах. Но пальцы прекрасно помнили расположение клавиш, и ему не составляло большого труда нажимать нужные. Однако все это ни к чему не приводило. "Кае2" был мертв, ни одна из систем, даже аварийная, не работала. Без постороннего вмешательства подобные вещи не происходили или случались крайне редко. И Стикс прекрасно знал это. Откинувшись на спинку кресла, он принялся ждать дальнейшего развития событий.

Новая встряска и звук глухого удара сообщили ему о стыковке с кораблем чужака. Варианты его принадлежности он мог пересчитать на пальцах. Полицейский крейсер или еще какой-нибудь залетный визитер? Кому он, собственно, нужен? И нужен ли он вообще кому-нибудь?… Громкий щелчок разорвал тишину, катер пришел в движение. Судя по всему, его безжизненный корпус транспортировали в шлюз.

"Значит, нужен, - подумал Стикс, не меняя позы, мрачная усмешка скривила его губы. - Какие еще инструкции забыла дать мне эта клетчатая тварь?"

Ожидая новой встречи с тем, из-за кого погиб единственный дорогой ему человек, он машинально положил руку на пульт и принялся бесцельно нажимать на клавиши, не сильно веря в то, что это может что-либо изменить. Однако катер отозвался на прикосновения хозяина. Тусклый свет разлился по кабине, вспыхнули панели приборов, зажглись экраны.

- Неожиданный сбой в питании, - отчитался "Кае 2". - Системы восстановлены на семнадцать процентов от нормы. Запущен аварийный режим.

Стикс вздохнул, слушая эту отрывистую речь. По ту сторону корпуса он видел уже знакомый шлюз полицейского крейсера, по которому медленно ползли два робота, их зеленые лампочки-глаза были прикованы к зажатому в металлических тисках стыковочной системы катеру. Его внимание отвлек квадратный монитор, он быстро менял цвета, пока наконец не остановился на ярко-зеленом. Затем начали происходить метаморфозы. Тонкие черные линии методично рисовали улыбающуюся детскую физиономию. Когда картинка была закончена, она радостно воскликнула на русском языке, шевеля губами:

- Здравствуй, дорогой!

Стикс продолжал молчать, с подозрением глядя на разговорчивый персонаж.

- Прости, что пришлось влезть в электронные системы катера без спроса, но это для твоей же безопасности, - продолжая улыбаться, сказала мордашка. - Мало ли что придет в твою дурную голову, я ведь не хочу, чтобы ты реагировал неадекватно, - веселый смех наполнил кабину. - Ну же, ну… неужели ты меня не узнаешь?! - девочка без устали гримасничала, ее симпатичное нарисованное личико светилось радостью, а в чуть раскосых глазах прыгали озорные блики. - Это же я, Я!

Стикс чуть приподнял бровь, но ничего не ответил. Склеф хорошо изучил повадки Энни и вполне мог имитировать ее, чтобы втереться к нему в доверие. Это было подло, но что еще можно ожидать от беспринципного полицейского? Однако растревоженная душевная боль проснулась, и сердце, окаменевшее на время, снова заныло. Его рука непроизвольно легла на левую сторону груди, словно пыталась прикрыть кровоточащую рану. Девочка на экране расценила этот жест по-своему, она самодовольно усмехнулась и гордо произнесла: