подводных лодках нового образца, строящихся в Италии, мобилизация итальянских берегов и итальянский военный шифр. В минувшем ноябре, согласно предложению Департамента, агентура приобрела секретное описание германских маневров, которое было подвергнуто на высочайшее его величества благовоззрение. В настоящее время агентура вошла в сношение с одним лицом, могущим доставлять военные и морские сведения из Англии. В самом скором времени обещаны планы мобилизации берегов Портсмута[1297].
Шифры
Заграничная агентура приобрела за кратковременное свое существование дипломатические шифры Японии и Сиама. Кроме того, были предложены Департаменту шифры Румынии и Сербии. В настоящее время обеспечены получением шифры германского и английского правительств.
Шифрованные телеграммы
Агентура обеспечила получение в Париже шифрованных телеграмм следующих государств: Японии, Китая, Испании и Америки. При наличности в Департаменте шифров упомянутых государств разбор телеграмм составит весьма интересный материал. Кроме того, агентурой приняты меры к регулярному получению отправляемой корреспонденции в тех дипломатических представительствах, где учреждена агентура.
Расширение разведочного дела за границей
Важными пробелами разведочного дела за границей является отсутствие политической агентуры в Берлине, Вене и Лондоне. Для Берлина агентура имеет в виду капитана греческой морской службы Рафтопуло, рекомендованного несколько месяцев тому назад одним из агентов французского Разведывательного бюро, с которым он, Рафтопуло, находится 10 лет в деловых сношениях. Из слов сотрудника французского Разведочного бюро, г. Рафтопуло, имеющий прочные связи в Берлине, оказал ему много услуг в смысле посредничества между германскими офицерами и французской агентурой. Г. Рафтопуло прекрасно владеет французским и немецким языками, он служит адъютантом у греческого королевича Георга и исполнял поручения политического характера в Германии и Франции. В настоящее время упомянутый Рафтопуло покинул греческий флот. Что за причина заставила его оставить службу, мне неизвестно: по его словам, у него вышли неприятности с начальством, по другим же сведениям произошло недоразумение денежного характера. Я лично имел с ним сношения чрез посредство известного Вашему превосходительству лица, причем я воспользовался одной из его поездок в Германию, чтобы получить некоторые сведения о деятельности японского морского агента в Берлине, с которым Рафтопуло в давнишних приятельских отношениях. Мое поручение он исполнил хорошо, но расходы его я нашел несколько преувеличенными. Недавно, как я узнал от одного из секретных сотрудников здешнего французского Министерства иностранных дел, Рафтопуло был командирован в Германию. По тем же сведениям, он два или три месяца тому назад ездил с секретным поручением в Лондон.
Из моих разговоров с упомянутым Рафтопуло я понял, что ему желательно было бы получить место нашего секретного сотрудника в Берлине, причем он говорил, что его удовлетворило бы ежемесячное содержание от 1000 до 1500 франков…
ГА РФ. Ф. 102 (ДП ОО). Оп. 316. 1904 (II). Д. 1, ч. 6. Л. 52—56 об.
Опубл.: Исторический архив. 1994. № 3. С. 51—54.
№ 50
Письмо П.И. Рачковского И.Ф. Манасевичу-Мануйлову
Петербург, 28 июля 1905 г.
№ 8663
Имею честь уведомить Ваше Высокоблагородие, что господин товарищ министра внутренних дел Заведующий полицией изволил признать соответственным освободить Вас, милостивый государь, от всех возложенных на Вас по Департаменту полиции поручений за границею с откомандированием Вас от Департамента полиции.
Ввиду сего прошу Вас, милостивый государь, передать все дела и переписку по означенным поручениям имеющему прибыть в Париж делопроизводителю Департамента полиции действительному статскому советнику Лемтюжникову.
К сему считаю необходимым присовокупить, что вместе с сим на Ваш текущий [счет] в Лионском кредите переведены 750 руб. и 8250 франков для покрытия агентурных расходов за август с тем, чтобы этою суммою были покрыты все Ваши расходы по ликвидации поручений Департамента полиции.
За директора П. Рачковский
ГА РФ. Ф. 102 (ДП 3 д-во). 1905. Д. 1685. Л. 3.
№ 51
Всеподданнейший рапорт Финляндского генерал-губернатора князя И.М. Оболенского
1 сентября 1905 г.
Всеподданнейше доношу Вашему императорскому величеству, что 25-го минувшего августа на острове Ванха-Мейлю близ города Кеми (Улеаборгской губернии) обнаружено было шкипером Анти Юнтуненом 33 ящика боевых ружей со штыками, по 20 ружей в каждом и 60 ящиков патронов по 2000 штук в каждом. Груз этот был доставлен в Кемискую таможню, а затем, по сделанному мною распоряжению, доставлен в город Улеаборг, где сдан и.д. губернатора на хранение в казарменное расположение квартирующего в сем городе батальона 4-го Финляндского стрелкового полка.
26-го августа в 4 часа пополудни, в 22 километрах к северу от города Якобстадта (Вазаской губернии), в шхерах близ Ларсмо в двух километрах от берега четырьмя последовательными взрывами взорван пароход водоизмещением свыше 200 тонн, после чего окрестными крестьянами найдено и сдано прибывшим на место происшествия полицейским чинам более тысячи винтовок. На другой день вблизи места взрыва обнаружен был одним из местных жителей на небольшом острове склад оружия и взрывчатых веществ, прикрытых брезентом.
Я возложил руководство дознанием в Якобстадте на Вазаского губернатора Книповича; для содействия же и.д. Улеаборгского губернатора командировал одного из чиновников моей канцелярии.
Из имеющихся до сего времени в моем распоряжении данных, добытых этими двумя дознаниями, усматривается нижеследующее. По-видимому, один и тот же иностранный пароход, выгрузив сперва определенное число ружей и боевых припасов близ города Кеми, проследовал далее на юг и по несчастной для себя случайности (туман), в шхерах Ларсмо сел на мель. В течение последующих суток команда сгрузила часть своего груза на соседний островок, а затем, подорвав пароход, покинула его.
По показаниям местных таможенного надсмотрщика и стражника, они, заметив в море потерпевшее аварию судно, выехали к нему на лодке. Их приняли на борт, где человек, назвавшийся штурманом и говоривший по-шведски общеупотребительным в Финляндии выговором, немедленно их заарестовал, указав на бесполезность с их стороны сопротивления вооруженной команде судна численностью в 20 человек. Объявить происхождение и место назначения судна он отказался, но сообщил, чем оно нагружено, а также предупредил, что вследствие полученной пробоины пароход будет взорван.
По прошествии часа арестованные таможенные чины были отпущены. По заявлению их, большинство экипажа и капитан его говорили между собою по-английски, хотя штурман и заявил им, что экипаж состоит из русских. Они свидетельствуют также, что видели, как экипажем был снят и свернут английский флаг; на английское происхождение судна указывают также остатки закрашенной на корме надписи, а также найденная впоследствии водолазами часть судового шканечного журнала, веденного на английском языке, из которых видно, что пароход назывался “John Grafton”. Отъезжая от парохода, таможенники заметили приближающуюся к нему парусную лодку, которая, по-видимому, и увезла на себе покинувший судно экипаж. Дознанием установлено также, что два лица, по наречию – финляндцы, высадились в 2-х километрах от места взрыва на берег и на лошадях проследовали к железнодорожной станции Беннэс.
В первый же день прибытия на место Вазаского губернатора ему доставлено было свыше 1300 магазинных ружей выведенной из употребления швейцарской системы Vetterley с отточенными штыками[1298], частью, по-видимому, подержанных
