Читаем без скачивания Жизнь коротка - Гордон Диксон

— Похоже, вы знакомы достаточно близко, чтобы она обращалась к тебе «Рэднал вез».

— Ну, — выдавил из себя биолог.

В физическом плане они были достаточно близки, чтобы девушка обращалась к нему и без «вез». И тартешским она владела достаточно хорошо, чтобы это понимать. Лофоса ухитрилась привести его в еще большее замешательство, предваряя формальным обращением столь интимную фразу. Более дурацкое положение трудно себе представить.

Из своей комнаты вышла Эвилия, одетая так же, как и Лофоса. В отличие от подруги она не стала болтать с Рэдналом, а направилась сразу в туалет. Девушки встретились за жиролетами, обменялись парой фраз и пошли каждая своим путем.

Тогло зев Памдал появилась в гостиной, когда Лофоса вернулась с улицы. Лофоса вызывающе посмотрела на широкобровую, словно предлагая сделать ей замечание относительно наготы. Многие тартешцы, особенно женщины, такое замечание не замедлили бы сделать, причем многословно и красочно.

Тогло лишь промолвила:

— Надеюсь, вы спали спокойно, свободная?

Таким тоном можно разговаривать с соседкой, которую не слишком хорошо знаешь, но нет оснований недолюбливать.

— Да, спасибо. — Лофоса опустила глаза, поняв, что ее выставленные напоказ прелести не смогли поймать тартешку на крючок.

— Рада это слышать, — мило улыбаясь, продолжила Тогло. — Неприятно, должно быть, простудиться на отдыхе.

Лофоса сделала было шаг вперед, затем дернулась, будто ее укололи булавкой. Тогло уже повернулась, чтобы поздороваться с остальными. На сердцебиение-другое Лофоса ощерила зубы, точно пещерный кот, потом прошла к себе в комнату завершать утренний туалет.

— Полагаю, я не обидела ее… слишком сильно? — сказала Тогло Рэдналу.

— По-моему, вы вели себя как настоящий дипломат, — ответил он.

— Ну, учитывая положение дел в мире, я не уверена, что это комплимент.

Рэднал промолчал. Учитывая то, что стало ему известно накануне, положение дел в мире гораздо хуже, чем представляла себе Тогло.

Его собственные дипломатические способности были использованы на всю катушку, когда после завтрака пришлось объяснять группе, почему они отправятся не на запад, а на восток.

— Я нахожу изменение плана весьма неприятным, да. — На смуглое лунообразное лицо Голобола легло скорбное выражение.

Бентер вез Мапраб, разумеется, его поддержал.

— Безобразие! — вспыхнул он. — Растительный покров вблизи Барьерных гор куда богаче, чем на востоке!

— Мне, по сути, все равно, куда идти, — сказала Тогло зев Памдал. — Насколько я понимаю, везде хватает интересных мест. Но хотелось бы знать, чем вызвано подобное изменение планов.

— Вот именно! — вставил Мобли, сын Сопсирка. — Тогло права. Что вы пытаетесь утаить?

Все туристы заговорили — чета Мартос закричала — разом. В поднявшемся гвалте Рэднал четко определил свою реакцию на слова лиссонесца: у него возникло желание, чтобы Низина была куда глубже — до раскаленного земного ядра; он бы столкнул туда наглеца. Мобли не только грубиян (использовать женское имя без вежливого обращения! Даже с частицей «вез» обращаться к женщине по имени без ее согласия на то — уже нарушение этикета), он еще любитель совать нос не в свои дела и подстрекатель!

Пеггол вез Менк хлопнул ладонью по столу, рядом с которым умер Дохнор из Келлефа, и в наступившей тишине медленно произнес:

— Свободный вез Кробир изменил план осмотра Котлован-Парка по моему предложению. Это продиктовано ходом расследования убийства и сделано в интересах Тартеша.

— Это ни о чем нам не говорит, совершенно! — Теперь, похоже, Голобол был сердит, а не просто расстроен неожиданным изменением планов. — Вы говорите красивые слова, но где в них есть смысл?

— Если я скажу вам все, что вы хотите знать, свободный, услышит и тот, кому это слышать не следует, — произнес Пеггол.

— Подумаешь! — возмущенно фыркнул Голобол.

— Вы, Глаза-и-Уши, наверное, считаете себя маленькими оловянными полубогами, — вставил Эльтзак вез Мартос.

Однако большинство туристов заявление Пеггола успокоило. С появлением звездной бомбы государства с еще большим рвением оберегали друг от друга свои секреты. По мнению Рэднала, это напоминало поведение человека, который начинал тревожиться о пещерном коте после того, как тот задрал козу. Впрочем, кто знает? Может, и звездная бомба — не самая страшная вещь на свете.

— Обещаю: я расскажу вам все при первой возможности, — сказал он и удостоился тяжелого взгляда Пеггола вез Менка. Пеггол, дай ему волю, и собственного имени никому не открыл бы.

— Так что же все-таки происходит? — повторила Тогло.

По большому счету Рэднал и сам это толком не понимал, поэтому, выдержав многозначительную паузу, лишь промолвил:

— Чем дольше мы препираемся, тем меньше остается времени на осмотр достопримечательностей — в какую бы сторону мы ни отправились.

— Логично, — сказала Эвилия. Ни она, ни Лофоса не возражали против изменения маршрута.

Рэднал оглядел группу — лица туристов выражали скорее безнадежную покорность, чем недовольство.

— А теперь, свободные, давайте пойдем к стойлам, — сказал гид. — В восточной части Парка нам предстоит увидеть много интересного — и услышать тоже. Например, Убежище Ночных Демонов.

— Отлично! — Тогло зев Памдал захлопала в ладоши. — Когда я была здесь в прошлый раз, шел дождь, и гид нас туда не повел, опасаясь внезапного наводнения. А я хотела увидеть Убежище с тех пор, как прочитала триллер Хикаг зев Гинфер.

— Вы имеете в виду «Камни судьбы»? — Мнение Рэднала о вкусе Тогло изменилось в худшую сторону. Стараясь оставаться вежливым, он произнес: — Не могу сказать, что там верно описан антураж.

— О, по-моему, это полная чушь! — махнула рукой Тогло. — Но мы с Хикаг вместе ходили в школу и с тех пор дружим, так что приходится читать всю ее писанину. А она так показала Убежище Ночных Демонов!.. Уж не знаю, есть ли там хоть дуновение истины.

— Дуновение, может, и есть — слабое-слабое, — уступил Рэднал.

— Я тоже читала, — вставила Носко зев Мартос. — Очень увлекательно.

— Наш гид считает, что это дрянь, — немедленно отреагировал ее муж.

— Ну, такого я не говорил, — заметил Рэднал, но никто из Мартосов его словно и не услышал.

— Ладно вам про дуновения! — безапелляционно заявил Бентер вез Мартос. — Идем так идем.

— Как скажете, свободный. — Хорошо бы в Убежище Ночных Демонов в самом деле обитали ночные демоны, подумал Рэднал. Тогда, если повезет, они бы утащили Бентера в свои камни, и никто в группе его бы больше не увидел — и не услышал. Увы, такие приятные случаи происходят только в книжках.

Туристы понемногу осваивались. Даже Пеггол выглядел уже не так несуразно на спине осла, как вчера. Отъехав от лагеря, Рэднал обернулся и увидел, как милиция и Глаза-и-Уши продвигаются к хлеву, намереваясь их снова тщательнейшим образом осмотреть. Потом он заставил себя забыть о расследовании убийства и вспомнить об обязанностях гида.

— Поскольку мы выехали сегодня довольно рано, нам, возможно, посчастливится увидеть мелких представителей рептилий и млекопитающих, которые прячутся в разгар жары. Большинство…

Впереди неожиданно взметнулся фонтанчик песка. Рэднал замолчал и спешился.

— Клянусь богами, кажется, это сцинк-широконосик.

— Что?

Рэднал уже привык к удивленному хору голосов, неизменно сопровождавшему его рассказ о наиболее редких обитателях Низины.

— Сцинк-широконосик, — повторил он и нагнулся. Да, верно, вот приманка. А теперь — пятьдесят на пятьдесят, как повезет. Ухватит за хвост — ящерица просто сбросит этот придаток и убежит. А ухватит за шею…

Есть! Ящерица билась в руке, как кусок обезумевшей резины, пытаясь вырваться. При этом она опорожнила кишечник. Лофоса с отвращением фыркнула.

Через тридцать или сорок сердцебиений сцинк сдался и замер. Рэднал показал рептилию длиной с ладонь обступившим его туристам.

— Сцинки обитают по всему миру и широко распространены, но широконосик — довольно любопытное явление. Его можно назвать сухопутным аналогом морского черта. Посмотрите. — Он постучал по мясистому оранжевому наросту в конце спинного хребта. — Ящерица зарывается в песок, выставив наружу только эту приманку и кончик носа.

Особая мышечная система позволяет длинным ребрам изгибаться, казалось бы, самым невероятным образом. Когда насекомое «клюет» на приманку, широконосик кидает в него комочками земли или песка, а потом изворачивается и… Прекрасное создание!

— В жизни не видел ничего уродливей! — заявил Мобли, сын Сопсирка.

Ящерице было все равно, что о ней говорят. Она уставилась на зрителей черными глазками-бусинками. Если этот вид протянет еще несколько миллионов лет (если Низина протянет еще несколько месяцев, нервно подумал Рэднал), ее далекие потомки вовсе утратят зрение, подобно другим ведущим подземный образ жизни сцинкам.