Постояв еще с минуту, он вырвал меч из деревянной обшивки и убрал его в ножны.
– Может быть, тебе стоит все время держать его в руке? – предложила Шара.
Он невесело усмехнулся и вернулся к Льюлему. Нет, это еще не поражение. Победа все равно будет за ним.
– Извините. Мне жаль, что так вышло.
Старик кивнул.
– Тебе нечего стыдиться. Мы все видим, сколь тяжела твоя ноша. Нам нужно заняться приготовлениями.
Он поклонился и направился к трапу. Женщина послушно засеменила следом.
Шара погладила его по щеке. Одной рукой она продолжала крутить рукоятку шкатулки. Бессмысленное, однотонное треньканье сводило с ума. Брофи с превеликим удовольствием разбил бы проклятую коробку о камень.
– Я хочу пойти с тобой.
– Знаю, – ответил он, думая о своем. Может быть, все складывается не так уж и плохо. Без Шары ему будет даже легче. – Оставайся. Здесь безопаснее. Я понимаю, какое бремя этот ребенок. Отдохни. Пусть о нем позаботится кто-то другой.
Шара наклонилась и поцеловала его в щеку.
– Ты даже сейчас думаешь о других.
Брофи отстранился. Ему не нравилось, что она дотрагивается до него.
– Что, если город уже пал? Если ты не сможешь отыскать сестер?
– Тогда остается только одно: пройти испытание и выполнить свой долг.
– Испытание? В одиночку? Да еще в таком состоянии?
– По-другому не получится, – злобно рыкнул он.
Рука сама потянулась к девочке. Не рука – лапа с когтями вместо пальцев. Раскроить младенцу голову. Свернуть шею. Это было бы так легко.
Он застонал и отвернулся. Отошел к борту. Врезал кулаком по поручням. Дерево треснуло.
– Убери ее от меня!
Шара кивнула и спустилась вниз. Брофи остался на палубе.
Хмуро вглядываясь в пелену дождя, Брофи налегал на весла. Они уже промокли до нитки. Он греб и греб, не позволяя себе остановиться, понимая, что только так, двигаясь, работая, может сдерживать затаившуюся внутри ярость. Неподвижность, безделье сводили с ума.
Мать Льюлем сидела на корме, держа одной рукой руль и вращая ручку шкатулки другой. Ребенок преспокойно спал в своем гнездышке на перевязи, надежно укрытый кожаным покрывалом. Волны швыряли маленькую лодку из стороны в сторону, но супруга посланника упрямо держала курс, не теряя присутствия духа даже в ситуациях, когда, казалось, лодка неминуемо должна была перевернуться.
Струи дождя давно смыли со щек остатки пудры, но кожа под ней была так же бела. Тело женщины выдавало напряжение, тогда как лицо оставалось совершенно бесстрастным.
Брофи знал, что они приближаются к Закатным воротам, но из-за ливня ничего не видел. Что там? Может быть, буря уже разметала физендрийскую армаду? Может быть, Огндариен уже лежит в руинах?
Молния осветила небо, и в воде мелькнуло что-то темное и плотное. Брофи дважды топнул ногой. Лодка вроде бы начала поворачивать, но предупреждение пришло слишком поздно. Темное пятно обернулось здоровущим бревном. Подброшенное волной, оно ударило в борт, и он едва не свалился с банки. Вот же дура!
– Что ты делаешь? – заорал он.
Мидью прокричала что-то в ответ, но ветер отнес слова.
– Что? Не слышу!
– На что мы напоролись?
Он отпустил весла и сдвинулся к борту.
– Бревно! Дерево! – Брофи схватил гафель и только тогда заметил пролом. Лодка наполнялась водой. – Есть течь! Долго не продержимся!
Бревно не только протаранило лодку, но и застряло в бреши.
Вспышка. Брофи привстал. За ударом грома снова полыхнула молния. Они действительно были в проливе. Но вода кишела бревнами. Громадные стволы ворочались, вздымались на волнах и падали сверху. Откуда они здесь взялись, да еще в таком количестве?
– Что это еще за… – Он не договорил – толстенный комель вынырнул из-под волны с явным намерением разнести жалкое суденышко в щепки. Брофи уперся в него багром. Проклятье! В Физендрии нет леса!
– Кто там? – прогремел из темноты мужской голос. Брофи обернулся. Темные фигуры уже бежали по плоту в направлении их плененной лодки.
– Кто там? – повторил тот же голос. – Эти воды принадлежат королю Фандиру!
Один из физендрийцев поднес к губам рог. Низкий, тревожный звук пронзил шум бури. Другой солдат вскинул лук. Стрела со свистом прошла мимо.
Брофи выхватил меч. Вторая стрела вонзилась в борт. Чья-то твердая рука схватила его за воротник и рванула вниз. Он поскользнулся, и налетевшая волна сбросила его в море.
Отчаянно взмахнув руками, Брофи сумел все же удержать меч Осени. Волны сомкнулись над головой. Тьма поглотила его. Мидью прыгнула следом.
– Драться бесполезно, – вынырнув, крикнула она, неуклюже загребая одной рукой и крутя ручку шкатулки другой. – Плыви. Ныряй под плоты.
Брофи потряс головой. Холодная вода остудила ярость и вернула его в чувство.
– Держись за мной.
Брофи всунул клинок в ножны и последовал за Мидью. Над головой ярились волны и громыхал гром, но под водой гнев стихии ощущался не так остро. Плывя наугад, он ударился обо что-то головой и попытался выбраться на поверхность, но мать Льюлем удержала его, вцепившись в запястье, и увлекла за собой. Легкие разрывались от нехватки воздуха, и тут Брофи вдруг обнаружил, что может обходиться и без него.
Сориентироваться было невозможно. Он полностью подчинился Мидью и, держась за перевязь, только отталкивался от качавшихся над головой бревен, которым, казалось, не будет конца.
Вверху посветлело. Брофи высунул голову, жадно схватил воздух и закашлялся. Рядом, как поплавок, покачивалась мать Льюлем.
Полыхнула молния. Он оглянулся. Солдаты на другой стороне плота столпились у пустой лодки.
– Эти воды принадлежат Огндариену, – бросил он. Будь физендрийцы поближе, он забрался бы на плот и поубивал всех.
Мидью потянула за рукав.
– Куда теперь? – спросила она, щурясь от бьющего в лицо дождя. Шкатулка продолжала играть, но музыку почти заглушал рев бури.
Брофи оглянулся. Вдалеке, за колышущимся морем бревен, проступали грозные стены Огндариена.
– К Каменному Сердцу, – прохрипел он, прислушиваясь к той буре, что рвала его изнутри, взметаясь валами ярости и страха. – Пока еще не поздно.
ГЛАВА 18
В ту ночь на Огндариен обрушился ливень, но жизнь в городе бурлила, как никогда. Повсюду светились фонари, горели факелы. Враг прорвался. Солдаты Фарадана захватили Каменную сторону. Физендрийцы заняли доки и Долгий рынок. Креллис разрушил оба моста, и теперь неприятель мог атаковать Ночной рынок только через залив. Брат Осени стоял у плотины вместе с мастером Горлимом. У причалов горели разведенные ночной стражей костры. Защитники Огндариена возвели баррикады вдоль всей набережной, но Креллис не тешил себя пустыми надеждами. Что такое баррикада по сравнению со стеной высотой в сто футов? Армиям Физендрии и Фарадана понадобился всего лишь месяц, чтобы взять считавшиеся неприступными укрепления. Через несколько часов неприятель прорвет самодельные заслоны из бочек с песком и рыбацких сетей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
