дальше. Когда добрался до экскаватора, включил для его проверки дозиметр, прибор тут же злобно затрещал на землеройную машину. Сталкер обошел её по широкой дуге слева. Из-за радиации потянуть время, делая вид, что обследует старый экскаватор на предмет интересных находок, не удалось, пришлось сразу двигаться дальше.
Отсюда уже было хорошо видно окончание карьерного ответвления, но низ обрыва закрывали высокие отвалы и есть ли за ними лаз куда-то или нет, отсюда разглядеть было невозможно. С левой стороны, ближе к кучам грунта, закрывающим входа в предполагаемое расположение схрона «черных», в обрыве образовалась глубокая промоина, по которой вполне можно было выбраться из карьера. Жос решил идти туда, так как альтернативы ей в прямой видимости не наблюдалось. Еще немного пройдя по центру выработки, он стал постепенно забирать левее, к намеченному выходу наверх. По дороге ему не встретилось ничего интересного, все те же лужи с тягучей бурой жижей, редкие камыши, да хаотично разбросанные кучи песка разной формы и размера. Так же вокруг не проявлялось никакого движения и было абсолютно непонятно, наблюдает за ним кто-нибудь или нет, замечен ли он или все эти «игры» проходят впустую. Ему ничего не оставалось делать, как совсем свернув налево, достичь подножья обрыва с промоиной и начать подъем. С трудом забравшись на вязкую кучу, образованную сползшим из оврага благодаря влаге песком, он углубился в ведущий наверх проход. Прежде чем окончательно в нем скрыться, сталкер кинул быстрый взгляд в сторону отвалов и в какой-то момент среди их верхушек мелькнуло темное пятно в самом низу обрыва. Проход? Или нет? Даже если бы он точно это определил, наличие прохода куда-либо никак не гарантировало пребывание там неприятеля.
Дальше было ещё хуже. Пропитанный влагой песок, вперемешку с черноземом, разъезжался под его ногами и норовил увлечь бродягу за собой вниз. Ноги уходили в грунт выше туго зашнурованных ботинок, заставляя, помимо сохранения равновесия, тратить силы на каждое выдергивание конечности из мокрой жижи. Выбраться ему все же удалось, но к этому моменту сталкер основательно выдохся, весь вспотел и имел абсолютно мокрые ноги. Он сразу метнув болт в ближайший плоский валун и устало плюхнулся на него, чтобы прийти в себя и восстановить силы. Пытаясь перевести дыхание, окинул взглядом местность - в даль от карьера уходила серая безрадостная «тундра». Так на сленге бродяг назывались обширные территории Зоны, не выделяющиеся ничем примечательным. Низины, в которых окруженные полоской болотистой местности загнивали обширные лужи, плавно переходили в невысокие пологие возвышенности. На них изредка встречались кучки изменённых местными условиями обитания кустов и было щедро насыпано камней разных диаметров, обросших чем-то похожим на мох. Изредка попадались огромные валуны, на верху которых вполне можно было спрятаться отряду из нескольких человек. Весьма безрадостная картина в целом, а для сталкера и подавно, так как предоставляла не много возможностей спрятаться от вероятной опасности.
Придя немного в себя, Жос еще раз пристально проверил окружающую обстановку на наличие мутантов и никого не обнаружив, стянул с себя ботинки, чтобы быстро вытряхнуть набившийся в них песок. Закончив с приведением обуви в относительный порядок, встал, проверил снаряжение и поудобнее перехватив дробовик. Потом сверился с компасом, опять привычно метнув болт и начал медленное движение от предполагаемого места нахождения «черных». Вероятность того, что его настигнут и остановят по-прежнему была еще велика, но почему-то он верил в нее все меньше и меньше.
Так и вышло. Пройдя довольно приличное по меркам Зоны расстояние, промокший и уставший, он остановился возле огромного валуна, под одним краем которого находилась достаточно глубокая ниша. В ней можно было спрятаться от дождя и попытаться отбиться от кого-нибудь голодного, так как вектор атаки было только один, а туда будет смотреть ствол Чейзера, готовый угостить крупной дробью любого агрессора. За время движения никто так и не попытался догнать бродягу и уж тем более остановить. Мысленно махнув на все рукой, он залез поглубже в укрытие, зажег в маленькой горелке таблетку сухого спирта и поставил сверху греться банку с тушёнкой. Нормальный костер разжигать он не стал, слишком много времени бы на это потребовалось - дров поблизости лежало немного и все они были мокрые. Было тоскливо, одиноко и как-то по-детски обидно. Только-только он нашел настоящих друзей и начал чувствовать себя в «обойме». Только начал ощущать, что за ним кто-то стоит и просто так его никто не посмеет тронуть, но не прошло и нескольких дней, как он опять один, идет неизвестно куда под начинающим накрапывать дождем. Вот почему сторожили советуют не прикипать сильно ни к кому душой, всегда, даже с друзьями быть одиночкой. Насколько бы противоречиво это не звучало. Еще и с планом "темных" вышла осечка, то ли "черные" их не увидели, несмотря на все старания сталкеров, то ли они уже потеряли интерес к Жосу. А может быть их здесь вообще нет и предположение Морока с Шорохом оказалось неверным.
И что же теперь? А теперь идти по компасу, забирая постепенно вправо, вплоть до обратного направления. Шорох сказал, что так он выйдет на дорогу между Ростком и армейскими складами. Вот только, что это ему даст? На завод Жосу по-прежнему нельзя, к первым попавшимся на пути сталкерам выходить тоже может быть небезопасно. Идти через склады снова на карьер – к тому времени никого из его друзей там уже не будет. Не зная где они окажутся в случае провала плана с Жосом, «темные» не смогли назначить ему хотя бы примерное место встречи. Доедая свой ужин, он решил, что вернется обратно на Барьер. Там ребята его уже знают, примут к себе без вопросов, побудет там, пока какие-нибудь слухи туда не дойдут.
До вечера еще было время, но идти никуда уже не хотелось, к тому же было неизвестно, найдется дальше такое же хорошее укрытие или придется коротать ночь под открытым небом. Разогрев пол кружки кипятка, сталкер заварил в нем чай и с удовольствием выпил. Потом не торопясь вылез из-под камня, чтобы немного размяться. Вокруг было все также тихо. Долго находится снаружи он не собирался, так как дождь набирал силу, а впитавший лишнюю влагу "непромокаемый" костюм будет холодить ночью сильнее. Присел пару раз, покрутил торсом, немного разгоняя кровь и проверяя состояние организма. Удовлетворенный проверкой, он развернулся, чтобы залезть обратно в свою нору и замер от неожиданности. Сверху камня не мигая на него смотрели два жёлтых глаза, принадлежавшие мокрой взъерошенной матерой псевдособаке. Ободранные уши прижаты к голове, верхняя губа
