Второй гидроплан пристроился рядом, покачал крыльями, пилот поднял большой палец, одобряя нападение на подлодку. А потом рукой показал влево. Андрей повернул голову. Со стороны германских берегов шел транспорт на север. Либо к Норвегии, либо к Швеции. И со второго самолета его заметили по дыму из труб. Довернули, направились встречным курсом. Десять минут лета, и транспорт под ними. Матросы забегали по палубе. На надстройке, на корме, на носу стоят зенитные пулеметы, хотя транспорт гражданский, но флаг на корме германский. Андрей решил атаковать. Крутой вираж заложил, зашел на транспорт с кормы. Мера вынужденная. Если атаковать со стороны борта, шансов у мичмана не промахнуться значительно больше. Но и по аэроплану будут вести огонь все три пулемета. А сейчас с кормы открыл огонь только один. Почти сразу по нему выстрелил мичман. Отличное попадание, в нескольких метрах. Расчет убит или ранен, попадали на палубу, главное – не обстреливают. Гидросамолет проскочил над судном, а на транспорт уже нападает второй аэроплан. Летнаб его открыл пулеметный огонь по палубе. Летнаб патронов не жалел, выпустил всю ленту. За это время Андрей развернул гидроплан и снова в атаку. Дважды успел выстрелить мичман по ходовому мостику. И снова повторный заход другого гидроплана, пулеметные очереди. На судне начался пожар. Сначала дым из кормы показался, потом вырвались языки пламени. Андрей на часы посмотрел. Пора возвращаться, иначе не хватит бензина.
И Андрею с летнабом эффект пушечного обстрела понравился, и наблюдавший за стрельбой пилот второго самолета мичман Берг в восторге. Поделился впечатлениями с авиаторами «Орлицы». Настойчивее всех оказались братья Олег и Игорь Замойские. Уговорили Дудорова отдать вторую пушку им. И через два дня, премного довольные, вылетели на первое задание, вооруженные пушкой. Права поговорка – новичкам и пьяным везет. Атаковали немецкий катер – торпедоносец и потопили его. Пушечные самолеты проявили себя выше всех ожиданий. Дудоров пообещал при первой же возможности направить адмиралу Н. Эссену, командующему Балтийским флотом, заявку на десять пушек. Гидросамолеты были не только на «Орлице», но и на базе в Аренсбурге. Немцы довольно быстро оповестили авиаторов и моряков о появлении пушек на русских самолетах.
Все же обстрел транспорта убедил Андрея, что пушка – это хорошо, но нужны еще бомбы. До этого случая не брал. Бомбы – это лишний вес, а поскольку подвешивались под крыльями, создавали аэродинамическое сопротивление, снижали скорость и приводили к перерасходу бензина. Держатели для бомб рассчитаны на бомбы пудового веса. «М-9» могла нести десяток бомб, по пять под каждым из нижних крыльев.
На следующий вылет Андрей попросил подвесить бомбы. Полет разведывательный, но ни одна гадалка не могла бы предсказать, с чем придется столкнуться. Миновав траверс острова Эланд, увидели в море дымы, сразу повернули к ним. Десять минут лета и внизу немецкий миноносец. На корабле гидросамолет увидели, засуетились. Расчеты заняли места у зенитных пулеметов. Андрей пролетел мимо, снизился до полусотни метров, зашел с кормы. Антоненко открыл огонь из пушки. Один выстрел, второй и третий успел. Андрей потянул ручку на себя, сделал горку, дернул рычаг сброса бомбы. И сразу понял свою ошибку. По кораблю попал, жахнуло здорово, из-за малой высоты ударной волной самолет подбросило, завалило на левый бок. Андрей с машиной справился, но урок извлек. А ведь запросто могли задеть воду, высота-то невелика. Разворот, и Андрей снова начинает атаку, на этот раз с носа. И вновь неправильная тактика. Скорость сближения велика, кроме того, рулевой или капитан видят самолет и пытаются сбить прицел. Совершают маневры типа «змейка». Мичман выстрелил из пушки – мимо! В этой атаке Андрей набрал высоту побольше, метров двести. Сбросил одну бомбу, следом сразу вторую. И обе угодили на палубу миноносца. Конечно, пудовые бомбы слабоваты для бронированного корабля. Однако одна из мачт корабля рухнула. Гидросамолет пронесся над миноносцем, снова развернулся, зашел с кормы. Мичман в первую атаку славно поработал, расчет зенитного пулемета убит, тумба с пулеметом лежит на боку. И с кормы миноносец сопротивления оказать не может. Андрей прибрал обороты мотора до минимума, чтобы мичман имел больше времени для прицельной стрельбы. Один выстрел, второй, третий по надстройкам. Корма уже рядом. Андрей дважды рванул рычаг бомбосброса. Бомбы летят не отвесно вниз, а по параболе, поэтому сбрасывать надо с упреждением. Получилось удачно, обе бомбы угодили на палубу с обоих бортов. Но и зенитчики не сплоховали на миноносце, успели дать очередь. Пули угодили по правому крылу. Но мотор работает, пожара нет, экипаж цел, и, стало быть, надо продолжать атаку. Андрей развернул летающую лодку. От миноносца дым идет, причем не из дымовых труб, а из-под палубы. Уже хорошо! Теперь атака с носа. Высота – триста метров, Андрей взялся за рычаг, подправил курс, стал сбрасывать бомбы одну за другой. Все! Весь десяток израсходован. Бомбы с левого крыла прошли рядом с кораблем, взорвались в воде, а три бомбы с правого угодили точнехонько по палубе. Вспыхнул пожар.
Видимо, командир миноносца вызвал на помощь авиацию. В небе показались две точки. Довольно быстро они увеличились в размерах, стало видно два Фоккера, с колесным шасси. Немцы послали с того аэродрома, что был ближе. А кроме того, гидросамолеты априори имеют скорость меньшую, на помощь придут позже.
Андрей от миноносца отвернул. Бомбы он сбросил все, а снаряды пригодятся отбиваться от истребителей. Это были именно они, одноместные, с курсовым пулеметом. Черт с ним, с миноносцем, потушит команда пожар, стало быть, повезло. Но миноносец по-любому из строя выведен, пойдет на ремонт, в боях в ближайшее время участвовать не будет.
Фоккеры приблизились, решили атаковать спереди, в лобовую. Первый открыл огонь из пулемета. На «М-9» были элероны, Андрей отдал ручку вправо и не-много левую ногу вперед, совсем чуть-чуть. Аэроплан начал боковое скольжение, немного, но трассирующие пули летели мимо, гидроплан непонятным образом уходил из прицела немца. Фоккер уже близко, пора уводить гидроплан в сторону, почему Василий медлит? И в это время выстрел. Сразу облако разрыва, во все стороны обломки немецкого самолета. Андрей ручку вперед, педаль влево до упора. От осколков самолета чудом увернулся, ушел с переворотом на пикирование. Второй немец даже не пытался атаковать или зайти в хвост, самое уязвимое место «М-9». Развернулся и газу поддал, оставляя дымный след. Понял германец, что нарвался на пушечный гидроплан, побоялся вести поединок, видя быструю и бесславную гибель ведущего. Миноносец был виден, как и пожар на нем, но время поджимало, бензин был на исходе, и Андрей направился к «Орлице». Приводнился, подрулил к транспорту, его подняли на борт. Василий в передней кабине доволен, рот до ушей.
– Здорово мы их! Я Фоккер последним снарядом сбил!
У Андрея мурашки по телу. А если бы второй истребитель не ушел, испугавшись? Их бы самих сбили, причем легко, не встречая сопротивления.
– Василий, ты бы для таких случаев имел неприкосновенный запас – два-три снаряда. Вот представь, все снаряды израсходовали на миноносец, что бы было?
– Рыб кормили.
– Вот-вот! Приспособь ящик или сумку и там НЗ держи.
– Есть!
Снаряды-то не велики, много места не займут, вес, конечно, имеют. Андрей доложил старшему по должности офицеру Звереву об удачной атаке миноносца и победе над Фоккером.
– Хм, результативно, но записать не могу, нет подтверждения.
Андрей и сам знал, таков порядок. Победу должна подтвердить незаинтересованная сторона. Моряки с других судов или пилоты других самолетов, да где только их взять? И у каждого пилота были неподтвержденные победы. Не для славы воевали, старались урон врагу нанести, но все равно досадно.
Транспорт отправился в Куйвасту для бункеровки, механики принялись за ремонт самолета Андрея. Поверхность крыльев обтянута фанерой, поверх нее перкаль, покрытый лаком. Если пулевое отверстие не заделать, попадет влага, древесина намокнет, наберет вес, станет гнить. Отверстия заклеивали специальной тканью, после просушки покрывали лаком. Гидропланы, как их ни защищай от воды лаком, все равно намокали. Вес нового «М-9» 1060 кг, а стоит сезон полетать, вес увеличивается на триста-четыреста килограмм, ухудшая и так не блестящие летные характеристики.
