облысевшую голову от международных катаклизмов и наших ме-
стечковых проблем.
– Об этом обидно говорить, но процесс приема курсовых за-
дач штабом эскадры от наших тяжелых крейсеров все больше и
больше напоминает мне поход ватаги пьяных гусар в губернский
публичный дом. О какой уж высокой и чистой любви может быть
разговор, если наши подчиненные перед осмотром корабля даже
в вентиляторных отделениях ленятся навести порядок. Вот также и
провинциальные проститутки, физиономию наштукатурят, а ноги
и не помоют – а куда клиент денется, если у него природное жела-
ние аж из ушей прет?
– Встаньте, товарищ капитан II ранга! Вы что тут сладко посапы-
ваете в уютном мягком кресле во время служебного совещания?
Разве вам не врезались на всю жизнь в голову слова колыбельной
песенки из кинофильма «Цирк» – «Спят медведи и слоны. Дяди
спят и тети. Все вокруг спать должны, но не на работе»?
– Перед тем, как взять слово на подведении итогов эскадры, вы,
товарищ капитан III ранга, должны были не менее 2-х суток денно и
нощно читать громко вслух сказки братьев Гримм с набитым мелки-
ми камешками ртом для отработки риторики и дикции, а не зауныв-
но бубнить перед присутствующими здесь старшими офицерами, с
преступной настойчивостью, вгоняя их в липкий нездоровый сон.
– Если понадобиться, товарищи офицеры штаба, то при про-
ведении итоговой проверки на кораблях вы не должны чураться
465
![]()
закатать рукава повыше и покопаться
в дерьме поглубже для более полно-
го освещения обстановки. И знайте,
копаться в дерьме не стыдно, стыд-
но – получать от этого удовольствие.
– Товарищ Маслопупов, как и вся-
кий горький пьяница, вы не думаете,
а соображаете. Причем, соображаете очень долго и очень плохо.
– А где самое умное лицо наиболее интеллигентного предста-
вителя оперативного отдела товарища Удавкина? Что – опять упал
и не может встать?
– Почему так много и часто пьете, товарищ Пупкин? Неужели
это так вкусно?
– Я всегда с глубоким восхищением смотрю на лучшего пред-
ставителя оперативного отдела эскадры капитана II ранга Удавки-
на. А почему я такой в него влюбленный, да потому, что большего
трутня в жизни не видел. Вот он на меня вылупил свои глазки, а
ни хрена не понимает, о чем я говорю. Вот уж кого даже атомной
бомбой со службы не выкуришь, ведь он абсолютно ничего делать
не умеет, не хочет, и не будет.
– Вы что, товарищ Голопупенко, совсем глупый и понимаете
только тогда, когда вас сильно бьют палкой по голове.
– Товарищ Крутояров, я развернутую оценку вашей работе
уже давал неоднократно, это не вы, заливаясь горькими слеза-
ми и соплями, притащили суточный план, составленный самыми
прожженными негодяями из электромеханической боевой части
эсминца «Бесстрашный» и не вы приволокли зажатого кутними
зубами перекушенного пополам старпома.
– А зачем нам нужен такой красивый и здоровый товарищ
Мерзавцев, если он не знает, что такое – осмотр корпуса корабля
№-2, и когда он проводится.
– Товарищ Гегемонов, а почему на мой вопрос о списке воен-
нослужащих, самовольно оставивших часть, оперативный дежур-
ный эскадры мне показывает обрывок использованного памперса
без крылышек с вашими клинописными пометками?
– А вы, товарищ начальник оперативного отдела, нашли себе
прекрасного корешка – капитана II ранга Удавкина и всегда его,
как щит, впереди себя выставляете, а об его голову даже крупно-
калиберный снаряд – стальное ядро с удовольствием разбивается.
466
![]()
– И все – таки я немного завидую товарищу Пупкину, который
с утра выпьет – и целый день свободный.
– Вы не служите, вы – лежите на занимаемой должности, то-
варищ Подмышкин!
– Все говорят, что офицерское жалование очень мало и на жизнь
его не хватает. Не верю, просто вы плохо экономите, ведь умудря-
ется же товарищ Голопупенко ежедневно по паре новых шнурков
покупать, чтобы получить прекрасный повод, потом их обмыть.
– Далеко ли может пойти тот, кого далеко послали? Отвечаю –
до ближайшего кабака. Именно там был задержан комендантом
гарнизона во время занятий по специальности старший офицер
оперативного отдела эскадры капитан II ранга Удавкин, которого
я за 50 минут до этого выгнал со служебного совещания за гнус-
ную трехдневную не бритость. Одно радует – за это время он хоть
успел побриться. Правда, и нажраться тоже.
– Когда я вызываю к себе на ковер юного ленинца – начальника
отдела службы войск и безопасности военной службы, то постоянно
задаю себе вопрос: «А не посадят ли меня за малолетку?»
– А флагманский химик эскадры, одурманенный ядовитыми
парами хлорпикрина и вредными ионизирующими излучениями
радиоактивных источников, совсем деградировался.
– Расплодив в штурманской боевой части гомосексуалистов,
вы – флагманский штурман должны были лично ночью контролиро-
вать по койкам, чем они там занимаются.
– Начальник оперативного управления, вам надо не думать, а
рожать побыстрее, пока скорая гинекологическая помощь из опера-
тивного управления штаба флота не пришла к вам на помощь. Ведь
они анализами не интересуются, они сразу кесарево сечение без
наркоза делают.
– Я знаю, что вы – демагог редкостный, товарищ капитан I
ранга, вы даже способны убедить остро
нуждающуюся в мужской ласке бабу, что
лежачий член намного лучше стоячего, но
я вас слушать даже не буду. А если вы по-
пытаетесь прервать меня и заговорить, то
сразу получите по лбу пудовой гирей.
– Бросаешь камень в оперативный от-
дел – никто не уворачивается и даже кру-
гов нет.
467
– Хотелось бы напомнить группе офицеров штаба, собираю-
щихся сразу после выхода кораблей в море слинять в отпуск, о
том, что правила поведения военнослужащих никто не отменял.
Поэтому, если вы в Санкт-Петербурге на Аничковом мосту прочи-
таете надпись на постаменте: «Отлил барон фон Клодт», то это во-
все не то, что вам хочется.
– Я с ужасом убедился, что штаб 43-й дивизии ракетных кора-
блей не владеет четырьмя действиями арифметики Магницкого.
– А минера надо на цепь приковать, чтобы от поста до гальюна
мог шастать, а в кают – кампанию не пускать – отдельно в миске
подавать.
– В решении командира эскадры, подготовленном оператив-
ным отделом, чувствуется подлая рука гражданина Корейко.
– Если вы неспособны найти достойный выход из сложившей-
ся ситуации, то воспользуйтесь входом, товарищ механик.
– А вы, ракетчик, или должны были флагманского специали-
ста дивизии обвешать приказами о его наказании как новогоднюю
елку или каску деревянную у него забрать.
– Да о чем вы говорите, у нас не эскадра – а склад покрашен-
ного в шаровой колер металлолома.
– Вы, товарищ капитан I ранга, должны были принести в сво-
ем клюве перекушенного пополам флагманского специалиста РТС
дивизии, а за ним должен был ползти с парализованными ниж-
ними конечностями командир радиотехнической боевой части
крейсера. Это ему в порыве справедливого негодования предус-
мотрительно перебили ноги большой суковатой палкой и теперь
они мелко – мелко подрагивают, а рученьки все цепляются и це-
пляются.
– Вам о Боге пора уже думать, товарищ капитан I ранга, а вы до
сих пор условных обозначений на морской карте не знаете, а ведь
провели на флоте 25 лет.
– Для тех офицеров штаба, у кого было трудное детство и для
