— Машута, я очень виновата перед тобой, что затащила сюда, — сказала вдруг Диана. — Мне так много надо тебе рассказать… Прошу, выслушай меня пока мы всё ещё здесь… Ну вот хоть в хижине все смогут передохнуть перед нашим финальным спуртом, а мы с тобой поболтаем…
— Что ты, Диана! — воскликнула Мария. — Это всё чревато! Наше счастье, что вместо нечисти мы встретили тебя. Тут уже совсем рядом — там и поговорим, в нашем мире. Кроме того, я вовсе не держу на тебя зла. Даже наоборот!
— Машута, умоляю! — Диана схватила подругу за руку и взглянула на неё с мольбой во взгляде. — Я должна сказать об этом здесь и сейчас, чтобы всё это осталось тут. От этой жуткой старухи я узнала кое-что очень важное, касаемое лично тебя… Она давно охотится за тобой, Машута! Этому надо положить конец прямо здесь и сейчас! Дай мне эту возможность, не отказывай в просьбе!
— Ну, хорошо, — Марию очень удивило и даже напугало такое состояние Дианы и её слова. — Если для тебя это так важно и необходимо… — Она обернулась к остальным: — Ребята, передохнём немножко? Совсем ненадолго.
— Это опасно, — без энтузиазма в голосе, ответила Вика.
— Лучше не останавливаться, — поддержал её Артём и, случайно бросив взгляд на Диану, ему показалось, что глаза девушки блеснули дьявольским огнём и она оскалилась. Однако в следующий же миг Диана одарила его лучезарной улыбкой и тревожные мысли сразу покинули Артёма.
— Ну всего несколько минут, — теперь уже упрашивала Мария.
— Давайте чуть-чуть дух переведём в самом деле, — согласилась Юлия. — Поля уже на ногах еле стоит. Мы так долго здесь плутали…
— Неправда, мама! — обиделась Полина. — Это не я, а ты еле стоишь на ногах.
— Ну хорошо, — улыбнулась ей Юля. — Я устала тоже. Я устала.
Внутри хижины горела лучина. По словам Дианы, ей удалось её зажечь сподручными средствами. В подробности она не вдавалась. В остальном всё выглядело давно заброшенным, покрытым толстым слоем пыли. Поэтому внутри остались только Диана и Мария, усевшиеся за стол, а также Юлия с дочкой. Полину уложили отдохнуть на лавку. Сама Юлия присела с ней рядом и вскоре сама задремала. Все остальные предпочли остаться снаружи. Тут было мрачно и страшновато, но в избе с заколоченными ставнями веселее и спокойнее точно бы стало. В свете лучины, Мария внимательно оглядела помещение.
— Сколько здесь веников, а так пыльно, — сказала она. — Видимо хозяевам в конечном итоге надоело заниматься уборкой.
— Машута, — не обращая внимания на её фразу, начала Диана. — Ты должна понять, что я вовсе не знала во что тебя вовлекаю…
— Послушай, — улыбнулась ей в ответ Мария, — забудь уже об этом. Я же сказала, что зла не держу и на самом деле, думаю, так и должно было быть. Мы к этому всему, если хочешь, шли, чтобы узнать свою сущность на пороге больших перемен. И я счастлива, что мы с тобой вместе!
— Мы теперь всегда будем вместе…
— Конечно, Диана! И я очень рада, что теперь всё изменится в лучшую сторону. В светлую.
— Ты правда рада? Потому что изменится всё…
— Но ведь в лучшую сторону, — улыбнулась Мария.
— Смотря с какой стороны посмотреть… Я бы была рада, если бы ты видела в этом лучшую сторону и мы бы воссоединились без плача, страданий и мук…
— Ну какие муки, Диана? — засмеялась Мария. — Мы же с тобой, слава Богу, не мутировали и значит наша сторона светлая, где нету места страданиям и мучениям. Значит сторона наша лучшая!
— Как раз чаще всего бывает наоборот, — Диана медленно встала из-за стола и повернулась к подруге спиной. — Мы обретаем этот свет слишком дорогой ценой, через муки, боль и слёзы. И так ли тогда светла эта сторона добра?
— Не понимаю, — пожала плечами Мария. — Что ты хочешь сказать?
— Что мы обречены бороться и страдать, терять и жертвовать порой самым дорогим, чтобы это мнимое добро восторжествовало в итоге ценой нашего бескрайнего горя и лишений!
— Ну а что ты предлагаешь, Диана? — Мария недоумённо улыбнулась. — Это не нами придумано, но без жертв и лишений зло, увы, не победить…
— А надо ли его побеждать? — Диана отошла вглубь тёмной комнаты. — И что вообще есть зло? Это, так называемое, зло просто берёт необходимое и нужное без всяких на то жертв, без страданий и мук…
— Да, но ценой жертв и страданий других…
— А что думать о других? Кто-нибудь из них думает о тебе или о ком-либо кроме себя любимого? Да им плевать на каждого отдельно взятого! Каждый из них с радостью бы принял сторону, так называемого, зла, да вот только трусость не позволяет им проявить силу и взять то, что они хотят!
— Диана, — с тревогой прошептала Мари, — я не понимаю тебя… Ты меня пугаешь…
— Пойми, Машута, — из темноты послышался хрипловатый голос Дианы, — зло, каким нам его навязывали, не является истинным злом. Оно искреннее и открытое проявление человеческой силы. Оно не причиняет боли и страданий. Только удовольствия и настоящая радость от жизни!… Ведь для этого и существует человек — чтобы получать наслаждение!… А так называемое добро, прикрываясь лицемерными масками различных добродетелей, учит нас быть мазохистами, желающих получать удовольствие от мук. И всё это ради счастья других — тех, кому плевать на наши жертвы и лишения! Ты только вдумайся какая это вселенская чушь! Вот где истинное зло! Ихнее добро забирает наши жизни ради безоблачного существования никчёмных равнодушных тварей, неблагодарных потомков!
— Диана…
— Да чёрт с ними! Нет у них сил вписаться в наши правила — пусть вымирают! Десять, двадцать, тридцать миллионов — да какая разница? Никто и не заметит их отсутствия, а общество станет более сильным и активным!
— Диана!
— Я предлагаю тебе истинное добро — голос Дианы стал неузнаваем. — Я предлагаю тебе начать новую жизнь. Настоящую. Жизнь во имя себя и собственного счастья! Во имя счастья своих детей, а не потомков этих никчёмных тварей!
В этот миг, дальний угол мрачной комнаты озарился блёклым синеватым и холодным светом. Мария вдруг увидела стоявшую к ней спиной сгорбленную старуху в лохмотьях. От неожиданности девушка вскочила из-за стола, уронив при этом табуретку и стала пятиться назад, к двери.
— Что случилось? — не понимая спросила Юля, которую разбудил шум.
— Ой, мама! — вскрикнула Полина и указала рукой на старуху.
— Машута, — прошипела та и в ту же секунду резко обернулась, представив всем троим свой ужасный лик. — Не противься, прошу! И не бойся внешней оболочки — это всё происки лицемерного добра…
Мария в ужасе закричала и бросилась к двери. Она вспомнила где видела эту старуху. Кошмарные сны воплощались в реальность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
