в голову взбредут, а вдруг решат, воспользовавшись, случаем, устранить угрозу своему положению и процветанию. Нет, чтобы так рисковать, одного мешка золота явно не достаточно!
Мальчишка, забившись в самый дальний угол кровати, тихо посапывая, спал. Бедолага, даже куртку не снял, небось, наслушался во дворце всяких историй и теперь опасался за свою честь. Ну да, Хитрец знал, что не все эти истории были вымыслом, встречались ему любители молоденьких мальчиков, особенно таких по-женски хорошеньких, как этот. Личико чистое, носик аккуратненький, ресницы густые — в платье обряди и в жизни не догадаешься, что перед тобою парень.
Хитрец встал и потянулся, плечо ещё противно ныло, но зато к руке возвращалась былая подвижность. Рана была косая, не такая серьёзная, как показалось вначале, ещё день-два — и она окончательно затянётся, оставив после себя очередной шрам.
С раны, мысли Шио плавно вернулись к парнишке. Зачем он помогал? Со страху? Растерялся? Или решил погеройствовать? Тоже мне герой! Нет, бросать его не годится, пропадёт дворцовый хлыщ. Да и слово Шио вчера дал, а слово своё Хитрец всегда держал, даже он не смел настолько опозорить родовое имя.
Зато никто не помешает ему слегка проучить мальчишку. Наклонившись над спящим, Шио со всей мочи рявкнул тому в ухо:
— Подъём!
Рик вскочил, взвизгнул, точь-в-точь как девчонка. Замахал руками, отбиваясь от неизвестного противника, а, сообразив, что противника нет, выругался совершенно неподходящими для юного пажа словами. Хитрец давно так не смеялся. А отсмеявшись, серьёзно сказал:
— Пора собираться, если ты ещё не передумал.
Город, невзирая на раннее утро, жил своей обычной жизнью. Сонные торговцы лениво зазывали редких покупателей к лоткам, нищие, поправляя лохмотья, спешили занять свои места у храма либо в порту, стража зорко следила…
Стража! Слишком много стражи вокруг. Вот трое стражников, как бы не спеша, прошли мимо, а из-за угла показалось ещё четверо. В полном обмундировании, несмотря на раннее утро, и мечи не в ножнах, а в руках. Взгляд внимательный. Пожалуй, чересчур внимательный, того и гляди, потребуют представиться, кто такой и откуда. Проклятье! Ещё вчера в городе стражи было не больше, чем обычно, а сегодня… Что же случилось за ночь? Неужели донесли? Охотники были мертвы, но если рядом пасся наблюдатель, то…
Стражники стремительно приближались.
Приблизились.
Прошли мимо.
Шио облегчённо вздохнул, но — о Великий! Из того же переулка вынырнули ещё двое. Ронгар их задери, придётся возвращаться в таверну. Или ещё куда-нибудь. Схватив мальчишку-пажа за шиворот — времени было не так много, чтобы тратить его на объяснения. Да и Рико вряд ли бы стал слушать — слишком носился с утренней обидой, точно нищий с золотым снорром. Шио нырнул в ближайшую подворотню, вытащив следом за собой несносного мальчишку. Паж возмущённо пискнул.
— Молчать, — приказал Хитрец. Рико — умный мальчик — замолчал.
К «Пьяному боцману» возвращались кружным путём, Шио пытался определить — следят за ними или нет. По всему выходило, что не следят, но тогда откуда столько стражи? У кого бы спросить. Выбор Шио пал на молоденькую и болтливую — во всяком случае, на вид — продавщицу жареных ракушек.
— Не подскажете ли, милая принцесса, неужели на Трэпс пала милость Великого и сам Солнцеликий Неирангиос посетил сей славный город?
— С чего вы решили, благородный таир? — кокетливо спросила торговка.
— На улицах столько доблестных воинов королевской стражи, что поневоле задумываешься, к чему бы это?! Но я надеюсь, что в Трэпсе не произошло чего-то ужасного, ведь мой младший брат, — Шио приобнял пажа(так что тот придушено засипел), надеясь на Великого и невнимательность девицы, которая не станет слишком пристально всматриваться в лица покупателей, — впервые посетил Трэпс, и мне хотелось бы, чтобы он проникся той же любовью к нему, что и я. Так, значит, дело не в визите солнцеликого Неирангиоса?
— К сожалению, нет.
— Но ведь что-то же произошло? — Шио, когда дело касалось сохранности его продублённой морскими ветрами шкуры, был весьма настойчив.
Рик недовольно запыхтел и попытался выскользнуть из «братских» объятий. Нашёл время капризничать, мальчишка! Хитрец тихонько встряхнул пырхающегося пажа, но хватку немного ослабил.
— Ой, да вы в жизни не поверите… Мне сестра сказала, а ей мать её мужа, у которой старший сын работает младшим конюхом на королевской конюшне… — девушка откровенно скучала и с радостью уцепилась за возможность поболтать с интересным покупателем. — Говорят, будто служители Ронгара украли что-то из королевского дворца! И пытаются вывезти это в Альтрекс! Вот таир Неирангиос властью своей и запретил всем кораблям покидать порт. А ещё говорят, будто у принцессы с горя помутился рассудок, и она сбежала из королевского дворца! А ещё говорят…
— Что катуны несутся, — зло рявкнул Рик. Девица глупо захлопала ресницами, раздумывая, то ли ей обругать хамоватого мальчишку, то ли стражу кликнуть. Шио не стал дожидаться, пока она примет решение, и бодро зашагал прочь. Проклятый паж семенил сзади. Мальчишка. Идиот! Эта продавщица — целый кладезь информации, а он… Выдрать! Вожжами. Чтобы знал, когда следует помолчать.
Рия
День с самого утра обещал быть недобрым. Сначала, над ухом мирно спящей девушки, прозвучал казарменный рык. Принцесса вначале дико испугалась, а потом ужасно рассердилась, на довольного собой мужлана. Но злость, усилием воли, пришлось подавить. Злись не злись, толка всё равно не будет. Нужно было как-то сосуществовать с нанятым, не от большого ума, вчера охранником.
Потом не до конца проснувшуюся Рию, причём на голодный желудок, зачем-то потащили в город. И всё только для того, чтобы спустя пять минут схватить за шиворот, как нашкодившего щенка, и втолкнуть в какую-то неимоверно грязную, вонючую подворотню. А на все возражения приказали молчать.
А ещё этот хам, назвал принцессой уличную торговку, а саму Рию небрежно обхватил за плечи и сдавил так, что у неё дыхание перехватило. Она из-за всех сил, пыталась вывернуться из удушающих объятий, но Хитрец держал крепко, да и ещё издевательски братом назвал… да если бы у неё был такой брат, она б на первой колонне удавилась бы.
Потом, эта жалкая торговка, начала нести какую-то чушь о конюшнях, конюхах и беспорядках во дворце. Это Рия ещё стерпела,
