Способ выхода из ситуации
(Выслушай женщину…)
Не буду настаивать на том, что это моё изобретение. Сознаюсь, идею подарила мне умная женщина. Тоже врач. Моя жена.
Я не раз роптал, жаловался, возмущался, удивлялся, ругался… Другими словами, никак не мог смириться с (будем, в конце концов, называть вещи своими именами!) существованием в наше время пещерных людей с присущим им эгоизмом. Людей, которые без угрызений совести (а впрочем, вряд ли дикарям известно это понятие) отберут кусок у соплеменника, потому что хотят есть. Дикарь в своих поступках руководствуется исключительно СВОИМИ ощущениями. К тому же, ощущениями СИЮМИНУТНЫМИ. Он сейчас, сию минуту хочет есть, и этого более, чем достаточно, чтобы отобрать пищу у соседа. А может, и съесть самого соседа. Дикарь, который начинает понимать чувство голода другого человека, перестаёт быть дикарём. СОПЕРЕЖИВАНИЕ — вот, что отличает человека от других биологических видов и на шаг приближает его к Богу… А впрочем, это высокие и абстрактные материи. С чем же конкретно я не мог, не могу и, наверное, не смогу смириться?
…Захожу в отделение. Может, я сейчас зайду в свой кабинет, сяду в кресло перед телевизором, налью себе аперитив, закурю и буду ждать кого–нибудь для компании? Вовсе нет. Телевизора в моём кабинете нет и никогда не будет. Мне просто никогда его смотреть. И кресла нет. Да и нужно ли оно для моей работы?
Приходя в отделение, врач должен немедленно (НЕМЕДЛЕННО!) «включаться», чтобы успеть сделать очень многое: принять смену и отпустить дежурный персонал, перевязать прооперированных накануне («ДОКТОР УЖЕ СКОРО ЧАС, КАК НА РАБОТЕ, А К НАМ НЕ ЗАХОДИТ!»), осмотреть и распределить по палатам поступивших больных («ДОКТОР УЖЕ СКОРО ЧАС, КАК НА РАБОТЕ, А МЫ ЕЩЁ БЕЗ МЕСТА!»), а для этого надо осмотреть и выписать тех, кто сегодня заканчивает лечение («А Я ХОТЕЛА БЫ ПОБЫТЬ В ПАЛАТЕ ДО ВЕЧЕРА. ЗА МНОЙ ЗАЙДУТ ТОЛЬКО ВЕЧЕРОМ…»), написать им выписки («ЗА МНОЙ ПРИДУТ, ОНИ НЕ МОГУТ ЖДАТЬ, ПУСТЬ ГОТОВАЯ ВЫПИСКА БУДЕТ УЖЕ У МЕНЯ…»), сделать текущие записи в историях болезни («ДОКТОР ЗАНЯТ?» — «НЕТ, ПИШЕТ СЕБЕ[19] ЧТО-ТО…»), осмотреть, наконец, всех больных, находящихся в палатах («И КУДА ЭТОТ ВРАЧ ПОСТОЯННО СПЕШИТ? Я ХОТЕЛА БЫ ЕМУ ПОДРОБНО РАССКАЗАТЬ О ВСЕХ СВОИХ БОЛЕЗНЯХ…»). Нет, это ещё не «наконец». Ещё надо осмотреть присланных на консультацию из других отделений («Я ВСЁ РАВНО ЛЕЖУ В ТЕРАПИИ. ДАЙ, ДУМАЮ, ПОКАЖУСЬ ЗАОДНО[20] ОКУЛИСТУ. А ТО ГОД СОБИРАЮСЬ И НИКАК НЕ СОБЕРУСЬ СХОДИТЬ В ПОЛИКЛИНИКУ…»). И это ещё не «наконец»! А впрочем, всё перечислять будет долго и не для всех интересно. Если бы хотя бы уже перечисленное были в состоянии понять те дикари, которые «ловят» и «перехватывают» врача возле входа в отделение с примерно такими словами:
— Доктор! Вы меня посмотрите? Потому что я был (была) в поликлинике, а там очередь, люди…
… … …! (Это я, конечно, мысленно!) А у меня в палатах — не люди?!
Тут же следующий дикарь (не замечая предыдущего, не обращая внимания на то, что тот не закончил говорить) заявляет:
— Я живу ближе к больнице, так зашел прямо сюда, чтобы не ходить по жаре в поликлинику…
… … …! (Снова лишь мысленно!) Я живу ближе к магазину, однако на работу почему–то хожу в больницу!
Третий пещерный человек, в упор не замечая уже двоих своих предыдущих соплеменников (да и меня тоже!), провозглашает:
— Мне нужен врач! Мне позавчера (!!!)[21] в глаз что–то влетело…
Следующего дикаря приводит его родственница (кума, соседка) в белом халате. Белый халат, в её понимании, может означать: «Раздайся, море…»
Ещё одного дикаря приводит ещё одна особа в белом халате и искренне удивляется, увидав коллегу:
— А ты чего здесь? Тоже кого–то привела?
Был бы кто–то из них единственным, я согласился бы: нет правил без исключений. Но ведь не может исключений быть больше, чем правил!
А впрочем, вернусь к началу. А начал я с изобретения. Вернее, с идеи моей жены. Можно назвать эту идею научной организацией труда.
— НАДО ДАТЬ ПОНЯТЬ ВСЕМ ЭТИМ «ИСКЛЮЧЕНИЯМ», — сказала жена, — ЧТО ОНИ НЕ ИСКЛЮЧЕНИЯ.
— Каким образом? Я пробовал объяснить им…
— Ты и не должен им объяснять, тратить свои нервы. Ты очень вежливо пригласи их подождать десять минут в твоём кабинете. И первого, и второго, и третьего… Всех. А сам пойди перевяжи вчерашних прооперированных. А «исключения» сами между собой перегрызутся и передерутся за десять минут… Ведь каждый из них считает себя наилучшим из присутствующих. И ты ещё посмеёшься над этой ситуацией. Может быть, кто–то и поймёт, что для поликлинического приёма существует поликлиника…
…В минуты отчаяния я придерживаюсь совета жены. Иногда помогает…
* * *
Ситуация
(Ретро)
Я довольно часто приводил примеры ситуаций, в которых проявлялся ЧЕЙ-ТО чрезмерный индивидуализм. Приведу ещё один пример. Тоже чрезмерного индивидуализма. МОЕГО. Часто вспоминаю эту ситуацию и понимаю, что был неправ. И соглашаюсь с бесспорной правотой того, кого тогда считал неправым.
Кафедрой физической культуры и спортивной медицины заведовал Александр Константинович Дюжев. Старый. Седовласый. Остаток жизни положил на алтарь своей кафедры, которая именно под его руководством развилась и приобрела авторитет. Относился к кафедре ревностно, как священник относится к своему храму. Идеальный порядок. Идеальная чистота. Высокие требования. При входе — раздевалка, как в столичном театре. В верхней одежде зайти — осквернить храм!
Теперь–то и я понимаю чувства настоятеля храма. А тогда…
…Жизнь студента — беготня и недосыпание. В особенности перед сессией. Все бегают, собирают отметки о зачетах. Не зачетные книжки, а блокноты для автографов! Бегаю и я. Расписаться в зачётке — полминуты. Поэтому решаю ПРОСКОЧИТЬ в кожухе, не тратя времени на раздевалку. В голове — только мои зачёты…
ТЕПЕРЬ-ТО я понимаю печаль и упрёк в глазах Дюжева. ТЕПЕРЬ-ТО я понимаю, почему он не подписал зачёт. ТЕПЕРЬ-ТО я понимаю, что не он меня обидел, а я его… ТЕПЕРЬ, когда и сам отвечаю за храм…
* * *
Ситуация
(Свитер)
Надо бы мне быть более внимательным к людям. Не только тогда, когда речь идёт о лечении. Недостаток времени — не оправдание!
Сегодня приходила бабушка. Оперировалась у меня некоторое время назад. Всё неплохо. Осмотрел её. Выписал очки для дали, для чтения. Должен бежать к другим. Ведь их сегодня больше, чем достаточно. Бабушка вынимает свёрток. Она связала моей дочери свитер. Благодарю бабушку. От подарка не отказываюсь. Не усматриваю в нём взятку. Бабуля в моей помощи уже не нуждается, от меня не зависит, видит неплохо. Какая же это взятка?! Слушаю бабулю, переминаясь с ноги на ногу: ждут ведь люди! Не понимает бабуля, что не она последняя оперировалась! Провожаю её до выхода…
…Дома разворачиваю свёрток. Дочери нравится. И почему я не развернул его там, при бабушке?! Почему не похвалил узор, цвет? Беготня беготнёй, однако надо быть более внимательным к людям!
* * *
Ситуация
(Взгляд на себя со стороны)
«Может, он и хороший врач — не знаю. Но чего он прётся в педагоги?! Его дело — лечить! Ну игрался мой ребёнок на улице… Ну была у ребёнка рогатка… Это же мальчик! Какой мальчик не мастерил в детстве рогаток? Что? Не в рогатке дело? А в чём же? Что он бутылки на улице бил? А разве ребёнок виноват, что их пьянчуги по улицам разбрасывают? Говорите, он на столбах лампочки разбивал? Тю! Тоже мне, материальный ущерб нашли! Сейчас миллионы воруют и за границу вывозят, а тут мне о каких–то лампочках плетут! Да и какое врач имеет право воспитывать моего ребёнка?! Он что, имеет педагогическое образование? Ему не один чёрт, как ребенку стекло в глаз попало? Он — врач. Так вот, пусть себе молча делает то, что должен делать, — лечит! МОЛЧА!»
* * *
Ситуация
(Хемотаксис)
Не помню, в какой именно газете читал… Помню только, что на последней странице… Так вот, западные психологи создали интересную компьютерную программу. Программа представляет собой тестовый набор вопросов для выяснения IQ и некоторых индивидуальных характерологических особенностей человека. Так некоторым личностям (там такие тоже есть) компьютер выдает оригинальный вывод: «Вы — жлоб». Это значит, что логика мышления этих немногих личностей настолько отличается от обычной человеческой логики, что и логикой её назвать трудно. Эта логика находится на уровне хемотаксиса амёбы: передвигаться туда, где слаще, и не думать о высоких материях… Интересно, а что этот супостатский компьютер показал бы в нашем обществе?
Однако я о другом.
Стационар. Так уж сложилось, что рабочий день начинается не с обхода стационарных больных, а с тех, которые стоят в вестибюле. Тому что–то в глаз попало, не может глаз открыть, не отправлять же его в поликлинику за несколько кварталов! Тот опирается на палочку, просит осмотреть его здесь, сюда ему ближе. Если бы поликлиника была ближе к стационару, было бы проще. Возможно… А тех верзил привели мои коллеги. Не отказывать же коллегам!
