малинового цвета, так что он опустил взгляд на землю. Куда бы он ни бросил взгляд, везде был гравий, было сложно увидеть что-то еще, поэтому он взглянул на меня и наши взгляды встретились. Когда он это сделал, он смотрел на меня через ресницы и улыбался.
Мой желудок сделал сальто, и я не сдержала глупой школьной ухмылки. Теперь была моя очередь краснеть, к счастью, он не заметил. Парень отвернулся.
— Так… ты чувствуешь холод?
— Я чувствовал твою энергию, не так ли? — он потер подбородок и поморщился. — У меня будет синяк.
— Да, но ты Жнец Смерти, — сказала я. — Разве ты не всесильный или сверхъестественный или еще что?
— Ха, я сильный, но не ВСЕ сильный. И я не главный Жнец Смерти. Это Абаддон. Я просто Жнец Смерти. Есть большая разница.
— Что? Их больше, чем один?
— О да, точно не знаю, сколько, но должно быть больше. Мы работаем каждый на своей территории. — Он снял сухой лист с рукава. — Я работаю в Кэрролл Фоллс, плюс несколько миль за городом.
— Даже если ты рядовой Жнец, а не главный, ты был невидим для них. И ты прошел через чертову дверь. — Я почти добавила его способность предсказывать близкую смерть, но это была не та область, о которой нужно было сейчас говорить. — Для меня это считается сверхъестественной и всесильной способностью.
— Что ж, поверь, это не так, — его глаза потемнели на долю секунды, затем губы растянулись в широкой улыбке. — У меня есть эти силы, поэтому могу делать свою работу. Я невидимый, поэтому могу сопровождать душу к воротам не боясь быть увиденным. Я могу проходить сквозь стены потому, что некоторые люди, много людей, умирают там, где тяжело их достать.
Мысль промелькнула в моей голове, я, мертвая и холодная и раздавленная между грузовиком и Хондой. Я представила, как было бы тяжело вытащить меня оттуда. Я вздрогнула.
— О, и я еще могу бегать очень быстро, — добавил он хихикнув.
— Так ты не всесильный, но у тебя есть магические способности?
— Вот так будет правильнее, — бесконечная ухмылка Аарона померкла на мгновение, когда он смял лист и бросил его на землю. — Мои силы — это инструменты, которые нужны для моей работы.
— Да, инструменты для твоей работы, — сказала я презрительно. — Тебя можно ударить, и ты чувствуешь холод, получается ты не мертв?
— Не-а. Я ем, сплю и все остальное. Я такой же живой, как и ты.
Что-то промелькнуло через темную траву на углу леса. Я последовала за светом, который шел от маленького животного, пока оно не исчезло в подлеске. Блин. Даже еноты светятся.
— Окей, что с этими светящимися людьми? Все выглядят так, словно они пили радиоактивное вещество или что-то еще. Даже тот енот, — я показала на подлесок, где животное промелькнуло между листьев. — И ты самый яркий из всех. Мне нужны очки, чтобы смотреть на тебя.
Я посмотрела в его глубокие синие глаза. Господи, какой же он милый. А еще был пугающим и странным, но если бы я встретила его в школе — да, именно так, Хэйли и я бы передрались за него. Может быть, это что-то из цикла «высокий, темный и опасный».
— Свет, который ты видишь, это душа, — сказал он терпеливо.
— Ты и души животных собираешь?
— Нет. Я не знаю, что происходит с ними. Я не могу касаться их душ, — он потряс головой презрительно и включил режим учителя. — Для Жнеца, свет человеческой души — это как мера. Интенсивность света говорит нам, сколько осталось времени до запланированной смерти. Чем ярче душа, тем больше времени. Это ведь имеет значение?
Его слова дрейфовали по воздуху между нами. Медленно я кивнула. Это имеет большой смысл.
— Я не такая яркая, как каждый здесь. В общем-то, совсем не яркая, — я говорила больше себе, чем Аарону, но он кивнул в знак согласия. — Мое время истекает, не так ли? Вот почему Макс намного ярче, чем я. Я должна была умереть сегодня. Меня должен был раздавить грузовик.
— Верно, — он выдохнул, словно бы я поняла целый круг проблем, который он не думал, что я пойму.
— Ты должна была умереть прямо там, если бы я тебя не вытащил. Твоя смерть была отложена на завтра, если быть точным, на сутки с того момента, как ты должна была умереть.
— Что? — Я отступила на шаг. — Я должна буду умереть завтра? — Я думала, что, когда он спас мою жизнь, все кончено. Не думала, что мне нужно беспокоиться насчет завтра.
— Да, — он согнул и выдернул длинную травинку, растущую между его кроссовок. — Не знаю, как это произойдет — это зависит от того, где ты будешь и, что будешь делать — но это случится, — он посмотрел на меня и он, должно быть, увидел панику в моих глазах, потому что он улыбнулся и сказал:
— Не волнуйся. Я здесь, чтобы остановить это.
— Почему? — Спрашивать было глупо. Он предлагает спасти мою жизнь. Снова. И я напугана до чертиков, чтобы услышать этот ответ, но мне нужно было знать. — Почему ты не позволил грузовику раздавить меня сегодня, Аарон? Почему ты спас мою жизнь? И почему собираешься спасти ее завтра?
— Ты умная девочка. Я думал, ты уже все поняла.
— Может быть, я хочу послушать, что ты скажешь, — я одарила его беспощадным взглядом.
Аарон пропустил травинку через свои пальцы и проговорил:
— Мне нужна замена. Есть что-то, что мне нужно сделать, но не могу это сделать без замены и я думаю, тебе может быть нужна работа.
— Почему ты так думаешь? — спросила я. Это не было так, словно я — эмо. Мне не нужно было заполнять входной шкафчик разными оттенками черной помады.
— Это неплохая трата времени, — проговорил он.
— Неплохая? Все это? — Я скрестила руки и строго посмотрела на него. — Может, я не хочу твою работу. Что, если скажу, что ты можешь засунуть свое предложение в…
— Если это твое решение, — перебил он. — Тогда завтра, в 3:12 ты умрешь, и я не смогу ничем тебе помочь.
У меня подкосились ноги, и я застыла на месте. Я сжала колени, чтобы не рухнуть на рельсы, как девица из мелодрамы.
— Ты в порядке? — Аарон сжал мое плечо. — Ты выглядишь так, будто тебя сейчас стошнит.
— Да, — пробормотала я. — Нормально. Отпусти меня. — Я сбросила его руку, но чувствовала его взгляд.
Я не хотела этой работы. Это звучало странно и пугающе и лучше подходило для цыпочки с крашеными черными волосами. Я даже не могла смотреть ужастики
