без того, чтобы не закрывать глаза руками половину времени. Мне не хотелось умирать. И Аарон не был тем типом парня, который мог бы возиться с чем-то подобным. Он — Смерть, по правде говоря.
— Что будет, если соглашусь?
Я еще ощущала головокружение, но, наконец, была вне опасности упасть под колеса поезда.
— Тогда мы начнем тренироваться, — глаза Аарона блеснули от волнения. — Чем скорее, тем лучше. Если ты возьмешься за работу, у тебя будет только неделя, чтобы понять, как все устроено. А выучить нужно многое.
— Прекрасно. Я берусь за…
— Тихо, — он приложил палец к губам. — Прежде, чем ты это скажешь, я обязан тебе рассказать, что такое быть Жнецом Смерти. Это одно из правил. Но запомни: я могу спасти твою жизнь дважды. Твоя смерть может быть переписана. И если не примешь решение перед последним запланированным временем, ты умрешь.
— Авария считается за первый?
— Да. И в 3:12 пополудни завтра смогу спасти твою жизнь во второй раз. Это значит, что, если ты не решишь принять предложение о работе, ты умрешь в субботу.
— Ровно в 3:12. Поняла, — колени дрогнули снова, но я удержалась. — Так что у меня есть время до субботы, чтобы решить.
— Точно, — он поглядел на меня, гордо, как учитель, и я почувствовала себя так, словно совершила какой-то скачок.
Всего пару часов назад моя жизнь изменилась. Навсегда. Не важно, что решу, это не будет одним и тем же. Все, чего я хотела. Все надежды, мечты и планы на будущее. Рухнули.
— Еще один вопрос, прежде чем начнешь объяснять, — я сдержала позывы рвоты внутри и попыталась немного согреть руки. Был ветер или нет, я все равно дрожала. — Я уже спрашивала тебя, но ты не ответил. Почему я? Почему не попросить других бледных немочей в этом городе? Не может были такого, чтобы я умирала единственной. Должны быть еще. Почему не попросить Рози?
— Потому что она слишком стара. Абаддон примет только Жнецов, которым есть восемнадцать или моложе, — поморщился он. — И нет других детей, которые должны были умереть так скоро. Так что, это должна быть ты или мне пришлось бы ждать…
— Для чего? Что тебе нужно сделать?
— Ничего, — сказал Аарон. — Это личное. — Он дернул край своей темно-голубой футболки. Такую футболку мог одеть и Кайл, не только Смерть.
Послышался высокий долгий свисток в ночи. Моя правая нога застыла на дороге. Пробежала вибрация, прежде чем я обратила внимание. Поезд, который иногда будил меня ночью. Точно по расписанию.
Я сошла с рельсов и сделала несколько шагов назад. Гравий зашуршал под ногами, и меня занесло на склоне. Руками я постаралась держать равновесие. Аарон поймал мою руку и притянул к себе. Его кожа была теплой, а хватка крепкой. Он повел меня в сторону от железнодорожных рельсов в подлесок, достаточно далеко от дороги, чтобы спастись от движущегося поезда, но еще и слишком близко, чтобы чувствовала себя в безопасности.
Свистки снова пронзили голову. Поезд был близко. Свет и колеса приближались. Струя воздуха от локомотива обдула меня по дороге к лесу, и я рухнула.
Что-то проползло под моей ногой, но я не собиралась смотреть при Аароне.
— Так, о чем ты там спорила с мамой? — Аарон отвернулся от поезда. Он присел рядом со мной на бревно, словно бы ураган был легким ветром.
— Не знаю. О разном, — я не обращала на него внимания. Я никогда не была так близко к подъезжающему поезду раньше, и я сосредоточилась на ветре, рельсах и на огромной стене металла несущейся на меня. Что-то смущало меня, до безумия. Я вытянула шею, чтобы посмотреть на последний вагон.
— Так… о чем? — переспросил он, и я перестала смотреть на поезд и нахмурилась.
— Моя жизнь рухнула прямо сейчас, понятно? — Если он говорил «это личное», я тоже так могу. — Я не хочу говорить об этом.
Служебный вагон, наконец, повернул за угол, и одинокий свисток локомотива донесся вдали.
— Это не так плохо, как ты думаешь.
— Но так и есть, — я скрестила руки на груди. Прикрыла рот. Сжала зубы. — И это не твое дело, правда.
— У тебя есть друзья, брат, мама, которая заботится о тебе. Плюс, ты выиграла первый приз в школьной выставке, — он почесал пятно на его джинсах и затем встретился со мной взглядом. — Я хотел поговорить с тобой прошлой ночью, потому что думал, что ты по-настоящему талантлива, Либби. Я имею в виду, потрясающе талантлива. Я бы хотел увидеть и другие твои работы.
— Спасибо, — проговорила я, но он не мог победить меня так легко.
Поезд уехал, но ветер еще колыхал волосы Аарона. Лунный свет высветил острые черты его лица, и я невольно представила те линии. Он дотронулся пальцами до моих побледневших костяшек.
— Так сильно сжаты, — сказал он, и я рефлекторно их разжала. Холодный металл кольца на большом пальце коснулся моей кожи, когда он обвил пальцы вокруг моей руки и сжал их. Я удивилась, когда сжала его в ответ.
— Извини, — сказал он. — Ты права.
— Да, именно, помни это, — я вытащила свою руку. — Так, ты собираешься мне рассказать о том, как интересно быть Жнецом или что?
Он встал со связки бревен и предложил мне руку. Я поднялась сама, игнорируя ее.
— На самом деле, это прекрасная замечательная коса, — хитрая ухмылочка вернулась на его лицо. — Но есть несколько вещей, о которых нельзя просить всех. И прежде, чем ты согласишься на эту работу, придется рассказать тебе о них.
— Отлично. Напугай меня, — я посмотрела на его подбородок, полные губы и бледно голубые глаза. Он сделал несколько шагов, говоря:
— Ну, первое, ты будешь видеть, как кто-нибудь умирает, по нескольку раз за неделю и иногда больше, чем раз в день, как сегодня ты и Рози. Некоторые смерти мирные и тихие, как у Рози. Некоторые нет. Иногда если ты можешь изменить одну мелочь, то этим самым можешь спасти их жизнь, — Аарон покачал головой. — Но не стоит этого делать.
— Да, потому что ты нашел себе замену в лице меня. Это исключение из правил. Я могу спасти жизнь кому-то, только если он займет потом мое место. Правила Абаддона очень строги, и я не пойду против них, — тень пробежала по его лицу.
— Так плохо, да?
Темный взгляд постепенно рассеялся, и Аарон улыбнулся.
— Не-а, не настолько плохо. Аббадон может быть и хозяин Преисподней, но его почти никогда нет поблизости.
— Окей, то есть, будучи Жнецом, я буду видеть много смертей. Принято, — кивнула я, хотя я еще не
