Они встретились на залитом вечерним майским солнцем проспекте. И было всё, как на настоящем свидании: кино и мороженное, съеденное в скверике на скамье. А потом он предложил ей пойти с ним на железную дорогу. Улица, где располагалась школа, находилась на небольшой возвышенности, а внизу вдалеке от домов пролегали железнодорожные пути. Родители запрещали детям ходить на пути, опасаясь, что во время игр те не заметят приближавшегося поезда. Но разве дети всегда слушают, что им говорят взрослые? Анна знала, что ребята устроили там штаб. И вот её, наконец, пригласили туда! Конечно, она пошла с ним. Вся компания была в сборе. Они уже поджидали их – маленькие злобные волчата. Приблизившись, Анна увидела улыбавшиеся лица и подумала, что теперь всё будет хорошо. Пусть дома ненавидящий её отец, но теперь у неё появились друзья, она не одна. Как ошиблось наивное дитя! Они позвали её, чтобы в очередной раз поиздеваться.
Всё началось с лёгкого подтрунивания, потом слова стали обиднее и хлёстче. Последней каплей, переполнившей её терпение, стал момент, когда они начали забрасывать Анюту одуванчиками, которые росли возле железной дороги повсюду в несметном количестве. Слёзы текли по щекам Анны, она даже не отворачивалась от мучителей. Млечный сок одуванчиков оставлял на белой кофточке и бледной коже Анны следы, которые чернели на глазах. А она только шептала: «Прошу вас, перестаньте!» Её новый друг смеялся заливистее всех и тоже бросал цветы. Не в силах больше выдерживать унижение, девочка развернулась и медленно пошла прочь. Вслед ей понеслось улюлюканье, гиканье, и Анна ощутила вдруг болезненный удар по ноге. Кто из них первым бросил камень, она так и не узнала. Да и какая разница. Через мгновение целый град камней – маленьких и не очень, полетел ей в спину. И тогда она побежала. А они гнали её, как бешеную собаку, и оставили в покое, только завидев на счастье девочки, появившегося путевого обходчика. Ноги Анны были в ссадинах и синяках, затылок болел и пульсировал. Один из самых больших камней попал ей в голову. Девочка добрела до дома, стянула с себя грязную кофточку, разодранные гольфы и всю остальную одежду. Потом охая и кряхтя, как больная старуха, с трудом залезла в ванну под струи душа. Вот тут и накрыла её неприкрытая ненависть. Трясясь, как эпилептик, пересохшими губами повторяла: «Ну, сволочи, будет вам!» Что будет, Анна сама не знала. Повезло, что отец оказался трезвым, и Анна могла не напрягаться ещё и из-за него. Весь вечер она пролежала в полузабытьи на старом продавленном диване. Ночь прошла в тревожных видениях. Только она начинала проваливаться в сон, как ей казалось, что невидимое существо наваливается на неё всем весом и сдавливает грудь. Воздуха не хватало, дыхание перехватывало. Она судорожно пыталась сделать вдох широко открытым ртом и с вытаращенными глазами резко поднималась с подушки.
Утром её ждала ещё одна неожиданность. Проснувшись, она с удивлением и ужасом обнаружила, что её бельё перепачкано кровью. Откуда было Анне знать, какие изменения происходят с организмом взрослеющей девочки. Матери, которая объяснила бы ей, у неё не было, подруг тоже. Поэтому Анна испугалась и решила, что это как-то связанно с произошедшим событием. Может, она тяжело заболела из-за переживаний, ведь взрослые всегда говорят – все болезни от нервов. « Ну, будет вам!»- снова и снова мстительно шёпотом повторяла Анна по дороге в школу, еле-еле переставляя ноги, словно девочку тащили на аркане.
Вы не представляете, какое изумление она испытала, войдя в класс. Там не оказалось ни души. Анна села за парту и стала ждать. Вскоре в класс начали поочередно заглядывать встревоженные лица учителей. Классная руководительница Фаина Семёновна, преподававшая им английский язык, увидев Анну, даже замерла на мгновенье. «Анюта, ты себя нормально чувствуешь? С тобой всё в порядке?» – Вопрошала англичанка. И Анна узнала от неё, что все до единого ученика, кроме неё, заболели странной болезнью. Уроки для их класса отменяются, и она может идти домой. Анна ликовала. Обидчики заслужили наказание.
Закончился учебный год, и начались долгожданные летние каникулы. Девочка не знала, что с одноклассниками, пока к ней не пришла участковая врач из районной детской поликлиники. Она осматривала Анну с особой тщательностью. Долго слушала стетоскопом сердце и лёгкие, заглядывала в горло и нос, мяла, постукивала. В общем, совершенно измучила девочку осмотром. Исподлобья смотревший на всё это действо отец, в конце концов, не выдержал и сурово потребовал объяснений. Тут врач рассказала ему и про неизвестное и загадочное заболевание, и что из всего класса здоровой осталась только его дочь.
«Началось!» – Выдавил из себя отец, глянув на Анну как-то по-иному. Хоть и с прежней ненавистью, но ей показалось, что в его взгляде пренебрежение уступило место опасению. «Что Вы имели в виду?» – Тут же встрепенулась доктор. « Вас это абсолютно не касается, лучше не лезьте не в своё дело! Вам давно пора к другим пациентам!» – Грубо огрызнулся отец, тесня её к входной двери. Он буквально вытолкнул женщину на лестничную клетку и захлопнул дверь у неё перед носом. Врач принялась трезвонить в дверной звонок и стучать, с угрозой вернуться с участковым милиционером. «Ну да, всё отделение приводи!» – Ухмыльнулся отец. И грузно переваливаясь, пошёл к себе в комнату, бросив в сторону Анны только: « Сгинь, ведьма!» Это было что-то новенькое!
3.
То лето для Анны было замечательным. Отец разительно переменился по отношению к ней. Нет, он не полюбил дочь неожиданно вспыхнувшей отцовской любовью. Он по-прежнему не разговаривал с ней и покупал новые вещи только в случае крайней необходимости. Но перестал спьяну бить Анну. Отец запирался в одной из комнат и что-то бросал на пол, топал и стучал в стены. В общем, что под руку попадалось, на том и вымещал злость, но Анюту не трогал.
А девочка полюбила гулять по залитым солнцем или мокрым от дождя московским улицам. Ей была безразлична погода – жара или слякоть, лишь бы не сидеть в насквозь пропитанном ненавистью доме, а вбирать в себя свободу гомонящего шумного города. В одну из таких прогулок она и познакомилась с тем, кто сыграет роковую роль в её жизни.
Анна редко забредала столь далеко от дома, но в тот день что-то влекло её к площади вокзала. Девочка не любила этот район. Там было всегда слишком суетно и бестолково. Прохожие сновали по площади, толкались и галдели. Прибывшие в город и уезжавшие из него люди торопились, нервничали и злились. Площадь напоминала Анне огромный муравейник, куда засунули палку и поковыряли. Она бродила бесцельно круг за кругом. Её задевали огромными чемоданами, покрикивали: «С дороги!» И тут она увидела его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
