Читаем без скачивания Интриганы - Дональд Гамильтон

Некоторое время мы лежали, наблюдая за безлюдной светлой полоской дороги. Наконец Марта Борден пошевелилась и взглянула в мою сторону.

— Не похоже, что они едут. Или, может быть, они уже уехали?

Мне вдруг пришло в голову, что это были ее первые слова с тех пор, как мы вместе пробирались к ограде. Видимо, присутствие другой женщины оказало на нее сдерживающее действие.

— Подождем еще немного, — я задумчиво пожевал травинку.

— Не хочу показаться назойливой, — раздался голос Лорны с другой стороны от меня, — и не хотела бы совать нос в чужие дела, но все же — кто она?

— Прошу прощения. Я пренебрег своими обязанностями. Лорна, познакомься с Ники, и наоборот. Я — Эрик, если кто не знает.

— Если бы даже мне и не приказали ожидать тебя, не так уж много агентов ростом в шесть и одну треть фута. Но что она здесь делает, с твоего позволения?

— Ники — курьер. Она владеет информацией из Вашингтона и выдает ее по крупицам, когда ей вздумается.

— Насколько ты ей доверяешь?

— Почти настолько же, сколько тебе, — ответил я Лорне. — Впрочем, не настолько. Немного меньше.

Я почувствовал, что Марта бросила на меня быстрый испуганный взгляд, но заговорила Лорна:

— Почему в ее случае больше сомнений?

— Потому что тебя я знаю. По крайней мере, понаслышке. Ее — нет, и она допускает некоторые странности. Например, сегодня днем двое мужчин гнались за нами в машине. Один был вооружен. Нет сомнения, что он стрелял бы, если бы я дал ему занять удобную позицию. Если бы ему удалось попасть в меня, я бы разбил универсал и наша подружка, по всей вероятности, была бы ранена или убита. Однако мне удалось сбросить будущих убийц с дороги. Они погибли, врезавшись в камни. Что же сделала наша девушка? Обняла и расцеловала за то, что я спас ей жизнь? Нет, достала меня упреками, будто я — бессердечный убийца. Насколько бы ты доверяла девушке с подобными реакциями, а, Лорна?

— Не очень. Особенно если предположить, что она прошла подготовку для нашей профессии. — Лорна попала в самую точку. — Но лучше обсудим это потом. Приготовь бинокль, появился караван.

Сначала мы увидели за холмами неясные огни. Потом в начале долины появились машины, поднимая клубы пыли. Это были два седана в сопровождении джипа.

— Взгляни на головную машину, — голос Лорны был холоден. — Имидж домашней матроны не позволяет сенаторше ездить в новеньком “кадиллаке”, но, кажется, она считает, что “кадиллак” пятилетней давности ей вполне подходит.

Наблюдая за машиной через семикратный бинокль с мощными линзами, я заметил:

— Ты не очень-то ее жалуешь, а, Лорна?

— Я не люблю простаков и жуликов. А она либо то, либо другое. Либо она кладет на американский народ, либо кто-то кладет на нее — например, Герберт Леонард. Это не его ли седые прилизанные волосы на заднем сиденье старого “кадиллака”? Кто рядом с ним?

— Пока не могу сказать.

Первая машина остановилась у ворот. Задняя дверца большого старого седана отворилась, и оттуда вылез Герберт Леонард. Фары задней машины ярко осветили его. За годы, прошедшие с тех пор, как я видел его в последний раз, он немного поправился: коренастый солидный человек с довольно красным лицом и бросающимися в глаза аккуратно причесанными седыми волосами.

Он повернулся и наклонился к человеку, оставшемуся в машине. Тот наклонился вперед, и в свете внутренних ламп я увидел лицо женщины в возрасте около шестидесяти лет — кругленькое, сморщенное, как осеннее яблоко, обрамленное голубизной. У меня осталось впечатление острых ярких глаз за круглыми очками в металлической оправе, но мой бинокль был недостаточно мощным, чтобы различить их цвет. Фигура казалась полной, как у солидной матроны. От ночного холода пустыни она была закутана в темный плащ.

— Эрик, видишь ее? Узнаешь?

— Да, узнаю.

— Тогда давай уматывать отсюда. Мне — нужна ванна и десять часов сна.

— Подождем, пока они уедут.

Герберт склонился над протянутой рукой женщины, потом подошел к другой машине, более новому “кадиллаку”, и сел в него. Машина начала разворачиваться. Он явно возвращался на ранчо, исполнив обязанности хозяина проводить видную гостью до ворот. Старый “кадиллак” тронулся, проехал через ворота и запылил вниз по дороге, пока не скрылся из виду. Охранник, заперев ворота, впрыгнул в ожидавший его джип, и обе машины направились обратно в сторону холмов. Долина опустела...

Часа через три, ближе к рассвету, мы добрались до круглосуточно работающего мотеля в ста двадцати с лишним милях севернее Феникса. Я зарегистрировался как мистер и миссис Хелм с дочерью, взял ключ и подъехал к предназначавшейся для нас секции.

— Давайте, заходите, — сказал я, передавая ключ Лорне. — Я занесу багаж после того, как припаркую лодку.

Для машины вместе с лодкой места не хватало, поэтому я загнал лодку на стоянку, отцепил универсал и поставил его рядом. Потом, достав свой чемодан и рюкзак Марты, закрыл машину. Дверь комнаты была приоткрыта. Я настежь распахнул ее, вошел и застыл, глядя на пантомиму, которую разыгрывали две женщины: молодая отступила к одной из больших кроватей, а старшая держала у бедра короткоствольный револьвер.

— Успокойся, Лорна! — воскликнул я.

— Мне надо было убедиться, что она не вооружена. Во всяком случае, я не работаю с теми, кому не доверяю.

— Ты, должно быть, чертовски одинока, — я начал заводиться. — Но ведь тебя никто не просит с ней работать, это мое дело. А сейчас убери этот чертов пистолет, пока он не выстрелил и не принес нам кучу неприятностей.

— Мое оружие не стреляет, пока я не захочу. И никто, ни один мужчина не будет указывать мне...

— Заткнись и выпей что-нибудь. Оставь ребенка в покое. Если вместо того, чтобы размахивать пистолетом, ты пошире откроешь глаза, то получишь ответы на все вопросы. — Я достал из чемодана бутылку и ободряюще подмигнул Марте, которая опустилась на кровать и сидела очень тихо, не сводя глаз с пистолета. Поставив бутылку на туалетный столик и снимая со стаканов бумажные обертки, я добавил: — Ради бога, Лорна, посмотри на девушку, прежде чем открывать пальбу. Она никакой не профессиональный агент — ни наш, ни чей-либо еще. Я тебе дал это косвенно понять, для того чтобы ты на нее не рассчитывала, если бы началась заварушка.

— Тогда кто она и что здесь делает?

— Она играет кличками и паролями, но не может сдержать свое высокопринципиальное негодование, когда реальность не совпадает с красивой мечтой, которую она вбила себе в голову: о мире, где никто не умирает. Однако при всей ее наивности эта старая седая лиса в Вашингтоне достаточно доверяет ей, чтобы послать ко мне с жизненно важной информацией. Почему? Можешь ты это постичь, Лорна? Где ты видела раньше эти кустистые темные брови? Конечно, они лучше выделяются на фоне седых волос. — Я глубоко вздохнул. — В случае, если тебе нужен еще один намек: она говорит, что ее настоящее имя Марта Борден. Это тебе что-нибудь говорит, или ты не такая любопытная Варвара, как я?

Лорна пристально посмотрела на меня, потом метнула острый взгляд в сторону девушки. Потом курносый пистолет исчез в кармане хаки.

— Борден? Ты хочешь сказать, что он послал свою дочь?

Глава 10

В этот утренний час снаружи не доносились звуки интенсивного движения и в комнате царила тишина. Это была первая возможность при хорошем освещении изучить агента, которого я спас. Я был немного разочарован. Марта описывала ее как красивую женщину, но, хотя она и производила впечатление ястребиной отчетливостью черт, мне она не показалась очень привлекательной: худая и жесткая, с довольно тонким и костистым лицом, ставшим красно-коричневым от солнца. Ее грязные брюки цвета хаки были порваны на одном колене, а рубашка в пятнах и без пуговицы — не верхней, с которой соблазнительные кинодивы всегда умудряются в напряженные моменты что-то сотворить, а одна из средних.

Я напомнил себе, что после того, как Лорна два дня и две ночи скрывалась в пустыне Аризона, трудно ожидать, что она будет образцом элегантности, и, по совести, мне следовало бы отложить вынесение приговора. Однако первое впечатление не было благоприятным. Конечно, не исключено, что мое предубеждение против нее возникло из-за ее властных манер.

— Мистер Хелм? Мэтт? — позвала Марта, сидящая на кровати. Лорна и я резко повернулись к ней. Она вспыхнула, смущенная нашим внезапным вниманием. — Я... я не понимаю...

— Чего ты не понимаешь?

— Папуля сказал, что вы не знаете... что никто не знает...

Было странно слышать, что о Маке говорят в такой бесцеремонно интимной манере. Я ответил:

— Твой папочка не так глуп. Видимо, он сказал тебе, что никто не должен знать его настоящее имя. Но Мак — руководитель конторы любителей чужих секретов — вряд ли будет тешить себя иллюзией, что сможет помешать нам в свободное время сунуть нос в его дела. Собственно говоря, я узнал его имя почти случайно. Однажды, несколько лет назад, я увидел, что машина, которую у меня были основания считать его личным транспортным средством, припаркована в деловой части Вашингтона. Мак воспользовался ею несколькими месяцами раньше, чтобы оказать мне помощь. Это был быстроходный седан “ягуар” с радиотелефоном, несколько дороговатый и чересчур бросающийся в глаза для простого агента. В общем, я не мог отказать себе в удовольствии подождать поблизости и выяснить, правильно ли мое предположение. Через некоторое время Мак вышел и сел в “ягуар”. Я ехал следом до дома в Чейви Чейз. Остальное было делом техники: Артур М. Борден, респектабельный государственный служащий, точный характер деятельности не указан, женат, один ребенок женского пола.