Платье принадлежало Джанет, и Эвелин стащила его из прачечной, пока никто не видел. К счастью, месяц назад, еще до того, как ей пришла в голову мысль позаимствовать наряд своей служанки, она купила ей несколько новых платьев. У Эвелин не было подходящей для «Петуха и быка» одежды, а ведь она пообещала Джеку нарядиться соответствующим образом.
По правде говоря, Эвелин понятия не имела, как ей надлежит одеваться для похода в подобное заведение. В детстве она почти все время проводила в кабинете отца в «Линкольнз инн» или с домашним учителем. А позднее, когда отец унаследовал титул, начала выходить в свет.
Эвелин никогда не приходилось оказываться в простых кварталах Лондона, не говоря уж о шумном рынке Биллингсгейт.
— Ничего не случится, — произнесла она вслух. — Ты нужна Рэндольфу.
Швырнув платье на кровать, она потянулась к застежке. Сняла тонкий муслин и поежилась от прохладного вечернего воздуха. Натянув черные чулки, принялась за платье. Как хорошо, что пуговицы на нем были спереди, а не сзади, именно поэтому Эвелин и выбрала его.
Она подошла к большому зеркалу в углу и нахмурилась. Платье было на два дюйма короче и слишком обтягивало грудь. Эвелин знала, что Джанет ниже ее ростом, но и представить не могла, что платье окажется слишком узким.
Она снова взглянула на часы. Придется идти как есть: Джек ее уже ждет. Поверх она накинет грубый шерстяной плащ, а слишком короткий подол лишь укажет на ее стесненные финансовые обстоятельства. В прочных черных туфлях Джанет никто не примет ее за богатую даму.
Схватив черную шляпку, Эвелин подошла к дверям и тихо спустилась по лестнице.
Глава 9
Джек стоял у наемного экипажа за углом дома, когда, наконец, появилась Эвелин. Он оглядел ее с ног до головы, и при виде ее странного наряда на его лице появилась ухмылка.
— Отчего так долго?
— Пришлось подождать, пока отец не уйдет работать в библиотеку.
— Вас видели?
— Нет.
Джек распахнул дверцу и подал Эвелин руку.
— Я позволил себе заказать экипаж. В районе, куда мы направляемся, мой фаэтон или карета привлекут ненужное внимание.
Эвелин уселась на скамье напротив Джека. В тесноте экипажа ее юбки коснулись его колен. Джек наблюдал, как она ерзает на сиденье, потуже затягивая ленты шляпки под подбородком и явно нервничая.
В глубине души он ощутил злорадство, но в то же время ему хотелось протянуть руку и коснуться Эвелин, уверить ее, что сегодня вечером он будет находиться рядом с ней. Джек заставил себя встряхнуться. Когда дело касалось Эвелин, его слишком часто обуревали противоречивые чувства.
— Не нравится мне все это, — заговорил он. — Ваш отец не одобрил бы нашего поступка. Он знает, что сыщики разыскивают мистера Шелдона?
Эвелин опустила глаза и разгладила невидимые складки на темном плаще.
— Полагаю, молчание означает отрицательный ответ.
Она подняла голову.
— Отец понятия не имеет, существуют ли доказательства вины Рэндольфа, не знает, что свидетели видели, как он вылезал из окна спальни Бесс Уитфилд. Он уверен, что сыщики просто хотят его допросить. Однако ему знакома жесткость полиции, и он хочет, чтобы в случае ареста вы защищали Рэндольфа.
— Так позвольте мне это сделать, Эви. Я могу пойти в Биллингсгейт один. Вы не будете скомпрометированы, а я предстану в роли защитника мистера Шелдона.
— Мы уже спорили об этом, Джек. Я пойду с вами.
Он примирительно поднял руки и вздохнул.
— Хорошо. Тогда едем. — Джек опустил окно и назвал кучеру адрес.
Кожаная упряжь заскрипела, и экипаж рывком двинулся вперед, а затем, покачиваясь, покатил по булыжным мостовым.
Джек снова обратился к Эвелин. Шторка на окне была приподнята, и вечернее солнце освещало девушку. Она сидела, закутавшись в темный плащ. Скорее всего надела туфли служанки, а небольшие поля простенькой шляпки удачно закрывали лицо. Не самый плохой наряд. Интересно, что у нее под плащом? Ей бы следовало не снимать его весь вечер.
Джек заметил, что Эвелин тоже пристально смотрит на него.
— Как моя одежда? — спросил он.
Она поморщилась:
— Я как раз раздумывала, где ваш слуга достал эту ужасную куртку.
Джек усмехнулся. На нем была вельветовая куртка с небрежно зашитой прорехой у запястья и грубая рубашка, вся в жирных пятнах, словно он постоянно вытирал ею тарелку. Наряд дополняли изношенные черные штаны из плотной шерсти и обшарпанные башмаки. Джек не брился утром, и теперь на его лице красовалась темная щетина.
— Мой слуга Мартин знаком с продавцами поношенной одежды. Конечно, ему пришлось применить свой талант. — Джек указал на ужасную заплату и жирные пятна. — Однако мне без него не обойтись, когда надо расследовать предполагаемые преступления моих клиентов и приходится отправляться на встречу с ними.
Уголок ее рта чуть приподнялся.
— Могу себе представить.
— Не обманывайте себя, Эви. Одежда, конечно, поможет нам, но вы должны понимать, что красивая женщина притягивает взгляды.
Эвелин удивленно взглянула на Джека, и ему пришло в голову, что она даже не подозревает, насколько она прекрасна. Неужели ни один мужчина не говорил ей этого?
Какая жалость, подумал он. Отец оказал ей плохую услугу, позволив проводить много времени в своем рабочем кабинете.
Плавно покачивающийся экипаж остановился. Ветер принес резкий запах рыбы, и Джек понял, что они близки к цели своего путешествия.
Повинуясь импульсу, он протянул руку и отвел с лица Эвелин светлую прядь. Стоило ему коснуться ее, как он уже не мог остановиться. Пальцы застыли на мочке ее уха, и Джека поразило шелковистое прикосновение ее волос. Ему хотелось снять с Эвелин шляпку и запустить руку в ее восхитительные волосы.
Он взглянул на ее лицо. Она сидела очень прямо, явно удивленная его поступком.
Рассердившись на свою несдержанность, Джек отдернул руку.
— Держитесь рядом со мной, Эви, — коротко произнес он. — Не снимайте шляпку. Не стоит привлекать внимание своими волосами. Если к нам подойдет какой-нибудь мужчина, говорите, что вы моя женщина. Поняли? — Голос Джека звучал необыкновенно резко, но ему было важно, чтобы Эвелин прислушалась к его словам.
— Но ведь в этом не будет необходимости?
Джек подался вперед и взглянул на нее тяжелым взглядом:
— Пока мы не найдем Рэндольфа Шелдона, это необходимо для вашей же безопасности.
Эвелин собралась было возразить, но Джек ее перебил:
— Вы мне доверяете?
У нее был удивленный вид, и она прикусила нижнюю губу, прежде чем взглянуть ему в глаза.
