Рэндольф сжал лежащие на столе руки.
— Я тут же отправился к ней. Бесс снимала второй этаж четырехэтажного дома. Я постучал в дверь, но мне никто не открыл. Я заметил, что дверь приоткрыта, и вошел. В прихожей я позвал ее, но ответа не получил. Экономку нигде не было видно, и позже я узнал, что она ушла к себе на всю ночь. Вдруг я услышал наверху громкий стук. Испугавшись, что это упала Бесс, я бросился туда. Нашел Бесс в ее спальне. Она… лежала на полу. Ее несколько раз ударили ножом, и повсюду была кровь. На ковре, на стенах, на мебели. Я опустился на колени, приподнял Бесс, надеясь, что она еще жива, но ее кровь промочила мне всю рубашку. Она умерла.
Рэндольф сглотнул и провел рукой по волосам.
— Потом я услышал мужской голос. Поняв, что это констебль, я запаниковал. Окно было открыто, я вылез наружу и спустился по решетке. Должно быть, соседка услышала крики Бесс и позвала констебля. Возможно, когда я вошел, убийца был еще в доме. Наверное, это он шумел, а потом сбежал через окно в спальне.
— Я никогда прежде не соглашался работать с клиентом, который скрывается от правосудия, — заметил Джек. — Если сыщики придут ко мне, я, как адвокат, буду лжесвидетельствовать. Вы сами должны явиться на допрос.
— Нет! — хором вскричали Рэндольф и Саймон.
— Вы сказали, что Бесс Уитфилд пользовалась широкой известностью и полицию вынуждают поскорее арестовать подозреваемого, — заметил Рэндольф.
— Да, но если вы будете скрываться, это вам не поможет. Наоборот, все будут уверены в вашей виновности. Если вы вернетесь, я буду присутствовать на вашем допросе и официально попрошу держать меня в курсе расследования.
— Есть и другой выход, — сказал Саймон, вытаскивая из кармана сюртука какую-то бумагу. Он перегнулся через стол и понизил голос: — Мы составили список подозреваемых. Это люди, у которых были мотив и возможность убить Бесс Уитфилд. Пока Рэндольф скрывается, мы могли бы сами заняться ими.
— Да, — добавила Эвелин, — мистер Хардинг и я вам поможем. — На ее лице появилось восторженное выражение, как у щенка, получившего свою первую мясную кость.
— Эвелин, — предостерегающе произнес Джек.
Она повернулась к Рэндольфу:
— Ты сказал, мисс Уитфилд хотела передать тебе что-то важное. Что именно?
Рэндольф пожал плечами:
— Не знаю, но подозреваю, что убийца искал именно это, когда я помешал ему.
— Почему вы так считаете? — спросил Джек.
— Спальня Бесс была перевернута вверх дном. Постель всю разворошили, матрац вспороли. Мебель была опрокинута, занавески сорваны, вазы разбиты. На двух стульях порезана обивка, и конский волос высыпался на пол.
У Джека перехватило дыхание. По роду службы он не раз изучал описания места преступления, но то, что он услышал, очень походило на случай в библиотеке Эммануэля Дарлингтона несколько дней назад.
Джек испытал чувство тревоги и понял, что это преступление каким-то образом все-таки связано с Рэндольфом. Неопытный констебль не согласился с ним и назвал случившееся обычным взломом. Но Джек привык доверять своей интуиции, в прошлом она его никогда не подводила. Теперь же он полагался не только на интуицию: появились и первые совпадения. Он нутром чуял, что эти два преступления связаны между собой.
Что бы Бесс Уитфилд ни собиралась передать Рэндольфу Шелдону, это каким-то образом касалось Дарлингтонов.
Что бы это могло быть?
Джек был уверен в одном: Эвелин и ее отцу угрожает опасность.
Констебль ему не поможет. Сыщики не увидят никакой связи между преступлениями и не станут слушать доводы Джека. Скорее всего они с радостью арестуют Рэндольфа и не станут искать настоящего преступника. И как только Рэндольф будет арестован, у Джека почти не останется времени на поиски убийцы. Правосудие свершается быстро. Через несколько дней суд присяжных найдет достаточно доказательств для предъявления обвинения, и тут же начнется уголовный процесс в Олд-Бейли. Джек не раз был свидетелем подобного. Обвинители довольствуются самыми поверхностными уликами, им все равно, настоящий преступник перед ними или нет. Лишь бы побыстрее дело закрыть.
Джек перевел взгляд на список в руках Саймона. У него есть возможность навести справки об этих людях. Его коллеги и друзья помогут. Они смогут найти убийцу и найти то, что прятала и из-за чего погибла Бесс.
И только тогда Эвелин с отцом будут в безопасности.
Да, и Эвелин сможет счастливо жить с Рэндольфом Шелдоном.
Эвелин взяла бумагу из рук Саймона.
— Я кое-кого здесь знаю. Могла бы о них разузнать побольше.
Губы Джека чуть дрогнули от раздражения.
Ей нужен сильный мужчина. Тот, который будет ее достоин. Он нахмурился. «Не будь смешным! Эвелин Дарлингтон сделала свой выбор».
Джек снова обратился к Рэндольфу:
— Рубашка еще у вас?
— Рубашка?
— Да, та самая, которая пропиталась кровью Бесс. Она еще у вас?
— Думаю, да. Я прятался в доме Бесс в Шордитче. Она должна быть там. А что?
— Мне нужно на нее взглянуть.
— Хорошо.
— Значит, вы согласны помочь? — На лице Эвелин появилась надежда.
Джек взял из ее рук листок.
— Надо проверить имена. — Он посмотрел на Рэндольфа. — Я свяжусь с вами. Постарайтесь больше ни во что не ввязаться и не попадайтесь сыщикам на глаза.
Глава 11
Эвелин смотрела вслед Саймону и Рэндольфу. Ей было жаль видеть, как он уходит, и знать, что они встретятся не скоро. Но в то же время ей не терпелось заняться списком подозреваемых и доказать невиновность Рэндольфа.
— Не беспокойтесь, Эви. Вы его увидите.
Эвелин повернулась к Джеку. Девушку поразили его твердо сжатые губы, внимательный взгляд зеленых глаз.
Она молча кивнула, не в силах произнести ни слова. Как ей объяснить, что ее больше радует присутствие Джека, чем уход Рэндольфа? Если у парня появится шанс вернуться к нормальной жизни, значит, усилия Джека не пропали даром.
Джек отодвинул стул.
— Пора возвращаться.
Эвелин встала и откашлялась.
— Да, конечно. Если повезет, никто не заметит моего отсутствия.
Они направились к задней двери и вышли на узкую, мощенную булыжником улицу. Пройдя рыбный рынок, снова оказались у экипажа, доставившего их к Биллингсгейту.
Подхватив подол платья, Эвелин забралась внутрь, и Джек уселся напротив нее.
Когда экипаж тронулся с места, Джек поднес рукав своей куртки к носу и поморщился. Потом грустно улыбнулся:
— Мой слуга меня разоблачит.
Эвелин рассмеялась:
— Такой ужасный, въедливый запах.
Взятое у служанки платье насквозь пропахло рыбой и помоями, и она была рада, что успела купить Джанет новую одежду, так что теперь сможет без угрызения совести избавиться от испорченного наряда. Даже шляпка намокла и съехала набок. В экипаже было тепло, и Эвелин поспешила избавиться от влажного тяжелого плаща.
