Хью, прищурившись, наблюдал за приближающейся процессией: человек двадцать верховых и конный паланкин, в котором, скорее всего, ехала его падчерица. Подумав о ней, он тут же с беспокойством вспомнил о своей будущей жене. Еще одна заноза в его сердце! Должно быть, он просто сошел с ума, когда решился на эту женитьбу. У Изабеллы не было ни гроша, дни ее юности давно миновали, она была бесплодной — словом, брак с ней не мог принести ему ничего, даже королевской милости. Все его друзья и приближенные до сих пор удивлялись, что он дал согласие на этот брак, но они не знали и половины всего! Ведь это был его собственный выбор!
Впервые он встретил Изабеллу пятнадцать лет назад и так и не смог забыть ее. Тогда за ее юбку уже цеплялась маленькая дочь, а она сама была очередной раз беременна одним из своих так и не родившихся детей. Она была бледна и выглядела испуганной. Но всего один взгляд в ее широко раскрытые карие глаза заставил его потерять разум.
Он никогда не думал о том, что же именно он тогда почувствовал. Страстную ли влюбленность, обычное вожделение или один из своих странных приступов жалости и сочувствия. Они перекинулись едва ли дюжиной слов, и все же что-то заставило его мечтать о ней долгие месяцы после этой встречи. Когда он женился по выбору своего отца, он иногда видел Изабеллу в бледном, хрупком облике своей юной жены.
Его жена умерла менее чем через год после их свадьбы от жестокой лихорадки. Его второй брак с полногрудой, пышущей здоровьем женщиной, обладающей непомерным аппетитом как в еде, так и в постели, не продлился дольше, хотя на этот раз причиной стала излишне горячая лошадь. Несмотря на запрет мужа, Элоиза все-таки отправилась на прогулку верхом и поплатилась за это жизнью, забрав с собой и их еще не родившегося ребенка.
С тех пор он десять лет вдовел, пренебрегая долгом, требующим от него произвести на свет наследника. Он был полностью поглощен делами своего поместья и своих людей, получая нехитрое и ни к чему не обязывающее удовольствие от легкодоступных женщин.
Однако все это закончилось в тот момент, когда он узнал, что Изабелла Пекхэм овдовела.
Конечно, она могла преждевременно постареть, или самым печальным образом растолстеть, или стать ворчливой и раздражительной. Но это не имело для него никакого значения. Он все еще продолжал бредить ею. Замок Фортэм нуждался в хозяйке, а он — в жене. Он уже дважды женился ради того только, чтобы обзавестись наследником, во имя своего долга, так сказать. Оба брака трагически закончились безвременной кончиной его жен, которые так и не успели родить ему детей.
И на этот раз он решил выбрать себе жену сам.
Он был сильным, отважным человеком, способным без страха вступить в открытый поединок с врагами, безжалостный в сражении, яростный в бою, без колебания готовый встретить опасность один на один. Отвага и честь стали синонимами имени Фортэм.
Но одна только мысль о предстоящем разговоре с Изабеллой Пекхэм начисто лишала его мужества.
На этом самом крепостном валу он стоял три месяца назад в тот день, когда она приехала к нему, весь охваченный лихорадкой ожидания. Он уже планировал, как нежно и с любовью он будет обращаться с ней, с деликатностью не замечая откровенных признаков ее возраста и физических недостатков. Он ожидал увидеть полуинвалида — слабую и бесконечно нежную женщину, вынесшую множество страданий.
Когда он увидел ее воочию, то лишился дара речи. С тех пор он едва ли смог выдавить из себя несколько слов, когда они встречались.
Она выглядела еще моложе, чем пятнадцать лет назад, хотя он знал, что ей уже перевалило за тридцать. Лишь ее первая беременность закончилась удачно, она родила девочку. Теперь Джулиана уже успела сама овдоветь. Изабелла могла быть всего лишь на несколько лет моложе его самого. Он ожидал всего, чего угодно, но только не того, что она окажется еще красивее, чем он помнил.
Ее лицо представляло собой совершенный овал, обрамленный золотыми волосами. Ее мудрые, все понимающие глаза смотрели на него с сомнением и надеждой. Она двигалась легко и изящно, ее гибкое нежное тело, давно не знавшее бесплодных беременностей, приятно круглилось в нужных местах. А ее голос… тот самый чарующий голос, который держал его в плену все эти годы, стал еще нежнее, еще музыкальнее и теплее, когда она обратилась к нему с приветствием. И тогда он вдруг понял, какого же дурака он свалял.
Она была настоящим воплощением мечты молодого человека. Но он-то был уже далеко не молод, и он не мог позволить себе увлечься юношескими мечтами.
Он едва произнес пару слов за все те недели, что Изабелла провела в его доме. Он прекрасно знал, что она не помнит их первой встречи, которая совершенно ничего для нее не значила, а потому даже не стал упоминать об этом. По праву он мог взять ее к себе в постель, но, как ни странно, не желал этого, панически боясь, что и с этой его женщиной случится что-нибудь необратимое. Он честно скорбел по своей бледненькой первой жене. Он искренне оплакивал нелепую смерть второй жены и своего так и не родившегося ребенка. Но он был уверен, что не перенесет потерю женщины своей мечты.
— Милорд… — прорвался сквозь его витающие где-то мысли неуверенный голос Гилберта.
Он посмотрел на юношу. Тот вполне созрел для того, чтобы вызывать интерес женщин, хотя и был слишком молод для откровенного флирта. Гилберт был неплохим бойцом, хотя больше полагался на ум, нежели на мускулы, что было весьма опасно, так как грозило возможностью обмана и всевозможными осложнениями.
— Я знаю, парень, — сказал он устало. — Мы должны спуститься и приветствовать наших гостей, а также посланца короля. Сэр Ричард хороший человек и старый друг, хотя я сомневаюсь, что мне понравится его послание.
— Но ведь король послал вам меня, милорд, — сказал Гилберт с тревогой. — Разве вы не довольны мной?
Хью успокаивающим жестом сжал плечо юноши.
— Ты хороший парень. И что бы ни привез с собой сэр Ричард, надеюсь, что это нас всех порадует не меньше.
Конечно, он ошибался.
Леди Изабелла уже ждала процессию во дворе, и, несмотря на ее внешнее спокойствие, лорд Фортэм чувствовал, какие муки терзают ее душу. Как же ему хотелось подойти к ней, обнять ее за тонкую гибкую талию, привлечь к себе в безмолвной поддержке. Но он не сделал ни одного движения, просто кивнул ей в молчаливом приветствии.
Казалось, она едва замечает его присутствие, что его вполне устраивало. Он просто стоял рядом с ней в ожидании встречи с вновь прибывшими.
Сэр Ричард между тем слез с лошади и подошел к хозяину замка.
— Рад видеть тебя снова, сэр Ричард. Сколько лет сколько зим! — воскликнул лорд Фортэм.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
