своем мире? Это было бы очень хорошо, мой мальчик! Мне бы это очень помогло!
— Еще бы, — согласился я с очевидным фактом. — Вот только ты прав, Чертков тебе на этот вопрос точно не ответит. Придется проверить самому. Если получится.
— Получится, можешь не сомневаться, — в голосе Мора сразу же появились стальные нотки.
— Ну а еще меня беспокоит внешний вид Александра Григорьевича, — признался я. — Уж не после посещения этого некрослоя он таким стал? Между прочим, когда я спросил его кто там водится, то отвечать он не стал.
— Все может быть. Думаю, и на этот вопрос мы скоро получим ответ, — заверил меня мой невидимый друг. — Ты бы лучше Голицыну позвонил. Время-то идет. Или собрался с этим вопросом до понедельника тянуть?
— О! Хорошо, что напомнил. Совсем вылетело из головы.
Я вытащил телефон из кармана и набрал главу тайной канцелярии. Вообще-то суббота, конечно, да еще и вечер… Но вопрос-то срочный. К тому же, он сам говорил, что работает практически круглосуточно.
— Здравствуйте, Василий Юрьевич, — поприветствовал я его как только он ответил.
— Привет, Максим, рад тебя слышать. Решил мне рассказать, как каникулы провел? Давай, с удовольствием тебя послушаю. Я как раз себе небольшой перерыв устроил. Решил чашечку кофе выпить с коньячком.
— Да я не про каникулы, — невольно улыбнулся я. — Тут другое… Я сегодня познакомился со своим новым учителем, Александром Григорьевичем…
— Как сегодня? Уже? — удивленно спросил Голицын. — Он же должен был только с понедельника начать. Вот нетерпеливый старик! Ну и как он тебе?
— Да ничего вроде бы… Правда, странный он какой-то… — честно признался я.
— Угу, есть такое. Чертков своеобразный тип. Самое главное, чтобы вы друг другу понравились. Тогда и учеба будет лучше идти, это очень важно, Максим, — сказал Василий Юрьевич.
— Это я уже понял, после того как с ним поговорил. Я вам как раз насчет этой учебы и звоню, чтобы вы в курсе были. Вдруг о чем-то не знаете, а наука у него… Ну, сами понимаете, наверное…
— Понимаю, Темников, еще как понимаю, — хохотнул он. — Дело специфическое, есть такое. Но тут уж ты дружок сам виноват. Если родился уникальным ребенком, значит теперь получай по полной программе.
— Ну как родился… Вообще-то без меня там никак бы не получилось… — как всегда вставил свои пять копеек Дориан.
— Насчет учебы я все знаю, можешь не волноваться на этот счет, — продолжил говорить Голицын. — Император очень надеется, что от вашей работы с Александром Григорьевичем будет толк. Так что можешь считать это своим первым заданием, постарайся его не подвести.
— Постараюсь, — пообещал я. — Правда я пока не очень понимаю эту штуку…
— Я тебе открою один секрет, парень. На самом деле, кроме Черткова эту штуку никто не понимает, — снова рассмеялся он. Что-то глава тайной канцелярии был сегодня в особо хорошем расположении духа. — Вся надежда на то, что ты поймешь и хоть кто-то Дар продолжит.
— Разве у него нет своих детей?
— Есть, но Дара у них нет, — ответил он. — Такое бывает. Даже с такими вот уникальными знаниями.
— Василий Юрьевич, а можно личный вопрос?
— Валяй, — разрешил он. — Я уже привык к тому, что ты можешь каким-нибудь сложным вопросом прямо в лоб стрельнуть.
— Род Чертковых ведь в императорской опале, так ведь? Как ему со мной заниматься разрешили? — спросил я.
Голицын немного помолчал, а я тем временем услышал, как где-то там далеко, где он сейчас сидел, звякнул фарфор. Наверное, хлебнул кофейка, пока раздумывал над ответом.
— Слушай, Максим, это не телефонный разговор. Да и парой слов всего не объяснишь… Давай вот как сделаем. Я все равно на следующей неделе к вам в «Китеж» собирался посмотреть, как там с вами работают. Вот потом и поговорим, хорошо?
— Договорились, — согласился я.
— Ну тогда отдыхай, парень. Поздравляю тебя с новым учебным годом!
— Спасибо, — поблагодарил я его и отключился.
Любопытно, кого он имел в виду, когда сказал, что хочет посмотреть, как с нами работают? Меня и Нарышкина, что ли? Судя по тому, что я услышал от Черткова, так оно и есть. Вот жаль только, что он так и не сказал мне про Лешкин секрет. Эх… Жди теперь пока сам расскажет…
Вдруг я услышал тихие шаги у себя за спиной и обернулся. В нескольких метрах от меня стояла Гвоздева Варвара.
— Привет, Темников… Ты прямо как кот, каждый шорох слышишь. Просто так и не подберешься, — улыбнулась она. — Разрешишь составить тебе компанию или ты хочешь побыть наедине?
— Да нет, садись, — сказал я и принял более приличную позу, чтобы выглядеть посолиднее. Девчонка все-таки…
— Кар! — поздоровался с ней Корвин, пока она усаживалась рядом со мной.
— Привет-привет! — ответила она и протянула руку, чтобы его погладить, но ворон увернулся, отпрыгнул и недовольно защелкал клювом. — Ух ты какой! Что, не нравлюсь я тебе?
— Не парься, ему никто особо не нравится, — успокоил я ее. — Он может еще и клювом долбануть так, что глаза от боли на лоб полезут.
— Будем считать, что мне повезло, — усмехнулась Варвара и посмотрела на озеро.
Некоторое время мы оба сидели молча и просто наслаждались хорошим теплым вечером, которых с каждой неделей будет становиться все меньше.
— Ты чего в Белозерск не поехал? — спросила она. — Лешка с девчонками вроде бы уехали, а ты тут сидишь…
— Да так, кое-какие дела есть, — уклончиво ответил я. — Занятия у меня были.
— В субботу? С кем это? — удивилась она.
— С одним очень интересным человеком. Скоро узнаешь.
— Понятно…
Я чувствовал, что она хочет со мной о чем-то поговорить, но почему не начинала разговор. Ох уж эти девочки… Пришлось немного помочь.
— Ты просто гуляешь здесь, или как? — спросил я.
— Сначала просто гуляла, а потом тебя увидела и решила поговорить, — наконец-то она решилась. — Ты слышал, что Медведев в «Черный плющ» поступил?
— Не-а, — покачал я головой. — Не слышал. Ну а что удивляться, он же на пятом курсе был. К тому же давно туда собирался. Так что
