говорили, что ты с юморком. Ну и хорошо. Так даже лучше. В общем, есть у Императора одна идея — в ближайшей перспективе он хочет заменить всех своих черных магов. Примерно через несколько лет. Не все рода от этого в восторге, но Романов мужчина упертый, если что решил, то уже не оступится.
Щелк. Он вновь поправил ногу и продолжил:
— Понимаешь, Максим… За долгие века все пригрелись у Императорского трона. Привыкли вкусно пить и сладко есть, а теперь вот грядут перемены.
— А зачем ему их всех менять? — спросил я, подумав о брате Нарышкина, который как раз служит сейчас при дворе одним из шести черных магов.
— Не нравится ему сложившаяся система, когда каждый из них умеет всего понемногу, — ответил Чертков. — Он хочет сделать так, чтобы кого из его черных магов не возьми, все самыми лучшими в своем деле были. Ясно?
— Ну так… — покрутил я рукой. — Пока не очень…
Александр Григорьевич наклонился ко мне поближе и прохрипел немного понизив голос:
— Ты же с Нарышкиным дружишь? — в этот момент я немного напрягся от разных вариантов развития разговора, которые могут появиться после моего ответа.
— Угу, — кивнул я.
— Так вот его брата тоже будут менять и сейчас его род делает все возможное, чтобы у твоего друга появилась уникальная темная способность, в которой он будет лучшим, — поделился со мной информацией старик. — Пока это у них получается, между нами говоря, а вот что будет потом…
— Какая у него уникальная способность? — решил я попытать удачу, чтобы прояснить этот момент, раз уж у нас с ним такой разговор вышел.
— Не твоего ума дело пока что, — обломал меня Чертков. — Я тебе лучше другую историю расскажу. Помнишь Державина Илью? Чего смотришь? Да, того самого, которого вы со своим другом Нарышкиным поймали, когда он демонов призывал.
— Помню конечно, как не помнить… — ответил я. — Только вот он куда-то пропал…
— Здесь никакой тайны нет. Ему запретили обучение магии во всех императорских школах, но это сейчас неважно, — скривился старик, как будто я его отвлекал какими-то глупыми вопросами. — Дело в другом. Как думаешь, зачем он этим всем занимался? Он ведь не дурак, насколько ты знаешь.
— Вроде нет… — пожал я плечами. — Мы и сами с Лешкой задавались вопросом, зачем ему это понадобилось.
— Ларчик просто открывается, Темников, парень хотел стать лучшим демонологом в Империи, — Александр Григорьевич поерзал на стуле, поменяв позу. — Ему-то, в отличие от тебя, Император личного учителя бы не прислал.
Я догадывался почему. Мои познания в истории вновь дали о себе знать, так-то мне было известно, что когда-то Державины участвовали в родовой войне и выступали не на стороне Романова.
— Вижу по глазам, ты знаешь в чем дело.
— Когда-то давно выбрал неправильную сторону… — пробормотал я.
— Именно. В такие моменты всегда трудно сделать правильный выбор. Его роду не повезло, — в этот момент Чертков снял шляпу и положил ее на стол.
Честно говоря, я думал, что у него там лысина, а оказалось нет. Просто небольшая плешь, которая была окружена седыми волосами как белоснежная полянка.
— Так вот я и говорю, просто он хотел стать лучшим, чтобы в перспективе Император выбрал его одним из шести. Не было других вариантов, понимаешь? Чтобы тебя перевели на обучение из школы в… — он вдруг осекся. — Впрочем, это пока неважно. Самое главное, чтобы ты понял мою мысль. Державины догадывались о чем-то таком, что задумал Романов, вот и попытались сделать из Ильи лучшего демонолога, который только может быть найден в Империи.
— И что с ним будет теперь? — спросил я. — Вряд ли он оставит свои занятия, даже если не будет учиться в «Китеже».
— Разумеется он будет этим заниматься, — согласился со мной старик. — В этом и заключается одна из проблем в таких вот случаях. С одной стороны, он утратил доступ к самым лучшим учителям, с другой… Теперь он совершенно точно сделает такой же выбор, как и его предки, когда для этого придет время… А оно обязательно придет…
— Что мешает избавиться от этой угрозы заранее, — попробовал я поразмышлять вслух.
— И вызвать недовольство по поводу того, что Романов самодур и тиран? Расправляется с неугодными дворянами без всяких на то причин? — на лице Черткова появилась гримаса, которую я решил считать для себя улыбкой. — Ну нет, Максим… Александр Николаевич не так глуп и не будет давать поводов для новой войны до тех пор, пока она не станет неизбежной. Во всяком случае, точно не по такому случаю.
Мы помолчали немного, и он вновь начал говорить.
— Я рассказал тебе об этом просто чтобы ты понял, чем был мотивирован Державин, когда совершал эти поступки.
— Это я понял… Тогда получается, что у меня есть какая-то уникальная способность? — спросил я и посмотрел в его глаза-буравчики.
— Пока нет, — сказал он и что-то во мне опустилось. — Но я думаю, что скоро появится, и именно поэтому я здесь. Ты чего приуныл?
— Да нет, все нормально… — соврал я. На самом деле я ожидал чего-то типа похвалы.
— Ладно, мне-то не ври. И если я говорю, что в тебе пока нет уникальной черты, это еще ничего не значит. Может быть, тебя утешит информация о том, что за последние десятки лет ты единственный, в ком я попытаюсь открыть этот Дар, которым никто кроме меня не владеет?
Вот это уже гораздо интереснее!
— Мальчик мой, я тебе сто раз говорил, что не стоит расстраиваться из-за вещей, о которых ты еще не знаешь, — тут же встрял со своим замечанием Дориан. — Когда до тебя уже дойдет такая простая истина?
— Отстань, Мор…
— Ну вот, сразу видно, что лицо просветлело, — прохрипел Чертков. — Дети удивительно предсказуемые существа. Да, Темников, ты единственный, в ком соединилось так много интересных особенностей. Владеешь темным Даром в обычном его проявлении, умеешь видеть призраков, а это не свойственно таким как ты. Также у Орлова есть подозрения, что неплохо умеешь накладывать проклятия.
Ага, значит моя война с Бубновым и тот случай с дежурными из кленового класса не прошли незамеченными… Жаль, я надеялся, что
