владения дворян. Теперь стало понятно, что позиция сохранения дворянства, которую занял императорский дом, в целом верная, но тогда. На фоне буржуазных революций, казалось, что страна безнадежно отстала. С точки зрения права и технологий.
— От крепостного права в любом случае нужно было избавляться. — заметил я.
— Вы совершенно правы. — улыбнулся Семен Маркович. — Однако страна решала множество задач одновременно, для реформ нужны были средства и не малые, считалось что пять-семь лет, и при должном уровне инвестиций мы легко вернем все долги. К сожалению, Николай Тесла в тот момент только начал трудится в Ломоносовском университете, и последствия были в основном негативные.
— Образование Тунгусской диссонансной зоны? — догадался я.
— Совершенно, верно. Российская империя разом потеряла как огромную территорию, так и связь с дальним востоком. — довольно кивнул декан. — Поступления с рыбных промыслов, от торговли через порты — все это оказалось недоступно вашему предку, и было решено занять еще больше средств. В итоге, к первой мировой войне Российская империя вышла с суммарным долгом в двадцать миллиардов золотых рублей и гигантскими процентами и обслуживающими платежами.
— Это результат попытки реформ? — на всякий случай уточнил я.
— Да, недальновидные внешние заимствования, попытки купить технологии и построить заводы и многое-многое другое. Так еще и возмущение народных масс достигла предела. — покачав головой вздохнул Семен Маркович. — Но, в это время Николай уже внедрил первые прототипы своих технологий. Мятеж был жестко подавлен, война выиграна и, во многом благодаря уступкам населению и церкви, царская власть сохранила свои привилегии.
— А что с долгом? — уточнил я.
— Не торопитесь, молодой человек, мы обязательно до этого дойдем. — улыбнулся декан. — После первой мировой войны суммарный долг составлял более двадцати миллиардов, Россия естественно пожелала перенести его на проигравшую германию, но кредиторы — Англия и Франция, отказались от подобной сделки. К тому же и сама Германия находилась в крайне плачевном состоянии и не могла выплачивать контрибуцию. Националистические и коммунистические партии плодились как грибы после дождя. Справится с ситуацией, совершенно неожиданно для всех сторон, помог сам Николай Тесла, в то время создавший свое общество, ну и небезызвестный вам орден.
В результате экономика Германии более-менее выправилась только к сороковым годам. Россия, вынужденная так же выплачивать долги, согласилась на распространение технологий Теслы среди правящих домов Англии и Франции, но вскоре потеряла монополию — общество Теслы переместилось в начале в Европу, а потом и вовсе стало международной организацией с советом большой семерки.
— Продолжайте пожалуйста. — попросил я, когда декан прервался на то чтобы хлебнуть чаю.
— На чем я остановился. А. Так вот, Германия, получившая технологии Теслы наравне с ведущими державами, и объединившая народ в едином порыве возрождения величия нации, отказалась платить все контрибуции и долги. Не говоря уже о процентах. — сказал декан. — Итог оказался весьма закономерным — война. Но из-за проблем с долгов в экономике и пробелов в индустриализации, Россия подошла к этому конфликту с крайне скудным воздушным флотом.
— Англия и Франция были нашими союзниками, почему они не заморозили долги? — удивлённо спросил Леха. — Ведь чем раньше война бы закончилась, тем быстрее мы расплатились.
— Всё верно, юноша. Но нашим кредиторам совершенно ен выгодно было чтобы мы расплатились с долгами, проценты и обслуживание приносили им доход сравнимый с годовым оборотом нескольких колоний. — улыбнувшись проговорил декан. — Однако, так уж вышло, что русский народ — безумен в своей храбрости, любви и выпивке. Так что мы победили, хоть и с огромными потерями. А к концу второй мировой войны, длившейся больше двадцати лет, мы подошли с сильнейшим флотом и самой многочисленной армией одаренных. Россия вполне могла дойти не до Берлина, а до Лондона. А Париж и вовсе временно занимала.
У союзников не было выбора, они согласились списать часть государственного долга и даже отказаться от грабительских процентов, переложив их на Германию. — продолжил Семен Маркович. — Но, как вы понимаете, от планов по контролю экономики они не отказались. Пусть многие дворяне показали себя чрезвычайно храбрыми и умелыми, во время войны идя в первых рядах, далеко не у всех был талант к управлению. А большая часть западных земель России — оказалась разорена.
— И тогда многоуважаемые партнеры вновь предложили нам денег? — не выдержав спросил я.
— Совершенно верно. И если император наотрез отказался, помня, что было в прошлый раз, то у многих дворян просто не было выбора. К тому же условия были слишком соблазнительные. Никаких процентов, минимальная плата за обслуживание долгов, и лишь одно условие — кредитор должен видеть, что деньги не прожигаются зря. — пояснил декан. — И для многих аристократов возможность скинуть обязанности на управляющего были не минусом, а плюсом. Тем более что они работали на совесть.
— И вот все хорошо, на первый взгляд. — проговорил я.
— И не только на первый. — кивнув улыбнулся Семен Маркович. — Экономика росла, предприятия росли, аристократы, видя, что схема рабочая, брали все больше и больше и вот, в результате, сформировалась историческая традиция, обеспечиваемая банками и фирмами по трудоустройству. И в целом ни у кого, никакого негатива она не вызывает. Сотрудники работают на совесть, предприятия и земли приносят прибыль. Все счастливы. Особенно кредиторы, ежегодно получающие гигантские суммы за обслуживание долгов.
— На доставшемся мне предприятии сумма не то, чтобы большая. — заметил Рублев. — Но крайне низкая доходность. Пока я планирую проверку, мне не кажется, что она может быть меньше пяти процентов.
— Для многих коммерческих предприятий пять процентов от оборота — это очень хорошая доходность. — возразил Семен Маркович. — Так что тут нужно проводить комплексную проверку как бухгалтерии, так и производства. Гадать на кофейной гуще бессмысленно, а советовать без конкретики — опасно.
— Итак, давайте подведем итоги. — вернул я разговор в нужное мне русло. — Специалистов в России хватает, предприятия в принципе не слишком убыточные, но проблема в том, что почти за каждым из них висит гигантский долг, полученный еще на этапе инвестиций в строительство, а управляют им люди, которые в случае опасности или войны со своей родиной могут саботировать производство.
— Ну что вы, как они станут это делать? Кроме управляющих же есть еще масса персонала, да у них заместители из местных должны быть. Сто процентов. — покачал головой декан. —
