Буквы стерлись, краска поблекла и местами осыпалась. Но все равно можно было разглядеть силуэт странного человека с мечом в руке. А рядом какое-то громадное существо.
— О короле чудовищ, — проговорил старик, пока я листал книжку. — И о храбром рыцаре, который с ним сражался и победил.
— Хрень песья, — подвел я итог. — Сказка для детей.
— Ну так она и есть, — кивнул торгаш. — Детишкам нравится. Я бы тебе загрузил целый коммутатор таких с цветными картинками, но ты все отказываешься.
— Коммутатор штука дорогая, — ответил я. — Еще и с батареей. Восьмерки и за меньшее глотки режут.
— Так берешь или нет?
— Беру, — кивнул я, кидая книжку в мешок. Затем приложил палец к считывателю, оплачивая заказ.
— Недостаточно кредитов, — ответил торговец, глядя в экран.
— Сраную восьмерочью мать, — выругался я. — Департамент еще не перевел оплату за месяц.
— Сочувствую. Но сам понимаешь, кредит я тебе не открою. Ты ведь и сам не знаешь, когда сдохнешь. Без обид.
— Без обид, — я пошарился по карманам. — Есть пороховые патроны на сорок пятый калибр.
— Пороховые патроны? — усмехнулся торговец. — И что мне с ними делать?
— Ну, вот еще.
Я выложил на стол пять маленьких ампул. Даже при свете дня можно было заметить исходившие от них легкое свечение.
— А это еще что такое?
— Эфир. Стабилизированный, десятипроцентная концентрация.
— И че мне с ним делать?
— Так энергия же, — я слегка удивился.
— Ты свои секторские замашки оставь, — отмахнулся торговец. — У меня честный легальный бизнес. Я слишком много сил вложил в этот магазинчик. И не собираюсь рисковать лицензией. Знаешь как трудно попасть в центр? Так что только кредиты Альтаира.
— Убери тогда книжку и леденцы, — не стал спорить я, сгребая ампулы с эфиром.
— Книжка и леденцы, это подарок. Могу убрать витамины и часть фильтров.
— Нет, — отрезал я. — Витамины не трогай. Тогда половину одежды давай, половину дождевиков. Нет, все дождевики оставь себе. И фильтры понемногу.
— Хорошо. Сейчас сделаю.
Торговец ловкими движениями начал вытаскивать указанное из мешка и складывать отдельно. Мне хватило лишь на половину фильтров от изначального количества. Месяц будет крайне дерьмовым. Но это лучше, чем ничего.
— Счастливо, — кивнул мне торгаш. Буду ждать тебя в следующем месяце.
— И тебе не сдохнуть, — ответил я, забирая покупки. — Или сдохнуть.
Зато все влезло. Пришлось ведь еще и на этот дерьмовый кусок брезента потратиться. Который он называет мешком. Знал бы, свой притащил. Но в будущее смотреть я пока не научился, а алкоголь не сильно способствует рациональному мышлению.
Дорога до вокзала была куда короче. Возможно, это связано с тем, что никто меня не досматривал. Как обычно, все дерьмо Альтаира стекается в восьмой сектор. И делает это быстро и беспрепятственно.
— Инквизитор?
Я обернулся на тоненький голосок. Затем огляделся по сторонам на всякий случай. Нет, других инквизиторов тут нет. Ну что за невезение. Молча двинул дальше, не обращая никакого внимания на все вокруг.
— Инквизитор? — повторил голос мне в спину. — Я вас уже целый час тут жду. Что за безответственность? И почему вы не отвечаете на сообщения в коммутаторе.
Я остановился и обернулся. Что за дерьмовый день. Ну где я так провинился, а?
— Ты вообще что такое?
Обогнув меня, говорящее существо встало напротив, преграждая дорогу. Мелкая, хрупкая фигура в белой форме с шевронами младшего инквизитора на плечах. Копна ярко-красных волос. Зеленые глаза постоянно меняют форму и смотрят с вызовом. То ли смазливый пацан, то ли страшненькая девчонка.
Ну как страшненькая. Курносая, веснушчатая, немного ребяческое лицо. Румяная кожа сразу выдает тепличного жителя.
— Младший инквизитор Симонс, — пропищало существо. Понятней не стало. — Прибыла для выполнения функции наблюдателя центра и оказания помощи в выполнении задания.
— Помощи? — усмехнулся я. — Себе помоги для начала. Девчонка, значит.
Я оттолкнул тощую плечом и двинул в сторону входа в здание вокзала. Инсигнии на руке было достаточно, чтобы меня пропустили. Говорю же, попасть в восьмой сектор проще простого.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я не девчонка, — раздался писклявый голос мне в спину. — Я женщина. Мне двадцать один.
— Для женщины у тебя сисек еще маловато. И не звени, аж уши режет.
— Что за непозволительное…
Бла-бла-бла. Оно вообще не затыкается походу. Кирия — стерва. Не могла выделить кого-нибудь более молчаливого? Знала же, к кому отправляла свою шестерку.
Я зашел в вагон. Свободных мест в этот раз оказалось не много. Свежее мясо отправлялось в свое последнее путешествие. В воздухе витал запах страха и непонимания. У каждого входа и выхода по двое солдат, следящих за порядком.
Подошел к ближайшему месту и взял за шкирку какого-то мужика. Он как сидел, так и скрючился в моей руке в позе эмбриона, поджав колени и прижимая к груди какой-то тюк с тряпьем. Выбросив тело в проход, сел поближе к окну. Посмотрел на его соседа в кресле напротив.
— А тебе особое приглашение надо?
Тот лишь робко зыркнул на солдат за моей спиной, а затем юркнул в проход, убираясь подальше. Мне даже инсигнию показывать не пришлось, со мной теперь ходячий флаг инквизиции Альтаира бегает. Симонс села напротив и продолжила сверлить меня своими зелеными киберглазами.
— Вы позорите доблестное имя инквизитора своим поведением. Вы должны быть примером для…
— Захлопнись, — отрезал я.
— Что?
— Громкость до нуля и давай сюда планшет.
— Что? — захлопала она глазами.
— Планшет. Коммутатор или что там у тебя? Где информация по цели.
Девушка наконец заткнулась и достала коммутатор из кармана. Раскрыла экран и принялась в нем что-то набирать. Поезд заскрипел, загудел и наконец тронулся с места, обдавая все вокруг клубами серого дыма.
— Отправила вам всю информацию, инквизитор… Я даже не знаю вашего имени.
— Зови как все, Восьмым.
— А имени у вас нет?
— Нет, — отрезал я.
— Даже у собак есть имена, — возмутилась девушка. — Меня зовут Элис.
— Поздравляю. Ты доросла до уровня собаки, — ответил я, копаясь в своем коммутаторе.
Девчонка что-то возмущенно говорила, но я уже не слушал. Бегал глазами по строчкам рапорта, который мне скинули. Очень много формальной канцелярщины, но я вычитывал каждую букву, чтобы ничего не упустить. Затем перечитал снова. И наконец поднял глаза на девчонку. Та выглядела весьма злой, правда я не понял почему.
— Это что, шутка какая-то?
— Что? — смутилась Элис.
— Рапорт. Это какой-то розыгрыш?
— Вы вообще меня не слушали? Я вам тут распинаюсь о…
— Рот захлопни, — рявкнул я. — И открывай только когда я задаю тебе вопрос. Что за хрень ты мне скинула? Мне передали, что ты владеешь информацией по цели. А это что такое?
— Это все, что мне передали, — сжалась девушка. — Сказали передать вам при встрече.
— Показания двух очевидцев? Старухи и полоумного пьянчуги? И это все?
— Все, что есть, — кивнула она.
— Твою же восьмерочью мать. Это очередная шутка Слепой Суки. Решила поиздеваться, как обычно.
— Кого? — удивилась Элис.
— Твои директивы, — проигнорировал я вопрос. — Быстро и по порядку.
— Наблюдать за вашими действиями, докладывать в центр обо всем происходящем, — начала тараторить она как по учебнику. — Выполнять стандартные предписания кодекса инквизитора, согласно постановлению правительства Альтаира номер…
— Последняя директива, — прервал я поток этого бреда.
— Выполнять, — девушка замялась. — Ваши указания, если это не противоречит кодексу.
— Отлично. Указание первое. Не открывать свой рот, ни с кем не говорить, восьмеркам в глаза не смотреть, от меня дальше, чем на три шага не отходить. Понятно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да, сэр, — девушка вытянулась по струнке прямо в кресле. Если бы вагон так не трясло, она бы еще и вскочила.
— Не сэркай.
