— Да, и еще, — добавил я, — если я узнаю, что хоть кто-то даже намеком спросил у Елены про наши с ней личные отношения, пеняйте на себя.
Гарриет подошла и обняла меня:
— Лайо, прости нас. Прости меня. Мы хотели как лучше.
Мама тоже подошла и обняла меня:
— Сыночек, никто больше вам слова не скажет. Прости нас.
Меня трясло. Чувство негодования и злобы распирало изнутри. Я отстранился от них и пошел вдоль пляжа. Какое разочарование! Я-то думал, что они все понимают. А если и не понимают, что хотя бы ума им хватит, чтобы не лезть. Я остановился метрах в пятидесяти от них и просто стал смотреть на воду.
Всеобщее молчание нарушил крик Джошуа.
— Елена! С добрым утром! Как спалось?
Я тут же оглянулся и увидел своего ангела, идущей к навесу. Ее вид меня встревожил. Она прижимала бумажный платочек к носу. Кожа вся красная. Она двигалась медленно, как будто шла всю ночь.
— Уже день, Джошуа. Всем привет.
Я не узнал ее голос. Она говорила в нос и немного хрипела. "Только не это" — подумал я и побежал прямо к ней.
— Кажется, я немного приболела. Вот диво, приехала к морю и простыла, — она засмеялась как-то неестественно.
— Лайо! Я тебя не заметила. Нужно присесть, — она немного качнулась и плюхнулась на ближайший стул.
Я внимательно на нее посмотрел: мои любимые глаза были красными, как у кролика, и слезились, нос — заложен, а лицо — просто полыхало. Отец приложил руку к ее лбу:
— Да у нее жар! — громко огласил он.
— Да? А мне так хорошо! — ответила Елена.
Было очевидно, что она не в себе.
— Разойдитесь, — скомандовал я.
Все послушно расступились. Я наклонился и поцеловал ее в лоб: он просто горел огнем. Я тут же подхватил ее на руки и понес в дом. Она стала возмущаться:
— Куда ты меня несешь? Я не хочу в дом. Да ничего страшного со мной не происходит. Джошуа! Джошуа!
Он с Гарриет шел за нами.
— Елена, успокойся, — ответил ей брат. — Тебе нужно полежать. Лайо о тебе позаботится.
— Ты предатель, Джош.
Сильным ударом ноги я открыл дверь комнаты и тем же способом закрыл ее за собой, прямо перед носом Джоша. Он никак на это не отреагировал, только спросил:
— Лайо, что-нибудь принести?
— Пусть Гарриет принесет сумку, она знает какую.
— Уже несу, Лайо, — послышался голос сестры.
Я уложил Елену в постель прямо в одежде. Она повернулась ко мне и протянула свою руку.
— Ты такой красивый, Лайо. Я так тебя люблю! — призналась она.
Я понимал, что из-за температуры она сейчас озвучивает все, о чем думает, но это было настолько приятно слышать.
— Я тоже тебя люблю, — признался я вполне серьезно в ответ.
Я взял ее за руку и присел на кровать. Тут в комнату вошла Гарриет с нужной сумкой. Я достал из нее термометр и приложил датчиком на лоб: 39.6, - огласил я. — Гарриет, во сколько мы выезжаем?
— Через три часа. Думаешь, хватит, чтобы загрузить? — с сомнением спросила она.
— Думаю, да.
— Лайо, давай я оботру ее. Ей станет легче, — предложила Гарриет.
— Не нужно.
— Я понимаю, что ты злишься, но так будет лучше для нее.
— Голова раскалывается, — вдруг серьезно произнесла Елена, — и так жарко!
— Давай, Гарриет, — одобрительно кивнул Джошуа, — пойдем, Лайо, смешаем моей сестре коктейль получше.
— Я скоро вернусь, хорошо? — я наклонился к Елене и поцеловал ее в губы.
— Угу, — слабым голосом ответила она.
Глава 8
Мы вернулись домой вечером. Всю дорогу Елена спала у меня на руках. Она проснулась только под утро. Я всю ночь не отходил от нее. Мама, Гарриет и Джошуа регулярно заходили к нам. Каждый предлагал посидеть с ней, но я настойчиво отказывался. Конечно, я чувствовал свою вину за то, что Елена заболела. Ведь это за мной она полезла в воду, намочила шорты и майку, а потом еще и замерзла по дороге домой. Но что толку было сокрушаться по этому поводу.
— Лайо, что ты здесь делаешь? — сонным голосом спросила Елена, когда проснулась.
— Тебе лучше? Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо. Мы что, дома? Который час? Сколько я спала? — встрепенулась она.
— Не нервничай. Ты проспала всю ночь, сейчас 5 утра. Пить хочешь?
— Да. Что это, я же вся мокрая, — удивилась она.
— У тебя был жар. Держи, — я протянул ей стакан с водой. Она присела в кровати и залпом опустошила его.
— Спасибо. А кто меня переодел? — она посмотрела на меня, потом заглянула под рубашку от пижамы: конечно, под ней ничего не было.
Я не смог сдержаться и искренне рассмеялся.
— Лайо, это не смешно!
— Ты настолько боишься, что я тебя раздену?!
Она не ответила, только загадочно улыбнулась.
— Гарриет тебя переодела, — ответил я.
— Понятно. Ты вообще спал сегодня?
— Конечно, — слукавил я. Но она все поняла и тут же спросила:
— Тогда, где ты спал?
Учитывая то, что когда она проснулась, я дремал в кресле, деваться было не куда.
— Здесь и спал, — честно признался я.
— А почему на кровать не лег?
— Ну, это было бы слишком вольно с моей стороны. Ведь ты меня в нее не приглашала.
Это был коварный ответ. Она улыбнулась и опустила глаза.
— Пожалуй, я хочу сходить в душ.
— Плохая идея, ты еще слишком слаба для этого. Лучше ложись и попытайся еще поспать.
— Я плохо помню вчерашний день. Я что-то говорила?
— Ничего особенного, — соврал я.
— Точно?
Я засмеялся
— Да, точно!
Я не хотел смущать ее вчерашним признанием. Это было бы не честно по отношению к ней. Кроме того, мне хотелось, чтобы она осознанно рассказала мне о своих чувствах.
— Ты не подашь мне другую пижаму из шкафа, — попросила она. — Эта вся мокрая.
— Конечно.
Я достал из шкафа одну из ее многочисленных хлопковых пижам, протянул ей, и, дабы не смущать, скрылся за дверью в ванной комнате.
— Все, возвращайся!
Когда я вышел, Елена уже спряталась под своим одеялом.
— Лайо, у тебя есть два варианта: первый — ты ложишься со мной на кровать, и мы спим вместе, второй мне нравится меньше — ты идешь к себе, и я сплю одна.
— Это нечестно! — заявил я.
— Я знаю, — без тени смущения ответила она.
Конечно, я выбрал первый вариант. Я лег возле нее на покрывало, и прижал ее к себе вместе с одеялом.
— Лайо, спасибо тебе за все. Это так важно для меня.
Я поцеловал ее в лоб и закрыл глаза. Так хорошо, как в тот день, я не спал уже давно.
Когда я проснулся, лучи заходящего солнца освещали комнату. Елены не было рядом, а я лежал, накрытый другим одеялом.
— Уже проснулся? — послышался знакомый голос. Елена стояла у маленького стола в комнате, одетая в спортивные штаны и майку на бретельках, и пила бульон.
