В следующую секунду кружка выпала у него из рук и разлетелась на куски. Лисин потрясенно застыл у окна, глядя вниз.
На улице больше не было праздно гуляющих прохожих, лоточников — никого. Прямо под окном лежали в огромной луже крови двое полицейских, казалось, по ним проехал дорожный каток. Еще нескольких человек сержант увидел на другой стороне улицы — все неподвижные и изуродованные.
Там же валялся на боку нанятый им самоход. В здании напротив зияла огромная дыра, словно туда угодила бомба. Там еще клубилась пыль… Лисин смотрел и силился понять: когда беззаботный и уютный городской уголок успел превратиться в бойню?
Он вспомнил, что слышал какой-то грохот перед приходом энейца, но списал его на фейерверк. И еще крики… Ну, уж крики в городе стояли с самого утра — он уже привык, что поблизости вопят и голосят…
Он только теперь понял, что тональность городского шума заметно изменилась. И ликования нет и в помине…
Он не успел ничего придумать или решить, как вдруг стекло перед его лицом разлетелось вдребезги. Лисин отлетел и упал навзничь, но тут же вскочил.
В его окно просовывалась уродливая кривая лапа размером с ковш небольшого экскаватора. Еще секунда — и стена хрустнула, начала отделяться от дома, вокруг все затрещало, посыпались какие-то щепки, камни, потоки пыли…
Сержант и сам не заметил, как скатился по лестнице и пулей выскочил на улицу. Он боялся даже обернуться — он просто несся что есть сил подальше от этого места.
Теперь он видел, что вся улица пуста, а через каждые десять-двадцать метров лежат трупы горожан в праздничных одеждах.
Он вдруг резко остановился. Впереди темнело уже знакомое ему здание Палаты точных измерений — кирпичная коробка с целой гроздью незамысловатых башенок на крыше.
Сейчас по этим башенкам ползала какая-то тварь, напоминающая сплющенного краба. Трещали стены, сыпались стекла и черепица — тварь шуровала клешнями внутри здания.
Лисин вновь опустил взгляд и чуть не подпрыгнул на месте: прямо на него неслась свора гомобов. Вернее, это были не гомобы — эти твари были куда массивней и выглядели несколько иначе, но настоящего их названия Лисин не знал и узнавать не собирался.
Он уже несся по перпендикулярной улице, с ужасом понимая, что соревнование в скорости с резвыми тварями он вряд ли выиграет. Никакого оружия с собой не было, все вещи остались в гостинице. Разве что небольшой нож, но им даже кошку не напугаешь.
Сержант углядел открытую дверь в каком-то здании, нырнул в нее, захлопнув за собой, затем пролетел здание насквозь и оказался в небольшом, густо заросшем кустами дворике.
Он присел на колено, прислушался. Вроде никто его уже не преследовал. Где-то вопили люди, но не здесь, а в соседних кварталах. Еще слышался какой-то навязчивый, непрекращающийся скрежет, который отдавался эхом и налетал, казалось, сразу со всех сторон.
Лисин вдруг понял — это вовсе не скрежет, а голос. В городе заработали громкоговорители — основное средство массовой информации Вантала.
Сержант вслушивался несколько минут, но разобрать смог только малую часть. Впрочем, этого хватило, чтобы понять общий смысл.
«…просим соблюдать… не покидать дома… в результате аварии в Роторном центре… делается все возможное…»
И еще почему-то часто упоминался Усодан. Лисин совершенно не понял, при чем тут Усодан, но его это и не особо беспокоило. Пусть сами разбираются…
Он думал, что хорошо бы сейчас найти маленький тихий подвальчик с крепкой дверью и побыть там, пока отцы города не выполнят обещанное «все возможное». Пока он бежал, ничего похожего на глаза не попалось. А искать — это все равно что нарочно нарываться на неприятности.
В центральной части города почти не было укромных уголков, это он еще в первый день заметил.
О том, чтобы возвращаться в гостиницу и ждать Влада, вообще не могло быть речи. Сержант просто начинал трястись, когда вспоминал навестившую его гигантскую клешню…
Над головой вдруг раздался какой-то треск. Сержант рефлекторно вжал голову в плечи, еще больше присел и лишь потом поднял глаза.
Он почти сразу разглядел тварь, сидящую в густой кроне. Она была ни на что не похожа: казалось, в одном котле смешали обрубки человека, свиньи, паука и варана, а потом слепой хирург наугад сшил все это вместе.
У адского создания было шесть рук, тошнотворно похожих на человеческие. Они же были, наверно, и ногами. И что самое мерзкое — абсолютно человеческая голова. Слышалось чавканье и урчание — тварь что-то жрала. Скорей всего она только что перепрыгнула на это дерево с ближайшей крыши.
Сержант, превратившись в невесомое перышко, чуть подался назад. Потом с величайшими предосторожностями переставил ногу, подвинулся еще на сантиметр. И так пока не оказался в здании, через которое только что проскочил.
Внутри, малость осмелев, он быстренько преодолел коридор и выглянул на улицу. Было тихо и пустынно, гомобы-переростки уже ускакали на поиски новых жертв.
Отсюда были хорошо видны башни Академии, над ними растекалось облако черного дыма. Сержант нахмурился — он вдруг понял, что и Владу сейчас, быть может, совсем не сладко. Если только о нем не позаботились всемогущие образованные хозяева.
Лисин уже вышел из здания и задержался на секунду, чтобы выбрать направление, когда за спиной что-то чавкнуло. Звук был вовсе не страшный, и Лисин обернулся даже без особого испуга.
Он увидел, что через разбитое окно на него глядит какой-то человек. Лицо было странным — лысая приплюснутая голова, огромные зрачки, кривые длинные зубы, выступающие из-под неплотно сомкнутых губ…
Показались две руки, они обхватили раму, и голова выдвинулась чуть вперед из окна. Потом показались еще две руки…
— Вот черт! — завопил сержант и помчался по улице, не дожидаясь, пока вылезут оставшиеся конечности.
Он жалел, что не прихватил в доме никакого оружия, даже крепкой палки не нашел. Пробежав метров пятьсот и порядком запыхавшись, он обернулся.
И убедился, что шестиногая тварь увязалась за ним. И она была не одинока, чуть позади нее двигались еще две! Они скакали, отталкиваясь по очереди всеми парами конечностей. Получалось у них не очень быстро, но слаженно и уверенно. Они в общем-то и не отставали.
Лисин понесся дальше. Он не знал, что ему делать, — бег быстро сжигал силы, а уродливые гадины брали его измором. Если он никуда не спрячется, они просто дождутся, пока он выбьется из сил. Или, еще хуже, столкнется с какой-нибудь другой сворой.
Боковое зрение отметило какое-то шевеление слева. Сержант взглянул лишь мельком — и его обдало холодом. С этой стороны стояли приземистые одноэтажные особнячки с плоскими крышами. И по этим крышам сейчас мчалась одна из руконогих тварей — мчалась с обезьяньей ловкостью, обгоняя Лисина!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
