но в голосе улыбка.
Аиша.
— Внизу, — сквозь зубы.
— Зонт есть?
— Найду…
Вытаскиваю из багажника свой чёрный зонт. Раскрываю. Меня уже конечно не спасёт.
С колотящимся сердцем иду к крыльцу. Выходит с букетом в руках. Платье в пол. Шпильки. Охуительная просто!
Прячу еë под зонт, притягивая за талию ближе. Смотрю в глаза. Мои ноздри подрагивают.
Вокруг нас льёт как из ведра.
— Оправдываться не буду, — прищуривается она, глаза улыбаются. — Сам дурак.
— Согласен, — опускаю взгляд с усмешкой.
Ушла от него. Ко мне. Я почти эмоционально простил. Почти.
Еë пальчики скользят по моему затылку, взъерошивая короткие волосы. Закрываю глаза, прислушиваясь к этому волшебному ощущению.
— Поехали, высушим тебя.
Или тебя намочим…
— К тебе или ко мне?
— Ко мне…
Глава 12 — В плену
Мы едем в машине. На светофоре тяну ей руку, прося её пальцы.
Сплетаемся ими в замок.
— Каждую минуту о тебе думаю… — шепчу я.
— Я чувствую.
— Извини за вторжение. Я, вообще, так не делаю никогда. Но…
Качаю головой, закатывая глаза от своего неадеквата.
— Теперь делаю, короче.
Она сжимает крепче мою кисть. Неловкость полностью испаряется.
— У тебя есть мужчина? — мышцы деревенеют.
Втапливаю педаль в пол.
— Мне кажется — да… — улыбается она, лаская мою ладонь.
И… я кусаю губы, но… улыбка неконтролируема. Расплываюсь, смущаясь своей обнаженности рядом с ней.
Нет, ребёнка у Аиши нет. В этой квартире — не предполагается. Здесь живёт один человек.
Небольшая, но очень уютная студия.
Электрокамин, огромное кресло… Книжный стеллаж, поглотивший одну из стен. Много цветов, несколько картин. У дивана настенный турник с брусьями. И… кот. С огромными круглыми глазами и приплюснутой мордой.
С выражением смотрит на меня, остановившись, возле снятых туфелек Аиши.
Наклоняюсь, чтобы погладить его щекастую морду.
— Аккуратнее, он с характером.
Прижав уши, предупреждающе шипит.
— Снимай рубашку.
Аиша одним движением выдвигает из тумбы гладильную доску. Включает утюг.
Глядя ей в глаза, растегиваю пуговицы. И мне кажется, рубашка на мне сейчас задымится и высохнет сама.
На мокром манжете палец соскальзывает. Аиша делает шаг ко мне, помогая.
И мгновение словно замирает. Яркими вспышками проносится несколько смелых фантазий. Веки наливаются тяжестью. Облизываю пульсирующие губы.
Улыбаясь, стягивает с меня рубашку.
— Что? — дёргаю бровью.
— Вымогатель… — бросает откровенный взгляд из под ресниц.
Усмехаясь, закрываю глаза.
И снова всë кружится…
Это всë тоже «танец». Ей нравиться танцевать, я не собираюсь её торопить. Потому что мне тоже нравятся эти тонкие грани.
Бросает рубашку на доску. Включает камин. Приглашающе показывает в кресло.
— Ты такая властная госпожа, — качаю я головой, чуть закатывая глаза.
Ухмыляясь, ставит на плиту турку. Достаёт из холодильника красное вино. Наливает в турку, насыпает специи. Веду носом по воздуху. Корица…
Волна тепла от камина расслабляет. Имитация треска костра окутывает уютом.
Приносит мне в кружке глинтвейн.
— Благодарю…
Кот запрыгивает на широкий мягкий подлокотник. Тянется мордой к кружке. Даю ему понюхать. Недовольно встряхивает головой, чихает…
Делаю глоток. Мм… С красным перцем и корицей.
Наблюдаю за тем, как она не торопясь гладит рубашку.
Мы улыбаемся.
— Первый раз глажу рубашку мужчине, — стреляет в меня взглядом.
— Вау. Спасибо.
Кот перепрыгивает через меня на другой подлокотник.
Ставя по-хозяйски лапу на плечо обнюхивает мою шею.
То ли горячее вино такое пьяное, то ли атмосфера добавляет…
Облизываю опять губы, они такие чувствительные и ноют от желания.
Аиша развешивает рубашку на плечиках.
— Ну вот, практически сухая.
Наши взгляды снова встречаются. И «целуются». Моя шея начинает неметь от бродящих по телу острых ощущений. Мы словно уже зашли в процесс. Хотя ни разу не прикоснулись.
Не выдерживая, маню её пальцами. Грациозной кошкой не спеша приближается. Присаживается на подлокотник.
И мне кажется, трону — зашипит на меня как её кот. И я не трогаю. Откидываю голову на спинку кресла, касаясь затылком её предплечья.
Кисть изящно свисает с другой стороны. Трусь об неё щекой.
Кот на другом подлокотнике громко мурлычет. А мне кажется, что это я.
Это небо какое-то…
Прикоснись ко мне сама.
Мы словно общаемся невербально.
Её пальцы тут же погружаются мне в волосы.
Со стоном закрываю глаза.
Сжимая волосы, тянет, губы утыкаются мне в ухо. Что-то говорит своим низким, хриплым, пьянящим ещё сильнее голосом. Глохну от острого кайфа.
Я кончу сейчас, блять…
— М? — переспрашиваю я.
— Сегодня у тебя «десять».
— Не понял.
Поднимается. Смотрит на часы.
— Я предупреждала, что этот вечер у меня занят.
Достаёт тёплый плед из шкафа и подушку. Бросает на диван.
— И это единственное место, мне кажется, где тебе будет комфортно меня ждать. И не вибрировать на весь город так, чтобы я не могла думать ни о чем больше! — дёргает претензионно бровями. — Поэтому, ты в плену.
Снова бросает взгляд на часы. Потом мне в глаза.
Растегнув сзади на шее ошейник от платья, неожиданно стягивает его, виляя бёдрами.
От неожиданности, я не успеваю проконтролировать реакции своего тела. Вздрагиваю от волны возбуждения, вбиваясь затылком в спинку и дергая бёдрами. Вся моя расплавленная сталь вдруг стекает вниз, застывая там убойной эрекцией.
— Черт… — цежу я, сглатывая.
Взгляд ловит резинку чулок, чёрные стринги, выпирающую над чашечками грудь…
Открыв шкаф, вытаскивает джинсы.
Я в неадеквате застываю взглядом на ягодицах, ямочках на пояснице и переходах в тонкую талию.
