сейчас устроим здесь мордобой, то нас сразу отчислят, потому что это нарушение правил. Тебе до этого все равно, потому что ты вроде должен был уйти в другой техникум, но, кстати, так и не ушел. Но мне — нет, не все равно.
Жестянка оглянулся назад, на здание техникума, на студентов, собравшихся неподалеку и немного остыл. Правда, все равно продолжал держать меня за куртку, готовый к активным действиям.
— Поэтому я предлагаю сейчас отправиться в спортзал, надеть шлемы и перчатки, и разобраться между собой таким образом, — сказал я. — Если что не так, скажем, что между нами учебный поединок. И никто нам не сможет помешать.
Жестянка улыбнулся. Я сразу понял, что мое предложение, довольно дурацкое по форме, но на самом деле вполне разумное, будет отклонено. Эх, жаль, я так хотел избежать этого столкновения.
— Значит так, урод, — сказал он. — Здесь разбираться не будем. Пошли за угол, прямо сейчас. Или ты обосрался?
Я поглядел на него и вздохнул. Видит бог, я старался как мог. Ладно, надо уже решить этот вопрос, раз и навсегда.
— Ладно, пошли, — сказал я и прикрыл дверцу машины.
Слава тоже пошел со мной, взяв на себя товарища Жестянки. Мы отправились за здание техникума, в укромное место.
Дождь к тому времени уже перестал идти. С нами вместе отправилась несколько студентов, охочие до зрелищ. Ну а что и говорить, побоище должно было состояться эпичное.
По дороге я поглядывал на Славку. Сам-то я не беспокоился, в свое время отработал навыки противодействия борцам, а вот умеет ли мой товарищ противостоять им?
Как известно, этот вопрос, кто сильнее боксер или борец, давно уже стал притчей во языцех, вроде вопроса, кто сильнее, слон или кит? Сколько уже копий было сломано на эту тему, ее счесть. Сколько показательных поединков проведено, тоже немерянное количество.
И все равно споры не утихают. Видимо, они будут продолжаться до тех пор, пока эти дисциплины будут существовать на грешной земле.
Понятно одно, что все зависит от мастерства и умения бойцов. От их настроя и мотивации. Борец классический, вольник, если он не умеет делать болячки и проводить самые разнообразные удушающие приемы, будет чрезвычайно опасен для боксера на ближней и средней дистанции. Особенно, если сумеет перевести бой в партер.
Меня это не касалось прям так уж критически, потому что в прошлой жизни во время моих тренировок нас специально натаскивали противостоять борцам, дзюдоистам и джитсерам. Учили драться против любителей махать ногами, вроде кикбоксеров и тайцев. Поэтому я кое-что умел и за себя не боялся.
Как-никак, у нас в двадцать первом веке наступила эра смешанных единоборств, ни один уважающий себя боец не практиковался полностью только в одном виде спорта.
А вот нынешние боксеры, это же вообще беда. Они же сущие младенцы в том, чтобы противостоять бойцам другого стиля. Знает ли Слава, что борца нельзя подпускать к себе, иначе он сделает проход в ноги и схватит для дальнейшего броска. Ох, в этом я глубоко сомневался.
Бывают такие счастливые ситуации, когда борец сам не учит с головой и самонадеянно решает устроить рубку на дальней дистанции в поединке с боксером. Это, конечно же, счастливый шанс для боксера, выигрыш в лотерею. В таком случае он быстро схлопочет удар в челюсть и нокаут или сотрясение мозга ему гарантированы.
Поэтому, повторюсь, в таких случаях борцы сразу кидаются в ближний бой, стараясь не пропускать удар. Между прочим, обычно они удары держат плохо, хотя и бывают, конечно же, исключения.
Поэтому они и стараются в схватке с боксером бросить его как можно выше, чтобы ноги коснулись Луны, а потом он воткнулся головой в землю. Частенько это приводит к плачевным результатам для всех, ведь после такого броска неприспособленный к броскам противник может и не встать.
Но зато борец, тем самым, устраняет для себя риск того, что ему попадется сверхбыстрый ударник. Который сумеет быстро войти в азарт боя, обладает хорошим чувством ритма и дистанции и в итоге воткнет хорошую пушку в подбородок борца.
Между прочим, это одна из аксиом в драке с борцом. Категорически не надо делать эту долбаную разведку, к которой мы все привыкли в своих боксерских поединках, кидая туда-сюда левую руку, будто ты дрочишь самому себе.
Нужно проникнуться азартом боя за доли секунды. Прийти в состояние берсерка, вогнать себя в азарт сражения. Это как раз то, чему меня учил Черный ворон.
Надо стать злым и опасным и тут же пробить борцу удар в челюсть, неважно какой. Потому что если этого не сделать, то затем сразу последует атака от борца. Уверяю, он не будет делать этой дурацкой ненужной разведки, будет сразу сближаться для броска. Обыкновенно он сделает проход в ноги или будет валить на землю, цепляя за ногу, как мы прекрасно это видели на борцовских турнирах, а потом вскарабкаться на боксера и устроит ему кромешный ад в партере.
Мы почти дошли до хозяйственных построек, вроде сараев и гаражей, стоящих за зданием техникума. Я все поглядывал на Славку, гадая, сумеет ли он войти в состояние берсерка и мгновенно разозлиться. Я и сам старался настроить себя на бой, как меня учил Егор Дмитриевич.
Самый простой способ — это представление того человека, что продать подставил вам подножку, но вы не могли ему отплатить той же монетой да и вообще не наказали по тем или иным причинам. И вот вы на него злы, злы так, что готовы разорвать глотку зубами.
Входить в этот бешеный раж нужно молниеносно, чтобы глазом не успеть моргнуть. И лучше всего это получается у того, кто тренировался делать это намеренно, как, например, меня учил это делать Егор Дмитриевич.
Образ должен образоваться мгновенно в мозгу, вызывая нужные эмоции. Я тренировался постоянно, представляя разных людей, кто обижал меня в прошлой жизни, например, побеждал в бою. Делал я это перед сном или после изнурительных тренировок, когда посторонние мысли не лезли в мозг и не мешали мне войти в нужное состояние. Между прочим, иногда это помогало даже стряхнуть усталость, почище любого кофе или энергетика.
Иногда можно использовать образы свирепых зверей,
