У нас у обеих перед глазами заплесневелые камеры, где все пропитано мочой и кровью. В его власти упечь нас обратно или сделать еще хуже.
— Пытаюсь заткнуть твой рот.
Он слегка приспускает штаны, показывая здоровый болт, налитый синими венами. Выглядит он угрожающе. Очень толстый, палка вареной колбасы. Гриб переросток. Аль-Мактум проводит рукой по него, разгоняю кровь, а я охаю.
Я пячусь назад, вытягивая руки вперёд, стараясь себя обезопасить от него.
— Выйди. — командует он Лизе, не поворачиваясь в ее сторону. Подруга не двигается с места. Лицо у нее воинственное, она держится за стенку, чтобы не упасть, потому что ноги у нее предательски дрожат. Угораздило же нас с ней так влипнуть.
— У нас с Вами был уговор, что Вы оставите нас в покое и не будете трогать! — говорит она хрипло, еле слышно. — Вы нарушаете своё слово! Оставьте, пожалуйста, Вику, найдите кого-нибудь другого для своих развлечений.
Когда он оборачивается к ней, мне становится страшно. Его лицо искажается, и он напоминает демона с налившимися кровью глазами.
— Еще слово и я порву ей жопу, тебе тоже сладко не придётся. — это обещание он точно сдержит. Ни секунды не сомневаюсь в этом. А еще больше пугаюсь за подругу, что она из-за меня влипнет.
— Иди. — говорю я. — Все будет хорошо!
Лиза не решается двинуться и я выдавливаю из себя улыбку, пытаясь ее успокоить, она все же ретируется в коридор. Мы остаёмся наедине и больше ничего не сдерживает Аль-Мактума, который надвигается на меня, заставляя поежиться.
— Только попробуй и я его откушу! — серьезно говорю я, вызывая в нем приступ смеха; мои слова всегда его забавляют. Этот мужчина не относится ко мне серьезно.
Он вжимает меня в стенку, не оставляет воздуха. Чувствую каждый рельеф его тела. Брюнет смугл и его тело покрывает чёрная поросль. Ахмед Аль-Мактум напоминаем пещерного человека, раньше я никогда не видела таких мужчин. В моем родном городе нет и отдаленно похожих.
Его член упирается мне в живот, отодвигая майку и поглаживая кожу. Кажется, что меня касается раскалённый уголь.
Аль-Мактум задирает майку, обнажая грудь и рассматривая ее при свете дня. Я пытаюсь ее опустить, протестовать и тогда он раздирает ткань, оставляя меня в одних шортах и не давая прикрыть холмики.
— Пожалуйста. — шепчу я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Мне противны твои касания!
— Правда? — я уже привыкла к акценту, практически не замечаю его. Эмир приспускает мои шорты, оголяя складочки.
Я в панике поднимаю ногу, стараясь прикрыться от него, хнычу в страхе, отталкиваю парня.
— Уйди! Уйди! — повторяю раз за разом, но у меня не хватает силы сдвинуть его с места ни на миллиметр. Мужчина напирает на меня как танк.
Он же с силой стискивает мою ягодицу и рывком переворачивает, ставя лицом к стене. Шорты скользят по ногам к полу, оставляя меня совсем голой. Одной рукой он сдерживает мои руки у стены, чтобы я перестала дергаться, а другой начинает потирать свой член о мои ягодицы. Скользит им между упругими половинками. Это так не естественно и пошло. Между моих ног образуется пожар, выжигающий мысли в моей голове.
Боюсь даже пошевелиться.
— Тебе не нравится? — он направляет головку к моим складочкам, а я в страхе трепещу, пытаюсь сжать ноги, не дать ему проникнуть в меня. Но его колени намертво фиксируют мои ноги. Чувствую, как головка плавно скользит вдоль складочек, лаская их, размазывая влагу. Мою смазку.
Боже. Становится стыдно. Я возбудилась и теку для него. Это предательство моего тела.
Приятная судорога пробегает по всему телу. Аль-Мактум ускоряется и продолжает тереться о складки, держа меня на грани, но не проникая внутрь. Он отпускает мои руки, которые теперь просто упираются в стену. Все мои чувства сконцентрированы вокруг его пениса, играющего со мной.
— Не нравится? — повторяет он, нажимает на меня и приставляет головку к входу.
— Нравится. — послушно выдавливаю я, предчувствуя, что если солгу, он войдёт в меня. Слышу как он утробно рычит, мой ответ его удовлетворяет. Горячие пальцы с шероховатостями на кожу дотрагиваются до моего и без того взволнованного клитора. Стоит ему коснуться, как меня пробирает до дрожжи, ломает позвоночник. Я на грани. Дыхание учащается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сколько у тебя было мужчин? — он спрашивает меня в самое ухо, горячее дыхание щекочет кожу и мне стыдно ответить. Просто молчу, закрывая глаза и облизывая губы.
— Отпусти меня. — снова умоляюще выдаю. Он видимо расценивает мой ответ по-своему. — Я поеду на пляж, только не делай этого, прошу!
Он наматывает мои волосы и заставляет облокотиться о его спину, отводя мою ногу в сторону. Если бы я не была гимнасткой, то не смогла бы повторить такое. Его властная рука заставила смотреть ему в глаза. Аль-Мактум имитировал толчки, обтираясь о мою бархатную кожу, складочки трепетали. Он не останавливался и продолжал выписывать рукой круги вокруг клиторы, дразня его.
Мое тело хочет большего, не поверхностного петтинга. Я четко ощущаю ноющую пустоту между ног.
Мое дыхание сбилось. Глядя в его глаза, я растворялась. Вселенная приобрела очертания его зелёных глаз.
— Скоро ты будешь умолять сделать это, маленькая Дикарка. — он смеется, забавляется моим видом, затуманенными глазами. — Перестанешь показывать мне зубки, будешь самой послушной девочкой. Я не твой гуманоид, умею выбить ненужные мысли из головы.
Эмир уверен, что я сплю с Глебом. Мне хотелось сказать ему, что у меня еще никого не было, но что-то мне подсказывало, что узнав, что я девственница — разгорячится еще больше. Захочет сорвать цветочек первым.
Он сдавливает руками клитор и я начинаю содрогаться, жадно ловя воздух руками. Заваливаюсь на него всем телом, теряя почву из-под ног. Мой протяжный стон заполняет комнату, я впиваюсь в него ногтями. В эту минуту я напрочь забываю кто он и все, что было «до», есть только здоровый поршень между моих складочек и зеленые, бездонные глаза.
Глаза Эмира тоже темнеют и он кончает мне на спину и попу, заливая меня своим семенем. Липкая жидкость стекает по мне тонкими струйками. Он словно пометил меня.
— Это не было так сладко, как могло бы быть. — хрипло сказал он. — Я тебя не трахнул, только потому что у меня нет презервативов.
Трудно сосредоточиться, у меня хватает сил только прислониться к его часто вздымающейся груди.
— Собирайся. — командует он, убирая свой все еще стоящий член в штаны.
— Мне нужно в душ…
— Так поедешь, хочу чувствовать свой запах на тебе.
Глава 8
Чужих меж нами нет!
Мы все друг другу братья
Под вишнями в цвету.
У Эмира оказывается свой пляж: просто километры своего личного пляжа с белоснежным песком. Здесь даже есть бунгало, где можно укрыться от жгучего солнца и пропустить пару коктейлей. На песке расставлены комфортабельные лежаки на которых можно позагорать, у них стоят милые столики.
Слуги носят закуски и алкоголь гостям из огромного дома. Предполагаю, что он принадлежит Эмиру. Не дом, а самый настоящий замок. Завораживающе красивый и величественный.
Аль-Мактум собрал большую компанию. Тут все те же парни, его преданная свита с толпой шлюх. Они все в таких малюсеньких купальниках, что практически все видно. Я вижу их огромные сиськи и «пирожки», еле прикрываемые трусиками.
Все девушки с потрясающими фигурами. Модели, которые сошли с подиума. Они ходят с гордо поднятыми головами.
Я в слитном купальнике на их фоне угловатый подросток. Но я даже рада такому контрасту, пусть Эмир сравнит и сделает виды. Я специально надела отвратительный синий купальник, который обычно брала в бассейн. Хочется подчеркнуть, что я не из тех женщин, которых фанатично желают, по мне нельзя сходить с ума. Я больше мышь, которую не замечают мужчины, ничего интересного. Если говорить откровенно, то меня даже никогда не добивались, я всегда была просто симпатичной и веселой девчонкой, с которой круто затусить. Мальчики любили со мной общаться, многие из них влюблялись в меня после многолетней дружбы, но никто никогда не сходил с ума до безумия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
