Прислонившись к стене, я попробовал проанализировать, как так вышло. Ярость опять меня подвела. Заставила действовать там, где просто следовало сказать «да».
Что мне предлагали? Полное добровольное обналичивание рейтинга? Это не ахти какие деньги. Квартиру отдельную на них не купишь. Тем более оружие или снаряжение. Значит, делается это для чего-то другого. Получить средства, а потом убить? Нет, картинка не складывается. Слишком много сложностей. Этот карцер, например. Совсем не обязательный. Главарь позволил меня избить. Но не приказал добить. Значит, интерес у него есть.
Может, моя история с «Милитехом» не такая уж фантастическая?
Свои навыки и буйный характер я показал как можно лучше. Раз не убили, значит, им нужен боец. А раз нужно обнулить рейтинг… усмехнувшись, я постучал затылком по холодной стене. Они хотят сделать отряд смертников. Как раз таких, как я. А может, у них этот отряд уже есть, и я просто подхожу в личный состав?
— Эй, снаружи! — крикнул я, чувствуя, что кровь начинает сочиться из-под повязки. — Мне нужна медицинская помощь! Или хоть иголку с ниткой дайте, я сам зашью!
— Тихо, — приказал охранник. Закрыв даже окошко на двери.
— Твою мать, я серьезно! У меня открытое кровотечение. Если не остановить — сдохну за несколько часов! — выкрикнул я, забарабанив по двери кулаком. Никакой реакции не последовало. Выругавшись, я скрючился в три погибели и стащил с себя куртку. Все оказалось хуже, чем я думал. Швы разошлись от ударов, кровь текла ручьем.
Разодрав куртку зубами, я наложил тугую повязку на рану, а затем лег поврежденным боком вверх. Гравитация не самый лучший помощник в лечении, но я использовал все что есть. Через некоторое время в глазах потемнело, и я потерял сознание. Очнулся от сильной тряски.
— Эй. Дебил! Ты что, помирать в мою смену вздумал?! — проорал мне в ухо охранник. — Медик! Сюда, срочно!
Дошел ли врач, я так и не узнал, вновь потеряв сознание. В следующий раз даже сил открыть глаза не было, а голоса доносились будто сквозь туман.
— Откуда у него ножевое ранение? — спрашивал старший.
— Не могу знать, командующий., — ответил Кастет. — Мы его доставили в целости. Учитывая дрянной характер — может, подрался с кем-то до нас.
— Это не характер, а травма. Ничем не лучше наших, — ответил третий, спокойный, голос. — Анализы показывают зашкаливающий уровень тестостерона и эстрогена. Ему нужен очень долгий курс реабилитации.
— Дайте мне оружие и цель, — прохрипел я, не до конца понимая, что происходит. — Этого достаточно.
— Будет и то, и другое, — по-отечески сказал командующий. — Умрет — пойдете на задание вместо него. Бешеных тоже пополнять нужно.
— Ничего с ним не станет, — заметил третий, и, с трудом разлепив глаза, я опознал в нем врача в белом халате. — Дерьмовая медпомощь от «БиоМеда». Стандартное минимальное обслуживание. Поскупился, вот и получил минимум. А может, боялся рейтинг потерять. Не так важно. Заштопаем, зальем гелем, ребра вправим, все будет нормально.
— Хорошо, рассчитываю на вас, доктор, — сказал командующий, и врач ввел мне в вену снотворное. Темнота наступила мгновенно. Я даже до десяти досчитать не сумел — только оставил метку в ежедневнике.
По ней же определил время, когда очнулся. Даже не открывая глаз, я видел ежедневник во вживленной линзе. Почти сутки. Без выхода на связь. Без информации. Неизвестно где. Паршиво. Куратор должно быть волнуется.
Открыв глаза, я ожидал увидеть потолок капсулы. Но вместо этого обнаружил себя лежащим на двухъярусной кровати. Словно из исторических брошюр про армию.
Бок продолжал болеть, но куда меньше. А проведя ладонью по ребрам, я обнаружил слой биологического клея, сросшегося с кожей. Биогель — не самая дорогая штука. Есть в каждой армейской аптечке. Но гражданским он не положен.
По телу пробежало тепло, а на лице сама собой появилась улыбка — я дома, в привычных казармах.
— Осваиваешься, сосед? — спросил, свесившись со второй полки, молодой парень, лет двадцати двух. — Говорят, ты новенький? Как звать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ферус, — хрипло ответил я, осматривая помещение. — Ты кто? И у кого — вас?
— Я? Терьер, — оскалился парень. — Ты в Стае будешь девятым. С остальными Бешеными встретимся, когда они с миссии вернутся.
— А ты чего отлеживаешься? Тоже потоптались?
— Не, — отмахнулся Терьер, свесив обрубок ноги. — Попал на мину. Обещали привезти протезы. Новенькие, зарубежные. Из «Милитеха»! Говорят, у них лучшее снаряжение для спринтеров и саперов. Никак не дождусь.
— Значит, это мы для тебя коробки забирали, — догадался я. — Только там их две было.
— Больше не меньше. На миссиях разное случается, — пожал плечами парень, ложась обратно. — Тебя как к нам занесло?
— Черт его знает. Повезло, наверное, — сказал я, проверив дата-джек.
Связи все еще не было. Вероятно, мы находились слишком глубоко под землей. Рейтинг колебался на значении «В+». Еще не обнулили. Это можно сделать только добровольно. Но тогда не понятно, почему меня уже перевели в общую казарму. Или не общую? Комнатка крохотная, но не меньше капсульной стойки. Четыре спальных места вместо шести.
— Эй, ты куда? — спросил Терьер, когда я кряхтя поднялся.
— Надо встретиться с главным. Там девчонка одна, невменяемая. Может погибнуть.
Глава 6
— Странное сочетание — слепая ярость и преданность, — сказал командующий, когда меня привели к нему под конвоем. — Второе я ценю, первое презираю. Ярость должна быть холодной, обдуманной и взвешенной. Впрочем, тебя это не касается. Девочка в полном порядке. Ее перевезли в логово. Поселили с семьями и обслуживающим персоналом. Пока работаешь, ее будут кормить, поить и присматривать. Пальцем ее никто не тронет.
— На этом спасибо, — сказал я, но главный меня прервал, подняв руку.
— Но, если хоть подумаешь что-то слить в чужие руки, от нее не останется даже кровавой тряпочки. Пройдется через «не хочу» вся казарма и все мужики на базе. А после она исчезнет в биореакторе. А ты будешь за этим наблюдать со срезанными веками. Понял меня? — закончил свою речь мужчина, и мне оставалось только кивнуть. — Отлично. Надеюсь, с рейтингом ты все решил?
— Да, но не понял, зачем его обналичивать? Я же все равно не смогу использовать деньги, если стану «Г».
— А кто тебе сказал, что ты им станешь? — довольный моей удивленной физиономией, усмехнулся главный. — Мы не держим у себя «Г». Как и не можем позволить бродить им по поверхности. А поднимать тебя искусственно я не вижу смысла. Если готов, Роман, тебя отправят на перепрошивку к нашим серферам.
— У меня было время подумать, — улыбнулся я. — Готов.
— Ну и отлично. Как перечипируют, познакомишься с группой. Ну или Бешеной Сворой, как у нас их любят называть, — усмехнулся командующий. — Поймешь почему.
— Вы все обо мне знаете, а я даже не в курсе, как к вам обращаться.
— Ничего. Со мной тоже познакомишься. Но после, — сказал командующий, и меня вывели под конвоем.
Ориентироваться в запутанных коридорах я пока не мог, так что провожатые оказались даже кстати. Сеть разветвленных туннелей, вроде паутины. Вот только между тонкими линиями — не пустота, а пара метров железобетона. Я такое видел только во время осады одного из саркофагов взбунтовавшегося ИИ. Там пришлось жарко. Тысячи роботизированных жуков, ползущих по стенам. Турели и ловушки на каждом углу. И запрет на использование глубинных бомб, из-за ценного ИИ… проекта «Светоч».
Если придется штурмовать эти коридоры — без жертв тоже не обойтись. Проходы слишком узкие, в них пролезет не больше двух джаггернаутов. Прикрытие слабое. Тяжелую технику не завезешь. А заминировать весь комплекс в несколько слоев умными минами и пауками — вообще никакого труда не составит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Эльза! — постучал конвоир в тяжелую металлическую дверь. — Мы заходим!
— Эй, нет! — донесся изнутри слишком низкий испуганный голос, но боец дожидаться не стал и с тяжелым скрипом потянул на себя створку.
