был?
Рэйв продолжал смотреть на него.
– Все так же играешь в молчанку.
Сализар подошел ближе, размахивая посохом. В его синих глазах пылала ненависть. Рэйв глядел на него с неменьшей, не боясь ни боли, ни ран, которые зачарованный посох мог ему нанести.
Не отводя от пленника взгляда, Сализар приказал:
– Лорен, поставь ночью стражу у палатки. – Он повернулся, собираясь уйти. – У меня нет времени следить за ним самому, и… Какого черта?
Он смотрел на незаконченную вывеску. Рэйв едва не рассмеялся.
– Сэр?
– «Рэйв»? Ты, должно быть, шутишь.
– Сэр, я не…
– Там «е» и «ф». «Рейф». «Р-Е-Й-Ф».
Лорен тихо выругался. Сализар раздраженно потер переносицу.
– Завтра же с утра начни работать над новой вывеской. И ради Богини – на этот раз напиши без ошибок.
Лорен поклонился и вышел из палатки. Сализар, оглянувшись, последовал за ним, не сказав больше ни слова.
Хэрроу сидела на земле, обняв себя за плечи и тяжело дыша. Чуть не попалась. Если бы Сализару стало известно, что она сует нос в его дела… Ничего хорошего ее бы не ждало. Но теперь, когда она все узнала, она не могла забыть, что Рэйв там.
Из-за Сализара. Он должен быть защитником элементалей, каким видела его Малайка. Как он мог обращаться так с невинным существом?
Ладно, возможно, Рэйв был не таким уж невинным. Она не настолько наивна. Как знать, сколько ужасных вещей он совершил? Если она не ошибалась, свое имя он придумал, когда она спросила его, и, похоже, ему было известно о себе не больше, чем ей – о нем.
Но он не мог оказаться рейфом.
Никто не знал, откуда рейфы взялись и существовали ли вообще. Слухи о них разнились от ужасающих до совершенно нелепых. Одни говорили, что рейфы – злые духи из Теней, которых Королева Огня научилась призывать. Другие утверждали, что они – мифические драконы, дышащие огнем, а третьи заявляли, что они лишь иллюзионисты-Чародеи или убийцы-гибриды. Были и те, кто верил, что Фьюри создала их при помощи магии Огня и бездонной ненависти, которая охватила ее после смерти возлюбленного.
Откуда бы они ни взялись, Фьюри отправила рейфов на самую страшную резню в истории. Геноцид, стерший с лица земли целый народ, когда-то процветавший, – и лишь за то, что он был связан с ее ненавистной сестрой, Королевой Дарьей.
Несмотря на имя, Рэйв точно не был рейфом. Хэрроу даже захотелось, чтобы он выбрал другое, – но это странным образом ему подходило, и теперь, когда она думала обо всем, его имя не внушало такой же страх, как слово «рейф». Возможно, из-за искреннего удивления в его глазах, когда он произнес его вслух. Будто до этого момента не осознавал, что достоин какого-то имени.
Хэрроу смотрела в эти глаза – и не видела там зла. Она была Видящей. Видящие умели читать людей. Видящие доверяли своим инстинктам. Другие, более примитивные ее инстинкты говорили, что она находилась рядом с кем-то смертельно опасным, и она была не так глупа, чтобы забыть об этом. Но Вода шептала другое.
«Важно. Связь».
Почему? Она не знала, но чувствовала, что еще выяснит это. Теперь, когда ей стало известно, что Рэйв там, она не могла бросить его, чтобы Сализар жестоко зарабатывал на его несчастье.
Глаза защипало от слез. Как она могла оставаться так слепа к истинной природе Сализара? Конечно, она была ему благодарна за многое. Как девочка-сирота и тем более как элементаль, она могла оказаться в куда худших обстоятельствах, если бы не он, – но ей следовало понять, на какую жестокость он способен.
Хэрроу подождала, пока Сализар уйдет. Ей хотелось вернуться в палатку и убедиться, что Рэйв в порядке, но она не решилась. Во всяком случае, не сегодня ночью.
Но завтра – ничто не сможет ее удержать.
Вода никогда не побуждала ее к чему-то без причины, и она намеревалась выяснить, как этот таинственный элементаль связан с ней.
Глава 5
На следующую ночь Хэрроу выглянула из-за последней кибитки в ряду, чувствуя, как от страха все сжимается внутри. Возле палатки и правда стояла охрана. Она прищурилась, чтобы разглядеть, кто это.
Охранником оказался Оли. Гибрид лиса сидел на стуле сгорбившись, и Хэрроу слышала, как он храпит, даже с того места, где стояла.
Она улыбнулась. Да, Сализар был страшным, но только он один – остальные в цирке никогда не готовились, чтобы стоять на часах всю ночь.
Она не жаловалась. На самом деле на это она и надеялась.
Поправив тяжелую сумку на плече, она еще раз убедилась, что поблизости никого нет, и вынырнула из укрытия. Быстрым шагом направилась к палатке. Ей хотелось бежать, но она подавила это желание – если кто-то ее заметит, она вызовет гораздо меньше подозрений, прогуливаясь, будто имеет полное право здесь находиться.
Что вообще-то так и есть, заверила она себя. Цирк был ее домом, и Сализар никому не сказал, что прячет в палатке, так что не было причины, почему она не может оказаться поблизости.
Пусть даже с сумкой, полной еды…
Ох, и ладно! Если ее поймают, она придумает убедительную ложь.
Вместо того чтобы войти через главный вход, рискуя разбудить Оли, она обошла палатку со стороны главного шатра и юркнула в проход между ними. Там она опустилась на колени, запихнула тяжелую сумку под навес и перекатилась внутрь так же, как когда сбегала прошлой ночью.
Внутри царила непроглядная тьма.
Сердце стучало в горле. Она завозилась в темноте, пока не нашла сумку с припасами, и развязала лямки. Пошарила внутри, и ее пальцы наткнулись на свечу. Затем она вытащила спички. Чиркнула одной, и палатку осветил крошечный огонек.
Рэйв сидел с краю клетки, схватившись за прутья и глядя прямо на нее.
Он знал, что это она. Вероятно, он обладал обостренным восприятием, как гибриды. Возможно, видел в темноте лучше, чем она, или узнал ее запах.
– Привет, – прошептала она в тишине.
Страх сковал ее, но Вода продолжала шептать, что он важен. Что ей нужно быть здесь. Что она должна больше о нем узнать.
Это толкнуло ее подобрать сумку и подойти к нему ближе, держа свечу перед собой. Дно клетки находилось на уровне ее талии, так что, когда она стояла, а он – сидел на корточках, их лица находились на одном уровне. Она подумала, что, если бы они оба стояли на земле, он бы возвышался над ней, будучи очень высоким.
– Привет, – повторила она, чувствуя себя неловко.
