Он зарыдал, завыл по-волчьи. И вдруг вцепился в меня:
– Слушай, ведь ты тоже когда-нибудь умрешь.
– Ну, умру, наверное, – ответил ошарашенный Техник.
– Не «наверное», а точно умрешь, – крикнул он, весь дрожа, как в лихорадке.
Техник, чтобы его успокоить, решил во всем с ним соглашаться. К тому же он говорил в общем-то правильные вещи. Конечно, когда-никогда и ему – Технику, одинокому бродяге космоса – придется предстать перед Создателем.
– Конечно-конечно, умру.
– Жаль, что я тебя сейчас не могу прихлопнуть, – заскрипел зубами хозяин планеты.
– Почему же? – усмехнулся Техник, нащупав в кармане кнопку мгновенного переместителя в пространстве и времени.
– Очень просто, все потому же, что мы, души, не можем причинить никакого вреда живым. Вы во власти Господа. Только он распоряжается вашими телами. Так вот, я тебя прошу, когда ты умрешь и предстанешь перед Господом, попросись на мою планету.
– Хм, – хмыкнул я.
– Ты знаешь, как нам здесь будет прекрасно? Будем в гости друг к другу ходить, в футбол играть. У меня команда и у тебя команда. Или, если поссоримся, можно войну устроить. Целые римские легионы можно создать. Или атомную войну.
Глаза его разгорелись.
– Тут-то мы и выясним, кто из нас лучше и сильнее.
– Хм, – опять хмыкнул Техник.
– Ты давай не хмыкай, а то я тебя не выпущу со своей планеты. Ты и помрешь здесь у меня своей собственной смертью, раз я не могу тебя прикончить. А чтобы это произошло побыстрее, я, конечно, тебе помогу.
Хозяин засмеялся и схватил Техника за воротник комбинезона. Техник посмотрел ему в глаза и, казалось, увидел в одну секунду всю его мерзкую жизнь на Земле, в голове вспыхнуло величие Господа, и пронзил ужас наказания за грехи земные. От страха не за свою жизнь или смерть, а за то, что он каким-то образом заглянул в случайно приоткрывшуюся дверь Ада, Техник нажал кнопку переместителя и в тот же миг оказался на своем корабле.
Быстро развернул его и помчался прочь от этой одинокой планеты с виду похожей на Рай, а на самом деле являющейся Адом для одной-единственной души.
Души одинокой и несчастной.
А вслед неслись какие-то взрывы на этой планете. Очевидно, этот грешник решил еще раз попытаться взорвать свою планету.
«Нет, – думал Техник, – уж после моей смерти моя планета не будет такой одинокой, как та, на которой я сейчас побывал совершенно случайно.
Хотя случайного в нашем мире никогда и ничего не бывает».
Первая поправка
«Каждый пилот перед каждым полетом, независимо от целей экспедиции, обязан сдать экзамен по инструкции «Действия командира и членов экипажа корабля при обнаружении внеземных цивилизаций».
Знание именно этой инструкции особенно тщательно проверяет Служба безопасности внегалактических полетов когда экспедиция отбывает за пределы освоенного пространства нашей Вселенной.
Инструкция эта появилась не так давно, и я по случайному стечению обстоятельств стал тем самым пилотом, который внес в нее первую поправку.
Полет этот был самым обычным полетом к сателлитной галактике Млечного Пути.
Я прошел все обычные предполетные процедуры. И как Техник-пилот, нанятый Европейской космической академией, тоже подвергся самому драконовскому экзамену по пунктам этой, как мне тогда казалось, совершенно ненужной и даже глупой инструкции.
Получил я задание Академии, ознакомился с кораблем и, попрощавшись с любимой Землей, умчался в космос.
Миссия была чисто технической. Ученые напихали в корабль массу приборов, маяков, станций, и я как Техник должен был в нужное время все это разместить во вновь осваиваемом пространстве этой галактики.
Задача для профессионала моего уровня несложная.
Единственное, что требовало трудов – очень внимательно отследить очередность и время отстрела маяков, а потом, уже по их линии, обычным порядком запускать станций Академии на заданные галактографами орбиты.
Прибыв на место, я велел компьютерам рассчитать рабочую карту – схему, а сам занялся изучением близлежащей звездной системы.
Система была довольно интересная. Состояла она из двух светил и одной планеты. Одна звезда – гигантских размеров – медленно вращалась вокруг своей оси и едва теплилась. Другая была поменьше, крутилась волчком, и с такой же бешеной скоростью вертелась вокруг своей соседки, разбрасывая во все стороны обильные по – токи света и тепла.
А единственная планета, что одиноко болталась на приличном расстоянии от обеих звезд, была очень похожа на нашу Землю. Позже я прозвал ее Сестренкой. Пока я рассматривал эту странную космическую троицу, мои автоматы закончили подготовку к установке маяков. Тут и мне пришлось попотеть: на рассчитанные орбиты маяков сильно влияла специфическая гравитация этой двойной системы.
За маяками пошли станции. В своей летной практике мне уже не раз приходилось их ставить, и сейчас, с помощью маяков, все прошло легко и быстро. Я вывел станции на орбиты, все проверил и пошел отдыхать. Решил, что запущу их в рабочий режим потом, когда высплюсь.
А когда проснулся, одной станции не было. От неожиданности я чуть не вывалился из кресла. Обшарил все пространство вокруг – и нигде ее не обнаружил. Прямо чертовщина какая-то!
Куда же она могла деться?
Сколько я ни шарил по пространству, так и не смог найти пропажу.
Ничего не поделаешь, утерся я и на место пропавшей воткнул новую, из запасника. Погоревал, конечно: ведь от этого значительно уменьшался мой гонорар по контракту.
Наконец включил все станции и стал готовить корабль в обратный путь.
Перед самым отлетом я еще раз окинул взглядом расставленные станции и даже вскрикнул от неожиданности – одной опять не было.
Той самой, которую я только что поставил, самой ближайшей к одинокой планете.
Все ясно: приходилось оставаться и решать эту проблему, поскольку в исчезновении станций явно просматривалась система, а дома мне вряд ли удастся объяснить, куда они подевались, раз их нет на месте.
Что ж, вздохнул я и выставил последнюю из запасных. Но прежде поместил внутрь маяк, который должен был заработать сразу после схода станции с заданной орбиты. Эта станция исчезла сразу, едва я ее поставил.
А вскоре заработал маяк. И где бы вы думали? На той самой единственной планете, которая вертелась в одиночестве поодаль от своих светил.
«Вот так Сестренка», – разочарованно подумал я, прыгнул в пилотское кресло посадочного катера и на всех парах помчался к этой планете.
И что же я там увидел?
Моя станция без помощи двигателей и какой-либо иной помощи парит в воздушном пространстве этой планеты, а огромное множество аборигенов, похожих на нас, как родные братья, стоит на огромном плато и во все глаза пялится на мою станцию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
