– Стас, я хотела сказать…
– Потом, – хрипло прошептал он, закрывая её рот поцелуем.
Руки скользнули в волосы, срывая ленту, она смирилась с неизбежным и, тихо охнув, обвила его шею и ответила на поцелуй.
Она не поняла, как оказалась на диване, не помнила, когда он избавил её от одежды. Оглушённая жадным натиском, она ловила ртом воздух, извивалась под его ласками, не понимая, как ему удаётся разгадать давно дремавшие точки, прикасаясь к которым он заставляет её тело погружаться в пучину наслаждения. Взрываться, гаснуть и снова взрываться от умелых прикосновений.
Когда был утолён первый голод обладания, он выпустил её из объятий. Вскочил с дивана, чмокнув её носик, натянул джинсы и вышел из комнаты. Глядя на него, она восхищалась грациозностью движений и неутомимостью. Ей казалось, что она не может и пошевелиться от усталости. Конечно, у него же опыт, решила она, не испытывая пока ни капли ревности.
Он вернулся со стаканом воды. Следом шествовал обиженный кот, которому снова пришлось сидеть на кухне. Стас протянул воду Светлане. Удивлённая, откуда он знает, что ей до смерти хочется пить, она взяла стакан. Опыт, снова объяснила себе она.
– Помнится, ты хотела поговорить, – сказал он, усаживаясь рядом, и взял в руку прядь её волос.
Так как волосы – это единственное, что её сейчас прикрывало, она почувствовала смущение. На нём, по крайне мере, джинсы. А тут ещё кот, со своим обвинительным взглядом снизу вверх и свысока одновременно. Она натянула трусики, длинную тунику, а джинсы он у неё отобрал.
– Думаю, ты достаточно одета для разговора.
Она махнула рукой и задумалась. Он терпеливо ждал, предвкушая новые открытия.
– Я вчера долго думала перед сном… – она запнулась, не зная как продолжить трудную для неё тему.
– Ты всегда думаешь перед сном? – спросил Стас, вспомнив, что и вчера она начала именно с таких слов.
– Да, всегда, – бодро ответила Света, радостная, что может немного оттянуть пикантный разговор, – Меня научила бабушка. Перед сном я обязательно должна вспомнить прошедший день, подумать, кого я обидела, мысленно попросить прощения, припомнить, что хорошего со мной произошло, что плохого. Если я ошиблась, решить, как исправить. Ну и попросить у Бога помощи на следующий день… Только попробуй засмеяться! – воскликнула Светлана, заметив, как предательски кривятся его губы.
– И не думал! – Стас едва сдерживался, – Многие молятся перед сном и анализируют прошедший день. Может, не с такой критичностью. И что же ты вчера выяснила? Кого обидела и как будешь исправляться?
Она закатила глаза, потом совсем закрыла, потом бросила быстрый взгляд на него, придвинулась и нервно схватила его за руку – ей нужно немного уверенности. Опустила глаза и наконец-то произнесла.
– Я подумала, что вчера, когда мы были вместе… и потом сегодня… когда…
– Когда занимались сексом, – помог он ей.
– Да… В общем, ты такой заботливый, предусмотрительный, ты заставил меня испытать такое…
– Наслаждение, – снова помог он.
– Да… Я подумала, что ты не должен из-за меня страдать…
– С чего ты взяла, что я страдаю?
– Ну как же, я ничего не делала, только получала… получала…
– Наслаждение.
– Да… Я не потому ничего не делала, что не хотела, я просто не умею. Я не знаю, как доставить наслаждение тебе. Но это неправильно. Ты тоже должен испытывать… наслаждение. Я хочу, чтобы ты рассказал, что я должна делать, чтобы и ты получил такое же удовольствие, как и я. Вот.
Она выдохнула. Трудная тема высказана. Стас давно ничему не удивлялся, но Светлана постоянно заставляла его испытывать это забытое чувство. «О, сколько же открытий чудных…» преподнесёт этот наивный ребёнок. Ни одна из девушек, с которыми он был, не задумалась о том, как доставить ему наслаждение. А эта чуть ли не курсы по обучению готова пройти.
– Стас? – окликнула она, обеспокоенная его долгим молчанием, – Ты что, это тоже не знаешь?
Нет, больше выдержать он не смог. Расхохотавшись, он схватил её в охапку и закружил по комнате. Кот, живя с бабулей и не привыкший к столь бурным проявлениям эмоций, в ужасе взвился на спинку дивана. Когда Стас остановился, она упёрлась руками в его грудь и попыталась оттолкнуть.
– Ты надо мной смеёшься? – с обидой в голосе проговорила она, – Ты тоже считаешь меня ненормальной?
– Я считаю, что ты самая удивительная девушка, которую я когда-либо встречал. И я не смеюсь над тобой. Я восхищаюсь. Ты неопытная и смелая, ты наивная и мудрая. Как в тебе всё это совмещается, не пойму. В каком оазисе тебя воспитали?
– Стас, по-моему, ты уходишь от ответа. Ты не представляешь, как трудно мне было задать этот вопрос.
– Представляю. Хорошо, я не буду уходить от ответа.
Он уселся на диван, посадил Светлану на колени. Кот по спинке перебрался поближе, прислушался.
– Мне, как, впрочем, и любому мужчине, доставляет удовольствие обладать тобой. Целовать тебя, быть в тебе, видеть, как ты кончаешь от моих ласк.
Она недоверчиво взглянула в глаза, покраснела, но всё же задала вопрос:
– То есть, даже если я ничего не буду делать, ты сможешь, как ты сказал…
– Кончить. Да. Но мне будет намного приятнее, если ты будешь кое-что делать.
– Вот! Именно об этом я и спрашиваю! – она, поёрзав, уселась удобнее, – Рассказывай, – тоном ученицы в школе произнесла она и приготовилась слушать лекцию.
Ох, сколько сил понадобилось Стасу, чтобы удержаться от улыбки и от желания взять её прямо сейчас. Немного отдышавшись, он сказал:
– Ты можешь делать примерно то же самое, что делаю я с тобой. Естественно, учитывая разницу в строении наших тел.
– И всё? – разочарованная короткой лекцией, выдала Светлана.
– Всё. Остальное познаётся на практике. Света, неужели ты не консультировалась с подругами?
– С подругами? Как я могу обсуждать тебя с подругами? – искренне удивилась она, – Это же касается только нас двоих.
– Но твои подруги обсуждают своих парней.
– Да, но я никогда не одобряла это, и не собираюсь делать то, что мне противоречит, только потому, что все так делают. Но ты не думай, я не совсем невежда. Я ведь смотрю телевизор, читаю книги. Мне просто хотелось узнать, что лично тебе будет приятно.
– На данный момент мне будет приятно, если ты прекратишь ёрзать или сядешь немного по-другому, пока не нанесла мне травму.
– Ох! – она быстро и неаккуратно вскочила, Стас поморщился, – Прости! – Она уселась рядом, обхватила его лицо ладонями, – Если я сделаю что-то, что тебе не понравится, ты же мне скажешь?
– Непременно, – пробормотал он, стягивая с неё тунику.
Выпутавшись из одежды, она тоже потянулась к застёжке на его джинсах, стащила их, пытливо и уже без смущения изучая мужское тело, касаясь и лаская так, как недавно делал он, учитывая мужскую физиологию. Испытывая восторг и получая невообразимое удовольствие, когда слышала его шумное дыхание и невольные стоны. Она чувствовала, как он приподнимает бёдра ей навстречу, как делала она. Как судорожно стискивает её волосы, не отпуская голову до тех пор, пока эта часть его тела не насытится её поцелуями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
