Размышления перед сном
Стас понял, что у него входит в привычку не проходить мимо двери студенток. Следующим вечером он автоматически нажал на звонок квартиры. Дверь открыла Валентина.
– Станислав! Рада тебя видеть. Какими судьбами? У тебя появились лишние овощи или тебе понравился наш чай? – с задорной улыбкой воскликнула девушка.
Стас не смог не ответить на этот бурный всплеск положительных эмоций, исходивших от жизнерадостного голоса. Губы невольно растянулись в ответ:
– К сожалению, лука у меня на этот раз нет.
– Жаль. Тогда что привело тебя в наше скромное жилище?
– Хотел увидеть Свету.
– А её ещё нет. Она подрабатывает, и обычно в этот день задерживается.
– Тогда передай ей, как только придёт, чтобы поднялась ко мне в квартиру. Я буду её ждать, – попросил Стас.
– Чего? – неподдельно изумилась Валя.
– Думаю, ты и в первый раз расслышала мою просьбу. Но я могу повторить.
– Нет, не надо… Видишь ли, Света такая девушка, ну, немножко необычная, она, наверное, не захочет подниматься к тебе в квартиру, – пояснила Валентина.
– Ты просто передай, хорошо, а она сама решит.
– Я-то передам…
– Вот и прекрасно, – он хотел идти дальше, но тут его окликнул знакомый голос.
– Привет, Стас, – Аллочка поднималась по лестнице.
– Здравствуй, Алла.
– Что-то частенько я тебя стала видеть. Кстати, спасибо за зонтик. Света сказала, что ты помог ей мне его принести.
– Ну да, – разговор продолжать не хотелось, тем более «услышав», что его считают ненормальным, так как он посмел предпочесть Аллочке какую-то «замухрышку». Ты даже не представляешь, насколько ненормальный, мысленно ответил ей Стас.
– Не забудь передать, – напомнил он Валентине и направился наверх, услышав позади себя:
– По-моему, Стас встречается со Светкой, я их видела вместе, – язвительно выдала Алла.
– Не может быть! Наконец-то! – выдохнула Валя восхищённо.
Через полчаса в квартире Веры Степановны раздался звонок. Стас открыл дверь и едва не заскрежетал зубами: Света снова скрутила волосы в такую тугую косу, что, казалось, на голове их вообще нет. Снова на ней какая-то серая бесформенная одежда. Но это исправимо. Гораздо труднее исправить отчаянное и решительное выражение на её лице, и мысли, которые ему очень не нравились.
– Рад тебя видеть. Проходи, – он отступил от двери.
Кот выбежал встречать гостью, Стас ему был очень благодарен, надеясь, что вид забавного животного смягчит её категоричность. Но Света, казалось, не заметила рыжего гиганта, задумчиво прошла мимо. Барон почти не обиделся, лениво побрёл следом.
– Нам нужно поговорить, – заявила она, остановившись посреди гостиной.
– Я так и понял, садись, – он указал на диван.
Она села, мучительно раздумывая, как начать. Ему хотелось ей помочь или хотя бы убрать напряжение. Он подошёл к дивану и присел перед ней на корточки.
– Нет, подожди, – предупредила она его желание взять её за руку, – Когда ты прикасаешься, у меня в животе происходит что-то невообразимое, в голове тоже, такое впечатление, что плавятся мозги, а ещё дрожат руки и ноги, – бесхитростно описала она симптомы возбуждения, – А мне нужно сосредоточиться на разговоре.
– Хорошо, – согласился Стас, подтянул стул и уселся напротив.
Барон разместился посредине, посматривая то на девушку, то на парня, ещё не решив, кого из молодых людей осчастливить своей благосклонностью.
– Я вчера долго думала перед сном, и поняла: то, что произошло между нами вчера… тогда… вечером… – начала Светлана.
– Поцелуй. Это называется – мы целовались, – помог он ей.
– Я знаю. Я не целовалась… никогда так… да вообще никак. Но я знаю, как это называется, и знаю, что бывает потом. И нам нельзя продолжать дальше, – добавила она быстро и решительно.
– Почему? – удивился Стас.
– Видишь ли, я боюсь, что мне понравится быть с тобой, я привыкну, и не захочу, чтобы ты исчезал из моей жизни.
– И почему, по твоему мнению, я должен исчезнуть?
Стас откинулся на спинку стула. Её суждения его забавляли. Света напряжённо теребила пуговицы на серой кофточке, мысленно подбирая нужные слова. Кот решил, что будет лучше, если она потеребит его, а не какую-то кофточку мышиного цвета, и с грацией, насколько позволял вес, запрыгнул ей на колени. Казалось, Света это не заметила, но руки машинально погрузились в мягкую шерсть, подсознание восприняло сигналы умиротворения, она продолжила, бессознательно немного отпуская напряжение:
– Стас, ты замечательный парень, добрый, отзывчивый, к тому же очень красивый…
– Это преступление? – пошутил он, любуясь хрупкой девушкой с огромным котом, который не помещался у неё на коленях. Свешивалась то голова, то лапы, она неосознанно пыталась его удержать, не забывая поглаживать.
– Не перебивай, – одёрнула она Стаса, – Я хотела сказать, что такой парень, как ты, достоин другой девушки, которая соответствовала бы ему. Я не соответствую. Я некрасива, и не спорь, в зеркало я смотрелась, но не это главное. С лица воду не пить, как говорила бабушка. Я… как это сказать… нечистая, испорченная. Ты сам знаешь. Я недостойна тебя, да и никого другого. После того, что со мной произошло, я поняла, что буду всегда одна, то есть без парня. Я не хочу никого обесчестить своим присутствием. Я знала, что если со мной кто-то захочет встречаться, я должна обязательно ему сначала всё рассказать. Какая будет реакция, нетрудно догадаться. Поэтому я не собиралась ни с кем встречаться. И тут появляешься ты, я тебе всё рассказываю, а ты меня целуешь. Это неправильно.
– Света, когда вчера я услышал от тебя слово «простоволосая», я был удивлён. Но после сегодняшних «испорченная» и «обесчестить», я просто уверен, что ты либо свалилась с другой планеты, либо пришла из прошлого. Света, оглянись вокруг, ты забыла, в каком мире мы живём?
– Мы не должны оправдывать свои поступки временем, в котором живём, – твёрдо возразила она, – Времена разные, но люди-то одинаковые, мы не превращаемся в животных, душа, сердце и совесть у нас остаются.
– Ты самая чистая и порядочная девушка, какую я знаю. А знаю я немало, поверь. И ты не виновата в том, что с тобой произошло, – попытался убедить её он.
– Кто знает? Может, я должна была поступить по-другому. Может, я должна была поговорить с тем парнем, а не демонстративно от него отворачиваться. Я задела его гордость на глазах друзей, и он наказал меня, жестоко. Но, наверное, ему так надо было, чтобы не потерять авторитет.
– Авторитет твари. Света, ты всегда оправдываешь людей, что бы они ни сделали?
– Я всегда стараюсь понять, почему они это сделали. Найти и объяснить причину поступков. А если этот поступок касается меня, то прежде чем осуждать других, разобраться в себе. Вот и с тобой. Я всю ночь думала, почему ты так поступаешь, и поняла. Ты испытываешь ко мне жалость. Я вызвала её своим рассказом. Но я не хочу, чтобы меня жалели. Ты в том числе. Поэтому, давай останемся просто друзьями, или расстанемся. То, что ты вчера делал со мной, можно делать только с тем, кого любишь, а не жалеешь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
