итоге вмешались в драку.
Куда вообще делась вся профессура? Куда смотрят организаторы? Даже охраны нет элементарной в этом году. Черт-те что и сбоку бантик. Бардак. Раскидав полупьяные туши, которые быстро слиняли с горизонта, развернулся к развратнице. В красном платье спереди она была скромной и шикарной, а сзади. Чтоб меня. Слишком манящая, соблазняющая, зазывающая. Как отец отпустил? Ну, или там мама позволила? В любом случае, больше такого она себе не позволит. Без моей компании уж точно.
Не представляю, что было написано у меня на лице, но негодница была и рада, и напугана. Схватил за плечи, начал отчитывать, но, увидев, как в глазах заблестели слезы, прижал к себе. Ну как можно на нее так ругаться и злиться? Девочка же. Конечно, ей хочется быть красивой. Тем более что она шикарна. Просто раньше прятала тщательно это. В аспирантуру поступить, что ли, чтобы присматривать оставшиеся годы учебы? А что, работа на дому, денег нам хватит, квартира есть.
— Как же я испугался, маленькая моя. Больше никогда не отпущу. Хватит, надавался уже тебе времени подумать. Вон чем обернулось. Ты моя, ясно тебе? Хочешь или нет — моя, — и поцеловал. У всех на глазах. Плевать. Пусть каждый знает, чья она. Чтобы даже самая ленивая задница была в курсе.
Раз и заявил права на одну роковую красавицу. Так обрадовался, когда понял, — помады нет, только реснички накрасила. Приятно, не жрёшь всякую дребедень. Она точно идеал. Стоило разорвать поцелуй, сбившимся дыханием начала журить меня.
— Не так уж много раз ты и давал возможность подумать. Всего один.
— Разве? Я все эти две недели тебе его давал. Так что минимум пятнадцать раз. Просто кое-кто меня нагло игнорировал. А потом сегодня фотку выставила. Черт, да я готов был убить водителя за то, как он медленно едет, — про поломку решил смолчать.
— Ну ничего, успел вовремя, — глупо улыбнулась своим же словам, пряча смущенный взгляд от меня. Видимо, всеобщее обозрение ей не по душе.
— Ага, очень. Пара минут — и мог опоздать, а на полчаса раньше — и ничего бы не случилось, — снова крепче прижимал к себе и начал успокаиваться.
Рядом. Моя.
Глава 11
Нина
Домой меня доставил Дима. Именно доставил. Сначала мы на такси добрались до его дома, пересели в его машину и поехали ко мне. Остаться до конца праздника нам с Алинкой не дали. Сразу под белые рученьки вывели. Мы и не роптали. Я, во всяком случае.
Наглым образом Турнов поднялся вместе со мной. Родители удивились. Мама так точно. Папа остался злым и суровым, когда увидел, что левый парень держит руку на моей талии. Самое смешное — он им понравился. До двенадцати мы просидели за чаем на кухне и мило беседовали. Когда прощались, он обмолвился, что они с ребятами едут на базу. Звал с собой, но пришлось тактично отказать. Мол, еще рано, слишком все быстро… А по факту я бы рискнула, но тот факт, что там не будет ни одной девчонки, остановил. Подруга точно не поедет, даже если Александр ее силком потащит. Мимо Федора Геннадьевича еще надо умудриться это сделать. Есть у него аргумент с лицензией. Любого кавалера на место поставит ради любимой доченьки.
Обижаться на меня не стали, понимающе кивнули и поцеловали. Щеки пылали, когда вернулась к родным. Ругать за то, что молчала, не стали, но потребовали рассказа, как так получилось, что их дочь уже захомутали. Правда, по настоянию мамы — разговор перенесли на следующий день.
Подготовка к встрече Нового года выдалась веселой.
А прямо перед боем курантов набрал Димка, желая встретить Новый год вместе, пусть и по телефону. Главное, слышать друг друга, когда начнется новый отсчет времени. Родители с двух сторон смеялись над этим по-доброму. А утром меня удивил новостью, что на базу они не поехали, будут с нами тут проводить время. И не обманул. Каждый день мы гуляли. И, увы, пять дней каникул до первого экзамена промчались быстро.
После второго экзамена мы с Димкой поехали на каток. Повеселились славно. Горячий шоколад грел нам руки, когда останавливались на перекур. Катаюсь я откровенно плохо, но его это не смутило. Ругался только за мой пуховик, который делает меня в два раза больше и не дает меня нормально обнять. Ближе к девяти вечера мы так замерзли, что пошли в машину и поехали к сюрпризу.
Прошлая такая наша поездка была на Рождество, когда меня привезли к дедушке и бабушке, а там еще и родители. Вот такое эпичное знакомство. Думала, поедем кататься или на ту же базу на денек обманом, а он такой финт выкинул. Нет, вы не подумайте, его семья мне безумно понравилась, а я им. По его словам, точно.
У нас в принципе все слишком быстро развивается, даже перед Кириленко неудобно. Она-то воюет со своим.
И вот сейчас. Что он опять задумал?
Удивилась, когда остановились у его дома. И зачем сюда? Может, он что-то забыл? Нет. Вышел, открыл дверь, руку протянул.
— Зачем мы тут? — отстегивая ремень безопасности, все же вкладываю свою ладонь в его и выползаю из машины.
— Я же сказал, сюрприз, — лукаво улыбается и тянет за собой.
В лифте притягивает к себе и нежно целует. Именно нежно. Скорее дурачится. Зайдя в квартиру, меня встречают блики новогодней гирлянды, елка и накрытый стол. Пока я раздевалась, Туранов зажигал свечи на столе и уже нес салаты из кухни. Смогла только восторженно охнуть.
— Отпросил тебя на всю ночь. Сегодня старый Новый год и отпразднуем мы его вместе, — гордо заявил, при этом явно волнуясь.
— И как это у тебя получилось? — так неожиданно, что папа согласился.
— Ну, не без помощи твоей мамы. Я же умею быть душкой. Вот и встала на мою сторону, — осторожно подходя, начал описывать вполне логичную картину.
— И папа так легко отпустил? — обвила его шею руками, когда он сграбастал меня в кольцо своих рук.
— Как только она взяла в руки сковородку, сразу согласился, — рассмеялся в ответ, наклоняясь, чтобы оставить легкий поцелуй на губах. — Беги мыть руки, осматривайся, и к столу. Там еще мясо надо разогреть.
Уже пошла в том направлении, которое указали, но тут же развернулась, понимая, насколько влипла.
— Что случилось? — спокойно спрашивает парень.
— У меня подарка нет, — и сжимаю нервно руки.
— Ты мой лучший подарок, — подошел и снова обнял. — Не думай о другом. И если тебе так спокойнее, то мой подарок тоже отсутствует. Я подарил нам один
