крайне стабильное, мы не можем просто так убивать того, кого еще можно спасти!
Немного порычав, Хауз отпустил меня, чуть отбросив назад. Я поправил одежду и сказал:
— Доказать? Доказать, что?
— Что ты не жертва, — холодно ответил Хауз.
— Жертва? Стойте, вы же не думаете, что я одержим… Правда?
— К сожалению, ты сам можешь об этом не догадываться. Обычно, чтобы понять, что жертва одержима, нужно лишь найти какое-нибудь серьезное отклонение от обычного поведения. Спрашивать у тебя бесполезно, так как сама жертва просто не сможет сказать, только некоторые, — разъяснил Арата.
— Но я уверен! Это точно не я, ведь…
— Если не ты то, кто? — перебил меня Хауз. — Нас тут что, так много?
— Нет, стой! Если не он, то… — кажется Арата наконец-то понял, что я хотел донести, но было уже поздно. В этот момент стену между нами и кухней разорвало, мы разлетелись по залу, а сверху повалились каменные обломки и деревянные щепки. Такой быстрый капитальный ремонт мигом объединил кухню и зал в одну большу́ю комнату. Я скинул с себя доски и приподнял голову, посмотрев в сторону пробоины. Хоть свет и проникал через окна, но до кухни он не доходил, так что, то, что там скрывалось все еще было неизвестно. Я посмотрел по сторонам, слева от меня был Хауз, чуть дальше Арата. Все мы были в сознании, и это хорошо, так что мигом наша троица уже была на ногах. Арата и Хауз стояли в полной боевой готовности, а я делал вид, что для чего-то тут нужен. Послышался странный звук, было похоже на то, как что-то очень густое начало разливаться, после, звук падающей посуды, приборов и скрежет обломков. Из кухни выползло нечто. На вид оно было как огромный слизняк, размером с телегу, покрытый толстым слоем стекающей с него грязи, а из случайных мест на теле торчали руки, изогнутые в трех местах. Все это ужасно пахло.
Оценка ситуации прошла быстро, и я даже не заметил, как Хауз двинулся с места. Выдернув из-за пояса свиток, который тут же сгорел, он с разбега кинулся на чудовище, но оно, несмотря на свой тяжелый и неповоротливый вид, моментально кинулось на него в ответ. Ему удалось перепрыгнуть существо и удачно приземлиться сзади. В этот момент в битву вступил Арата, но стоило ему сделать шаг, как странная масса полетела в нашу сторону. «Константин!» — крикнул он, ведь нападая на него, существо напрямую пересекало меня. Не растерявшись, я мигом отпрыгнул в сторону, но вдруг кошмар, прямо на ходу поменял направление, словно поезду на полной скорости изменили направление рельс, и он полетел на меня, как будто изначально, так и планировал. Оно схватило меня и вместе с его тушей мы протерли пол. Хват его животной челюсти был просто ужасный, в момент мне передавило все, что было внутри, а тело будто пронзило десятком ножей, дыхание сбилось так, что я и кричать толком не смог. В этот момент сверху на существо налетел Хауз и начал наносить удары топором, разбрызгивая повсюду черную жидкость. Арата в это время мигом оказался рядом, несколькими движениями перерезал пасть, и я упал на пол.
— Кха-кха! Твою мать! Что это за херня? — я был уничтожен изнутри, но адреналин в теле не дал мне в полной мере это заметить, хотя кровь и хлыстала изо рта как из крана.
— Это — кошмар, собственной персоной. Не разбрасывайся словами, если я что-то тебе и расскажу, то это только в том случае, если мы выживем. Так что, пока не мешайся, отползи куда подальше!
Я сделал как сказал Арата и отполз подальше. Он и Хауз бились с кошмаром, но, кажется, проигрывали. Существо очень странно двигалось, меняло свое направление прямо в воздухе, изгибалось и атаковало обоих по очереди, идеально отвечая на их движения, да и если какие-либо удары доходили до него, все повреждения пожирались его странной прослойкой. В противовес могу сказать, что и наши ребята тоже неплохо себя показывали. Несмотря на то, каким проворным оказалось это, на первый взгляд медленное существо, Арата и Хауз поочередно старались наносить удары, и в тоже время хорошо изворачивались, отвечая на провокацию кошмара. Я внимательно следил за битвой, мои мысли как наблюдателя могли бы быть очень полезными: «Что-то тут не так, но что? Почему оно так странно двигается? Резкие смены направлений, с чем они могут быть связаны?» — эти мысли крутились у меня в голове. Но все изменилось в тот момент, как оно выбило из рук Араты копье. Все произошло в воздухе, за секунду после попытки защиты от очередной атаки кошмара. Арата закрылся копьем, но удар оказался сильнее и выбил его из рук. Копье начало падать вниз, в то время как Хауз только начал готовиться к следующей атаке. По логике, существо должно было сейчас развернуться и перейти к Хаузу, оставив безоружного Арату, но неожиданно существо изогнулось в воздухе и вместо того, чтобы накинуться на Хауза, оно резко ударилось об пол, в направлении падающего копья. «Вот оно!» — этого было достаточно, чтобы понять одно:
— Оно реагирует на движения! — как можно громче крикнул я и сразу схватился за огненно-болящий живот, сжав зубы.
Хауз остановился, Арата приземлился на ноги и тоже замер. Наступила тишина… Существо посреди зала успокоилось и лишь продолжало изредка посапывать.
— Надо же… — сказал Арата, с сильной отдышкой. — Удивительно, что ты так быстро доверился ему, а, Хауз?
— Молчи. Сработало, и это — самое главное. Эй, у тебя есть еще какие-нибудь идеи?
— Нет, я не разбираюсь в кошмарах и способе их убийства, а это понял из его движений и повадок, — тяжело ответил я.
— Хорошо, давайте подумаем, — начал Арата, — что нам точно известно — эта штука реагирует на движения, причем только значительные, у него сильная регенерация, так что с учетом толщины, пробить его сложно. Для справки, дабы убить уже пробудившийся кошмар нужно либо убить человека внутри, либо искромсать самого кошмара, при этом, если не задеть жертву, то его можно спасти. Конечно, первый вариант проще, но ты как бы сам понимаешь…
— Вариантов нет! Была бы тут Саги, можно было бы думать о спасении человека, но мы не способны пробить его регенерацию! — сказал Хауз.
— Знаю я, знаю! Но что, если способ есть? Мы не можем просто взять и убить его!
— Опять ты за свое! Смирись! Не всех можно спасти! Вся гостиница в опасности! Ну же, действуй!
— Пока я точно не понимаю, о чем идет
