Рэйчел была рада, что Тони не возражал. В любом случае их отношения стали бы всего лишь короткой интрижкой.
— Возможно, в будущем вы дадите мне возможность убедить вас в обратном.
Рэйчел опять открыла рот от удивления. Пока она обдумывала его слова, Тони поднялся с дивана:
— Тем не менее можете пожить в моем доме. И безусловно, на моем интересе к вашей карьере никак не скажутся наши личные отношения.
— Сексуальные, вы имеете в виду, — вставила она.
Тони уверенно и волнующе улыбнулся:
— Бывает любовь без секса и секс без любви, но лучше когда есть и то и другое. Вы сами решайте, что хотите, Рэйчел.
Он направился к двери.
Что она хотела? Рэйчел понятия не имела, но одно вдруг стало ясно: она устала быть разумной и осторожной. Она устала от компромиссов.
Рэйчел вышла замуж за Мэла по уму, а не по велению сердца. И вот чем все закончилось. Она разведена, без крыши над головой и еле сводит концы с концами в бизнесе.
— Тони, стойте! — Она поспешила за ним в коридор. — Я очень ценю ваше предложение. Предложения, — добавила она. А затем выпалила: — Я их принимаю.
— Все? — В его глазах вспыхнул интерес, и не удивительно: Рэйчел никогда не была смелой и импульсивной.
— Предложения номер один и два. Насчет третьего посмотрим.
— Тогда, наверное, мне следует оставить вам что-нибудь для размышления.
Тони прильнул к ее губам. Он дышал ровно, а она, казалось, задыхается. Рэйчел чувствовала его руку на своей талии. Тепло его пальцев на спине сводило с ума. Тело бурлило подобно шампанскому в праздничный день. Это было не просто желание. Рэйчел ощущала себя желанной… женщиной… вернувшейся к жизни. Это осознание безумно пьянило после долгой зимы тревог и сомнений.
Теперь Рэйчел перестала доверять себе. Она попыталась высвободиться из объятий, но поцелуй стал горячее, и она обвила руками его шею.
«Еще секунду, еще одну», — молча молила она.
Тони воспользовался слабостью Рэйчел и прижал ее к стене в коридоре. Ее нога уже готова была обвиться вокруг его талии, когда раздался звонок. Хайди распахнула дверь прежде, чем Рэйчел успела твердо встать на ноги.
— Ой! — Глаза сестры округлились, пока она рассматривала Рэйчел и Тони.
Он нашелся первым:
— Вы, должно быть, сестра Рэйчел.
— А вы, должно быть, мечта каждой женщины, — не растерявшись, ответила Хайди. Она поставила сумку с едой из фастфуда и сняла перчатки.
— Можно просто Тони.
Он протянул руку, и Хайди рассмеялась. Он не был ни капли смущен.
— Привет, Тони. Я Хайди. Рэйчел не говорила, что будет не одна.
— Я пришел не предупредив.
— Это клиент, — пояснила Рэйчел.
Оба посмотрели на нее. Ее слова прозвучали крайне неубедительно. Хайди вообще была готова расхохотаться.
— Я собирался уходить, — произнес Тони.
— Не уходите из-за меня.
— Мне надо успеть на самолет.
— Очень жаль.
Он улыбнулся Рэйчел:
— Я тоже так думаю.
Рэйчел последовала за ним на порог. Тони вытащил из кармана ключ и листок бумаги.
— Это от моего дома. Я тут записал, как открывать ворота и снимать с сигнализации. Если что-то понадобится, я буду в Нью-Йорке сегодня вечером. Потом звони мне на мобильный или в офис в Рим.
— Тони…
— До свидания, красавица. — Он поцеловал ее в щеку и ушел.
Вернувшись в дом, Рэйчел увидела, что Хайди улыбается, как Чеширский кот.
— Ничего не говори, — предупредила Рэйчел.
Сестра подняла руки:
— Я не знаю, что сказать. Только… Вот это да! И где же ты его прятала? Такого высокого жгучего брюнета?
— Нигде.
— Точно. Он же клиент, — подмигнула Хайди.
— Клиент.
Сестра выхватила связку ключей из рук Рэйчел:
— О боже! Он дал тебе ключи от дома.
— Я там буду жить, только пока тут у меня идет ремонт.
По лицу Хайди было видно, что она не верит.
— Я сама хотела, чтобы ты снова встречалась. Но, может, не следует так быстро. Ты переезжаешь к нему? — взволнованно поинтересовалась она.
— Тони не будет. Ты сама слышала. Он едет в аэропорт. Я буду просто следить за домом. И все.
— И все? — скрестила руки Хайди. — Ты обвивала его, как плющ.
— Я знаю, как это выглядело, но мы не встречаемся. Тони — клиент, — спокойно повторила Рэйчел.
— Просто клиент? И предлагает воспользоваться его домом? Как-то уж очень по-дружески получается, на мой взгляд.
— Между нами ничего нет.
— Ничего? — Хайди вопросительно приподняла брови.
— Ничего.
— Жаль, — вздохнула сестра. — Он такой классный.
Рэйчел вынуждена была согласиться.
В этот же день Рэйчел подъехала к дому Тони. Массивное двухэтажное строение стояло в стороне от дороги. Просторный сад был обнесен железным забором причудливого орнамента. Сюда чужаки не допускались.
Рэйчел ощущала себя неловко, когда подошла к воротам и стала набирать код замка. С механическим стоном двери гостеприимно распахнулись.
Дорожка к дому была выложена красным гравием, вдоль нее высились почти полностью осыпавшиеся деревья. Несмотря на голые ветки, выглядели они статно и благородно. Рэйчел припарковалась под крытой галереей, которая отходила от парадного подъезда с массивными белыми колонами.
Открыв дверь, она снова набрала код отключения сигнализации, затем осмотрелась, и у нее захватило дух. Внутри дом выглядел более величественно, чем снаружи. Рэйчел сбросила туфли и направилась в гостиную. Меж высоких окон, выходивших на юг, располагался камин, придававший уют этой огромной комнате.
Дальше была столовая, оформленная торжественно и со вкусом. Очевидно, она принадлежала страстному коллекционеру — стены украшали полотна известных мастеров.
Рэйчел миновала короткий коридор, который служил буфетной, и оказалась в кухне. Вряд ли Тони готовит сам. Скорее всего, эти дорогие приборы из нержавеющей стали и гранитный разделочный стол использовались нечасто. Рядом с газовой плитой притаилась кофемолка. Рэйчел сразу представила, как Тони по утрам варит вкусный, ароматный напиток.
Рядом лежала записка:
«Мне каждую неделю подвозят продукты из магазина. Добавь в список, что хочешь. Могу посоветовать стейк?».
Она представила, как Тони, дописывая последнее предложение, улыбался.
Осмотрев буфетную, дамскую комнату и уголок для стирки, Рэйчел поднялась на второй этаж. Там располагались спальни. Она не могла не заглянуть в спальню хозяина. На стенах висели картины — некоторые были оригиналами, другие — превосходными копиями. У Тони определенно был вкус.
